Блэквуд Хиллс

Глава 1

ДЖЕК.
«Блэквуд Хиллс, каким же ты стал?»
Автобус двигался по дороге, все приближаясь к приморскому городку на самом западе штата Орегон. Людей в автобусе осталось мало. Кто-то спал, кто-то разговаривал вполголоса или смотрел в окно. На самом последнем месте возле окна, выходящего как раз на ночной Блэквуд Хиллс, сидел Джек Кэннон. Полусонные глаза смотрели куда-то вглубь города, его улочек, домов, билбордов, и все чаще задерживались на маяке, что стоял на скале и освещал темную морскую гладь. Джек протер глаза, потянулся, разминая тело, уставшее от долгих часов в дороге. Эти часы для юноши казались мучительными, медленно тянущимися. Он привык к длительным путешествиям, привык жить то там, то тут, но каждый раз, уезжая, юноша оставлял частицу себя в очередном городе, и душа его все пустела и пустела. В черных глазах отражались огоньки придорожных фонарей и кафе, но лицо юноши оставалось совершенно лишенным эмоций. Джек вздохнул и потупил взор. Хотелось уже оказаться в кровати и поспать.

МАЙК.
— Черт, как же холодно сегодня, — недовольно процедил Майк и взглянул на небо. Парень нахмурился, увидев, как по небу к городу приближаются грозовые облака.
«О чудный Блэквуд Хиллс, как же я люблю твои грозы», — юноша накинул капюшон толстовки и ускорил шаг.
Местом встречи был фонарный столб на Бавэл стрит, на границе города и леса. Пустынное местечко, редкие проезжающие машины и еще реже мимо проходящие люди. Майк пришел, вернее добежал, быстро. Быстрота — это его стиль жизни. Поднимая взор к небу, Майк Дирейни надеялся, что не намокнет.
«Черт бы побрал нашу погоду. Сентябрь еще теплый, но остальные месяцы… Туманы, ливни и бесконечная серость. А еще этот лес. Как подумаю, что он сзади меня, и кто-то может таращится мне в затылок…» -парень поежился и быстро помотал головой, чтобы отогнать мысли о всякого рода чудовищах. За этими тревожными мыслями парень едва услышал звук машины, и вскоре у тротуара, где стоял Майк, припарковался примут. Юноша, зная, что за тип за рулем, быстро обежал машину и запрыгнул на пассажирское сиденье.
— Привет, Дэймон, — спокойно промолвил Майк, положив рюкзак к себе на колени.
— Здоров, — мрачно ответил водитель авто. Ему было около тридцати пяти или около того, сам он в меру своего «добродушного» характера мало что о себе рассказывал. Вспыльчивый и очень опасный тип, на которого Майку приходилось работать. Дэймон поправил свою кожаную куртку, скрывая многочисленные татуировки на руке.
— Хвоста не было? — настороженно спросил мужчина, зыркнув на тощего подростка, который, зная вспыльчивость своего работодателя, был готов рвануть из машины в любой момент.
— Нет, конечно нет, — Майк попытался придать своему голосу уверенность и улыбнуться, но как назло голос дрогнул, а улыбка оказалась нервной.
— Хорошо, — все таким же холодным тоном ответил диллер. Дэймон протянул руку на заднее сиденье и бросил на колени Майку пакет. Дирейни ловким движением рук начал проверять содержимое пакета.
— Все вроде на месте, — задумчиво произнес Майк и вытащил пакетик со странным содержимым. Кристаллический красный порошок мерцал в свете фонаря. — Что это?
— Новинка из Детройта, — позволил себе улыбку Дэймон. — Называется «Красный лед». Как героин, только немного лучше. Тебе, как моему лучшему торгашу, даю проверить.
Майк бросил в рюкзак оставшиеся наркотики и глянул на дилера.
— Сегодня как раз вечеринка в «Неоновом демоне», дам нашей молодежи на пробу, конечно не бесплатно.
— Ладно, а теперь вали, — бросил Дэймон. Майк вылетел из машины, хлопнув дверью. Примут умчался, а юноша бысто и осторожно шел пустынными улочками. В его рюкзаке были наркотики на две тысячи долларов, но Дирейни собирался приумножить эту сумму. У него были на то причины, о которых парень никому никогда не сказал бы.
Майк прошел под фонарным столбом и вдруг резко остановился. По спине прошли холодные мурашки, а в голове было явное ощущение: «Что-то смотрит!» Юноша обернулся и поднял взгляд вверх, жмурясь от яркого света фонаря. Силуэт отделился от тьмы и наклонил голову к парню. Раздалось пронзительное «Кар». Майк вздрогнул и поднял голову выше. Птица с черным оперением повернула голову, глядя пустой глазницей на юношу. Ворон взлетел, бурно хлопая крыльями, и исчез в темноте. Одинокое перо медленно спускалось вниз. Майк поднял руку, и перо упало на его ладонь. Гладкое черное перо. Раскатился ужасный грохот. Молния яркой вспышкой осветила весь городок. Упали первые капли воды. Майк Дирейни накинул капюшон на голову и автоматически опустил руки в карманы толстовки, сжимая между пальцев маленькое черное перо. Снова раздался удар грома. Вспышка молнии осветила одинокую тень, и тут же снова наступила тьма. Майк ускорил шаг, недовольно кутаясь в толстовку.
— Ой, дурное у меня предчувствие…

СИД.
Сначала было далекое рычание, а потом одинокий свет мотоцикла появился из тьмы. Харлей остановился у маленького магазинчика. Вывеска с простым и незамысловатым названием «24 часа, 7 дней в неделю». Байкер поправил свою куртку и снял черный платок со своего лица. Автоматические двери отворились внутрь магазинчика. Сид Риверс зашел внутрь и осмотрел все от пола до потолка. Молодая кассирша индийской внешности мирно сопела у себя за прилавком.
«Хм, с такими работниками можно весь магазин вынести», — Сид пожал плечами и начал прохаживаться между полок. Пачка сигарет «Красное яблоко» и легкое пиво «Железный змей». Парень подошел к кассе и начал отсчитывать деньги. Девушка лишь мирно сопела, положив голову на руки. Сид недовольно проворчал и стукнул ладонью о прилавок. Девушка подскочила и подняла испуганные глаза на парня, что громадиной возвышался над ней.
— Добрый вечер, чего желаете? — пролепетала Манула, если судить по бэйджику. Парень кивнул на свои нехитрые покупки и выложил на кассу точно отсчитанные деньги. Девушка быстро провела сканером по покупкам, забрав плату. Сид взял свои вещи и повернулся к выходу. С улицы послышался звук мотоцикла. Риверс нахмурился, и меж его бровей пролегла складка.
— Черт, — недовольно процедил парень и, откупорив пиво, покинул магазин. Рядом с его собственным мотоциклом припарковался еще один байкер. Поджарый мужчина лет пятидесяти закуривал сигарету.
— Ты еще мелкий, чтобы такое пить, — с усмешкой промолвил мужчина. Сид сделал глоток, усмехнулся.
— Кто бы говорил, Пыр, — фыркнул Сид и бросил бутылку в руки второго байкера. Мужчина ловко поймал бутылку и сделал глоток. Сид присел на свой байк, закуривая сигарету.
— Ты все еще злишься, что отец уехал без тебя? — Пыр сделал глоток и протянул пиво своему малолетниму товарищу. Сид сделал затяжку, искоса взглянув на старика.
— Я уже давно остыл.
— Это хорошо. Твой отец все равно вернется, и вы вместе смотаетесь в пробег.
Пыр улыбнулся, и глубокие шрамы на его щеках стали еще заметнее. Сид покачал головой и выпил горького напитка.
«Да разве в этом дело.»
— Если мама хотела, чтобы ты меня вернул домой, то не беспокойтесь. Я еще пару кругов по городу намотаю и вернусь.
— Просто заимей привычку брать с собой телефон, — Пыр достал из кармана телефон и бросил его парню. Сид ловко поймал свой гаджет и снял блокировку.
— Двадцать звонков от матери и по десять от всех братьев и сестер, — вслух прочитал Сид и подытожил: — Мне хана.
Пыр лишь кивнул и завел свой байк.
— Ладно, малой, но мне пора.
— Что-то случилось?
— Стрелка с «Буревестниками» — спокойно ответил Пыр.
— Я с вами, — Сид включил зажигание Харлея, и буквально в секунду байк взревел.
— Малой, мы сообщим если, что… Тебе стоит поехать домой, чтобы мать не беспокоилась.
Парень поник и глубоко вздохнул.
— Ладно, только еще один круг намотаю, чтобы пиво выветрилось.
Пыр с одобрением посмотрел на юношу и стукнул того по плечу.
— Нам пока в одну сторону ехать. Так что догоняй, малой!
Старший байкер резко стартовал. Сид проводил его взглядом и широко улыбнулся, стартуя с места…
— Ну держись, старик!

КЕРЛИ
Он видел ее. Она тонкой, кривой линией спустилась к глади моря, вспыхнув лишь на миг, но он видел ее. С десяток молний невиданным танцем спускались вдали, над темной поверхностью моря. Буря приближалась неумолимо и уже закрыла половину ночного неба, спрятав звезды. Это была какая-то бездна, которую то и дело прорезали ослепительные зигзаги молний, сопровождавшиеся такими раскатами грома, каких наблюдатель еще не слыхал. То раздавались один за другим оглушительные взрывы, то залпы сотен тяжелых орудий. Лес, что находился на скалах близ берега, глухо шумел под первыми порывами ветра. С неба надвигался еще какой-то ужасный грохот, наводивший трепет и постепенно заглушивший даже раскаты грома. Казалось, что оттуда несется исполинский поезд, сокрушающий все на своем пути. Черные волны огромными стенами то поднимались, то громоподобно падали на каменные валы. Одинокий свет маяка старался развеять эту тьму, но он исчезал в этой бездне. Старая спасательная вышка рисковала рухнуть под столь мощными порывами ветра, но подобная перспектива абсолютно не пугала юношу, что сидел на самой вершине. Худой словно палка, он сидел, вытянув ноги на старых досках. Его звали Тадеус Гаммельтроп, но все знакомые звали его просто"Керли». Почему Керли? Юноша и сам не знал ответа. Это прозвище с ним с четвертого класса, когда он еще жил в другом городе на другом конце страны, в другой жизни, которую старался забыть. Он хотел забыть все, забыть всех, забыть ее. Да, ее забыть, именно ее. Ту, что снилась ему по ночам и не отпускала до самого утра. Ту, чье фото он хранил в самом дальнем ящике комода. Он забудет все с прошлой жизни, стоит лишь долго посмотреть на море. Керли полюбил Блэквуд Хиллс, пускай не сразу, но полюбил. Когда он впервые увидел побережье и волны моря, что обрушивались на скалы. Он приходил сюда днем, сбегая от всего, чтобы смотреть в морской простор. Керли любил, когда в его сознание проникало море и смывало весь мир. Приходил днем в любой свободный час, а потом стал сбегать и по ночам. Сначала родители искали его, в буквальном смысле поднимали всю полицию на ноги, отчитывали и возвращали домой. Керли всегда приходил в одно и тоже место, всегда. Потом родители решили не обращать на это внимание, ибо их сын всегда возвращался. Совсем близко молния разрезала воздух, и за ней прозвучал ужасный небесный грохот. Юноша встрепенулся и, поправив очки, поднял взор к небу.
«Буря совсем близко… Пора уходить» — мысленно констатировал Керли и нехотя встал. Шаткая и не особо надежная лесенка привела его на песок, и парень быстрыми шагами направился к городку. Ветер свистел в ушах, а прибой все ближе гнал воду. Тадеус натянул капюшон и поднялся по каменной лестнице, вырубленной прямо в скале. Дождь пустился огромной непроглядной стеной. Керли досадливо вздрогнул и ускорил шаг, насколько это возможно. Параллельно в противоположную сторону промчалась троица байкеров. Тадеус сразу признал их. «Адские псы», как они сами себя называли, считался местным клубом любителей мотоциклов, но горожане все равно им не доверяли, а полиция присматривала за ними, ибо у этого клуба была не самая лучшая репутация. Тело неприятно озябло, и чувствовалось, как мокрая одежда становится тяжелее.
Керли покрутил головой в поисках убежища. Автобусная остановка была лучшим вариантом. Юноша в несколько прыжков пересек улицу, укрылся под навесом. Он сел на лавку и начал протирать очки платком, который достал из кармана. Керли вздрогнул, когда в непосредственной близости от него прозвучало резкое для его уха «Кар». Очки из рук выпали.
— Черт, — недовольно процедил Тадеус и пытаясь рассмотреть очки на тротуаре. Когда они были найдены и помещены на свое законное место, то Керли разогнулся и снова вздрогнул. С очками его зрение стало ясным, и парень об этом немного пожалел. Ворон наклонился через навес остановки и, повернув голову, смотрел на юношу. Керли сглотнул и вжался в лавку, стараясь отдалиться от неприятной птицы. Особенно пугала его пустая глазница. Ворон снова каркнул и, взмахнув мокрыми крыльями, улетел в ночную бурю. Птица быстро исчезла в темноте и лишь слышалось: «Кар, кар, кар» вперемешку с ударами грома. Керли смотрел в темноту, и тут перед его взором оказалось перо. Черное и длинное, оно опустилось на ногу юноши. Керли поднял перо и начал рассматривать.
— Странно это все.

МАРИЯ
Черные грозовые облака ужасающим полотном покрывали ночное небо. Эта движущейся картина неба нагоняла страх на Марию Пасада. Юная девушка боялась, что буря застанет ее посреди переулка, по которому она чуть ли не бежала.
«Боже, какая я же дура! Лучше бы согласилась, чтоб меня подвезли! Еще телефон разрядился, как назло. Родители с ума сойдут…» Тревожные мысли все чаще и чаще посещали голову и Мария все ускоряла шаг.
Семья Пасада уже давно жила в городе Блэквуд Хиллс. Мария училась в местной старшей школе и радовала своих родителей великолепными успехами в учебе, но платила за это свою цену. Пасад была красива. Большие проницательные глаза, личико сердечком и водопад черных кудрей, но в школе она слыла заучкой и была совсем не популярна. Причиной было тому ее мексиканские корни и холодное отношение к моде и современным тенденциям среди подростков. Мария носила простую белую рубашку, серую юбку и блузку, выглядя невзрачной на пестром фоне школьной элиты.
Сверкнула молния, заставив девушку вздрогнуть и на мгновение остановится. В переулке было не души, по крайней мере ей так сначала показалось. Девушка настороженно оглянулась через плечо, и ее сердце замерло. Двое парней шли за ней след в след.
«Божечьки», — Мария сделала еще пару неуверенных шагов, а потом перешла на бег. В переулке отдавалось эхо погони. У девушки была небольшая фора и надежда на то, что за поворотом кто-нибудь будет… Мария заскочила за угол и тут же врезалась в какого-то юношу.
— Прошу, помогите, — пролепетала Мария, пытаясь успокоить дыхание. Юношу смерил ее взглядом, а потом широко улыбнулся. У Марии пошли мурашки от этой улыбки.
— Хорошо, красотка, — ухмыльнулся парень и толкнул девушку обратно за угол, прямиком в руки двух его товарищей.
Мария задрожала от страха и набрала полные легкие воздуха, чтобы закричать. Рука худощавого парня закрыла ее рот, а рядом с испуганными глазами блеснуло лезвие ножа.
— Не кричи, а то на ремни порежу! — зловеще прошипел один из насильников. Слезы жгли глаза девушки, но она не имела возможности и пискнуть. Жадные руки парней изучали тело, попутно раздевая его.
— А она красотка, ничего, что коричневая, — с широкой улыбкой промолвил парень, окунувшись в черные волосы.
— Прошу, не нужно, — Мария попыталась воззвать к их совести, но ответом послужил удар в живот. У девушки перехватило дыхание, она больно упала на колени.
— Заткнись, шлюха, и лучше раздвигай ноги! — прорычал самый крупный из троицы.
Пасада сжалась еще сильнее. По ее щекам текли слезы, а над ней смеялась троица подонков. Мария готовилась к самому худшему, но потом случилось то, что одновременно и напугало, и дало надежду. В одно мгновение ока все трое разлетелись в разные стороны и попадали на землю, а над испуганной до полусмерти девушкой выросла четвертая фигура. Мария подняла заплаканные глаза, и их взгляды встретились. Он был высок и широкоплеч, а лицо скрывал черный платок с рисунком костяной челюсти, но самой яркой чертой были его глаза, серые, словно чистая сталь. Затем незнакомец развернулся к насильникам, которые уже успели подняться. Он был один против троих. Мария прижала к груди сумку, ей снова стало страшно. А если ее спаситель проиграет и все продолжится? Ей нужно бежать, но она не могла сдвинутся места. Она лишь наблюдала. Драка началась. Коротышка с ножом наскочил первым и первым же с жалким визгом отлетел к стене после мощного удара в лицо.Мария услышала ужасный хруст сломанного носа. Незнакомец перешел ко второму, который явно знал какое-то восточное единоборство, ибо стоял в странной стойке. Насильник попытался нанести удар, но следующие действие ее защитника удивило Пасада еще больше. Незнакомец схватил обеими руками ногу противника и с громким рыком швырнул его в стену.
— Эй, ты! Я тебя знаю. Ты же Пес.
Мария перевела испуганный взгляд на самого крупного из всей тройки. Огромный парень нагло улыбался, выставив кулаки вперед. Девушка перевела взгляд на своего спасителя. Незнакомец стянул свой платок, показав лицо
— Да, я Пес, а ты — кусок дерьма.
Голос у него был как пила, входящая в дерево, и один уголок рта поднялся в усмешке. Бугай что-то рявкнул и с кулаками ринулся на Пса. Защитник Марии издал что-то похожее на рык и нанес сокрушающий удар прямиком в лицо противника, от чего тот рухнул без сознания. Пес встряхнул правой рукой, ворча что-то неразборчивое, а потом повернулся к Марии, которая до сих пор сидела на земле. В небе сверкнула молния, и позади Пса блеснуло лезвие ножа. У девушки замерло сердце, и она сама не поняла, как с ее уст слетело звонкое: «Берегись!» Она зажмурилась, но продолжала слышать глухие звуки ударов, ругань и страшный хруст. Страшные мгновения затянулись. Девушка боялась раскрыть глаза и узнать, кто победил.
— Эй… Ты в порядке?
Чья-то рука легла на плече девушки и решительно тряхнула. Мария робко открыла глаза и увидела направленный на нее стальной взгляд. Пес сидел на корточках, прямиком перед девушкой.
Пасада смогла различить резкие черты лица юноши, который рисковал жизнью ради нее.  Он выглядел устрашающим, словно высеченным из камня, но одновременно странно притягательным и загадочным. От подбородка, пересекая правый уголок губы, тянулся старый шрам, а под левым глазом виднелась неглубокая рана.
— Ты в порядке? — Пес наклонил голову и снова прикоснулся к плечу девушки. Мария Пасада словно очнулась от сна. Она вытерла слезы, не перестающие литься из глаз, и взглянула.
— Да, я в порядке, — робко промолвила девушка.
— Встать сможешь?
Пес выпрямился, отстранившись от Марии. Девушка попыталась подняться, но стоило ей встать, как она чуть не упала на своего спасителя из-за острой боли в левом колене. Пес неловко поймал ее, придержав за талию.
— Подожди секунду, — попросил Пес и встал перед девушкой на колено. Щеки Марии залились румянцем. Она невольно протянула травмированную ногу вперед. Юноша как можно нежнее прикасался к коже. На колене слегка кровоточила небольшая рана, и струйка крови стекала вниз по икре. Пес фыркнул, а затем стянул со своей шеи платок и начал осторожно бинтовать ногу девушки.
— Бинтов и зеленки у меня нет, но это должно помочь, — сказал юноша, вставая во весь рост. К смущению Марии оказалось, что она макушкой еле дотягивалась до подбородка ее спасителя. Девушка сглотнула и сделала один неуверенный шаг.
— Благодарю.
Пес пожал плечами и ухмыльнулся.
— Думаю, ты не захочешь здесь оставаться? — парень кивнул на троицу, валяющуюся без сознания. Мария выглянула из-за спины своего спасителя, взглянув на коротышку с ножом — у него было ужасное месиво вместо лица и рука, вывернутая под неправильным углом. Девушка отрицательно покачала головой. В небе снова сверкнула молния и прозвучал ужасный гром, снова вызвав дрожь у Марии.
— Буря рядом, — промолвил Пес, посмотрев на небо. — Пошли, подвезу тебя, мышонок.
Парень спокойно направился к концу переулка. Мария осмотрела себя. «Вся в сером. Я и правда серая мышь», — горько отметила про себя девушка. Она расправила помятую юбку и неуверенно вышла из-за угла. Сначала девушка сомневалась, кто ее спаситель, из-за его внешнего вида, но стоило ей увидеть то, что находилось на спине парня, как развеялись все сомнения. На кожаной куртке виднелся рисунок — оскаленный череп собаки с языками пламени и две надписи
«Адские гончие, Блэквуд Хиллс МК»
Мария снова сглотнула в испуге. Клуб этих байкеров имел весьма дурную репутацию в городе. Пес сидел на своем мотоцикле и краем глаза смотрел в зеркало заднего вида. Девушка медленно подошла к байкеру. Ветер все сильнее нагонял черные тучи, и вскоре должен был начаться ливень.
— Мышонок, мы едим? — усмехнулся Пес, взглянув на девушку. Его взор словно оценивал.
— Меня зовут Мария Пасада, я вовсе не мышонок, — укоризненно сказала девушка. — Пес, а могу ли я узнать твое настоящие имя? Девушка сама не заметила, как покраснела, когда говорила эти слова. Пес приподнял одну бровь и хмыкнул.
— Сид, — коротко ответил он.
— Сид, можешь ли меня отвести на улицу Сан-Оливер? — уточнила Мария.
— Садись, — парень указал на сиденье позади себя. Мария замялась, но новый удар грома ответил за нее. Перспектива промокнуть пугала ее больше, чем спаситель. Девушка неловко села позади юноши, пытаясь понять, за что держаться.
— Обхвати меня.
Голос Сида был словно ржавая пила по которой ударили молотом. Мария вся раскраснелась. Поправив сумку на плече, она неловко обняла парня со спины. Ладонями она ощущала глубокое дыхание и спокойное сердцебиение юноши. Мотоцикл взревел, и странная дрожь прошла по телу девушки. Чувство риска, страха и одновременно защищенности и надежности перемешалось в душе Марии, пока она держалась за этого брутального юношу. Сид издал странный звук, отдаленно похожий на смех.
— Держись крепче, мышонок! Прокачу с ветерком!..

МАЙК.
Демон нагло улыбался, меняя свою окраску с красного на зеленый, с синего на пурпурный. На небе сверкали молнии, что делали эту улыбку еще более жуткой. Дождь сплошной стеной накрыл улицы. Майк неуверенно посмотрел на вывеску клуба «Неоновый демон», а затем, зайдя под навес, постучал в массивные двери. Спустя пару секунд они отворились, за ними стоял двухметровый охранник. Майк снял капюшон и поправил свою кепку.
— Привет, Роберт, — робко произнес подросток, тщедушный по сравнению с охранником. Роберт, который был больше похож на быка в белой рубашке и брюках, смерил юношу тяжелым взглядом.
— Правила помнишь? — тяжелым басом прогудел вышибала.
— Да, конечно, — робко произнес Майк. Роберт отошел в сторону, сложив руки на груди. Дирейни вошел внутрь, продвигаясь по длинному коридору. Свет был приглушен, и в коридоре царил полумрак. На белых стенах выступали изображение женских силуэтов, окруженные причудливыми тенями. В конце коридора сияли яркие потоки света и слышалась электронная музыка.
«Так, Майки, лицо понаглее, и все пройдет гладко», — подбодрил себя Дирейни и вышел на помост, разглядывая посетителей клуба. Прожекторы пускали разноцветные лучи, что отражались от стеклянного шара. Диджей миксовал музыку и под нее на танцполе двигалась огромная толпа. Майк схватился за поручни, высматривая внизу потенциальных клиентов."Бинго!» — Майк нашел, кого искал, и широко улыбнулся. Слегка пританцовывая в ритме музыки, он спустился в зал. Проходя сквозь пьяных и веселых подростков, Дирейни уже подсчитывал, сколько сможет заработать. В последний вечер лета в клубе собрался практически весь состав Блэквуд Хиллской юношеской футбольной команды, а что самое главное для маленького бизнеса Майка — тут присутствовали дети самых богатых семей Блэквуд Хиллс.
«Мажоры, куча бабла и ещё больше самомнения. Презирают всех и вся, кто не знает своей родословной до седьмого колена, но сами не менее заслуживают презрения», — отметил про себя Майк, наблюдая, как группа подростков заказывала себе целый список дорогих коктейлей. Среди всей этой веселой и бесшабашной компании, на удобном бархатном диванчике, развалившись, сидел Гэри Харинтон. Поджарый русоволосый юноша в самых брэндовых вещах, в окружении приближенных, с дорогим алкоголем. Майк пока стоял в стороне, наблюдая, в хорошем ли духе «король» школы. Семья Харинтонов была самой богатой в городе и по сути владела половиной города, дав ему в свое время огромнейший кредит. Единственный наследник этого семейства, Гэри пользовался своим положением и богатством на полную катушку и чувствовал себя хозяином всей школы. Ему подчинялись и его боялись, и никто не мог его остановить. Рядом с королем Гэри сидел Биф Томпсон, капитан школьной футбольной команды. Майк еще некоторое время понаблюдал за ситуацией, а затем уверенным шагом направился к компании. Дирейни встал перед столом с довольным лицом.
— О, Шустряк, — воскликну уже довольно пьяный Гэри. Майк незаметно фыркнул при одном упоминании его прозвища.
— Привет, Гэри! Вижу, тусовка проходит на ура, — с приторной улыбкой промолвил Майк. — Но думаю, что я могу добавить веселья.
С этими словами юноша достал небольшой пакетик, в котором виднелся белый порошок. В глазах Гэри блеснул огонек заинтересованности, а пьяные руки начали искать портмоне. Харинтон положил пятьсот долларов на стеклянный стол.
— Сдачи не нужно, Шустряк.
— Приятного отдыха, -сказал Майк и мысленно добавил: — «Козел!»
Юноша уже успел отойти к следующему столику, как сзади на его плечо легла тяжелая рука.
— Привет, Майки, — добродушно произнес Биф Томпсон. Майк ошарашенно посмотрел на этот живой тепловоз, но быстро догадался, что нужно говорить.
— Готов к началу сезона, Биф? Ставки на нашу команду можно делать? — лукаво произнес Дирейни, нашаривая в кармане нужные таблетки. «Хоть бы ЛСД не дать.»
Футболист заговорщически улыбнулся и вынул из кармана несколько купюр по сотне.
— Готов, конечно.
Дирейни быстро передал стероиды и забрал свои деньги. С каждой удачной продажей настроение Майка поднималось, как и капитал. Жаждущие расслабления и кайфа скупали практически все, а пьяные головы особо не замечали, сколько именно они платят.
«Так, план я на сегодня выполнил, могу и отдохнуть», — в приподнятом настроении Майк направился к барной стойке, да так и замер с непонятным выражением на лице. Вокруг него гремела музыка и толпа пьяных подростков отрывалась, словно в последний раз и завтра никогда не настанет. Три девушки в изысканных одеждах от лучших дизайнеров с дорогими украшениями беззаботно сидели и попивали коктейли, платя за все родительскими деньгами.
Первой была Зоя МакНара, капитан группы поддержки и дочка очень богатого ювелира.
«Золотоволосая, большеглазая, а самое главное, красавица с отличным размером груди. Кажется глупышкой, но мастерски использует свою красоту и ветреность.»
Майк ухмыльнулся и поправил свою кепку.
Второй на очереди была Саманта Дербери, глава клуба «Девичье милосердие», но в этой девушке сострадания и милосердия не на грош. Брюнетка с красивым лицом, но чертовски дурным характером.
«В ней ничего особенного, но говорят, что ее мама заплатила за импланты. Вечно стремится сместить королеву…» — с этой мыслью юноша перевел взгляд на последнюю девушку, что сидела в центре. От созерцания этой особы у Майка, как и у многих парней, замирало сердце. Прекрасная, словно статуя гениального скульптора. Она ходила над всеми, она повелевала всеми.
«Присцилла Унри Харт, всевышняя и невероятная сука… -пронеслось в голове Майка. — Или Пух, как могут называть ее самые приближенные.»
Сглотнув, юноша подошел к «королеве» Присцилле и девушкам, что ее окружали, но даже не успел и слова сказать, как девушка взглянула на него с презрением и насмешкой.
— Я не нуждаюсь в услугах какого-то мелкого наркодилера, — промолвила Пух и затянулась тонкой сигаретой, потом безжалостно выдохнула весь дым Майку в лицо. Парень недовольно скривился, разгоняя дым.
«Стерва, даже когда под кайфом. Кто же мешает столько алкоголя с травкой», — горестно отметил Дирейни и как можно быстрее скрылся с глаз девушек, лишь слышал, как за спиной раздался звонкий девичий смех. Юноша сел на противоположном конце барной стойки и громко стукнул ладонью с пятьюдесятью долларами.
— Бармен, ром-колу, пожалуйста.
Бармен с огромнейшими туннелями в ушах ловко подкинул бутылку, снял пробку и поставил перед  клиентом.  Майк выпрямился и встряхнул сосуд перед глазами. Внутри резво побежали веселые пузырьки. Скоро такие же наполнят его мозг, и станет намного веселее. Дирейни резко поднял руку и сделал отменный глоток. Горько-сладкая жидкость полилась по горлу и наполнила тело приятным шипением и прохладой. Юноша прикрыл глаза, делая небольшие глотки.
— Эй, Шустряк.
Майк недовольно оглянулся и увидел Скипа Маршела.  Худой даже по сравнению с Майком, бледный и нервно-дергающийся.
— Что тебе нужно? — процедил Майк, недовольно сводя брови. «Наркоман чертов.»
 Скип облизал сухие губы, и его кисти затряслись еще сильнее.
— Слушай, старина… дай одну таблеточку в долг? Ну, что тебе стоит? Деньги будут, так все отдам, — судорожно лепетал Скип.
— В долг не даю.
В голосе Майка появилась твердость, к которой он прибегал очень редко. Лицо Скипа стало еще бледнее.
— Прошу, ну дай одну таблеточку. Я найду деньги, — со стоном взмолился наркоман. Майк повернулся к Скипу всем корпусом и сделал устрашающие лицо.
— Слушай меня внимательно, Скип! — прошипел Дирейни. — Там сидет Биф Томпсон, и стоит мне только шепнуть, как он со своими дружками сделает из тебя отбивную. Ты уяснил?!
Лицо Скипа стало землистого цвета, и, поняв, что у него ничего не выйдет, он что-то проворчал и скрылся среди толпы. Майк насторожился было, когда до его слуха дошло: «Ты еще пожалеешь», но стоило Скипу уйти, как юноша вернулся к своему отдыху, попивая ром-колу. Новый глоток полился в горло, и парень почувствовал, что на его плече легла чья-то рука. Ожидая, что это вернулся Скип, Майк круто развернулся, но вся ругань, что он приготовил, застряла в горле. Перед ним с легкой миловидной улыбкой на устах стояла Зоя МакНара. Изящная,  в желтой блузке и джинсах, что идеально подчеркивали прекрасную фигуру с золотым водопадом кудрей, она изящно присела напротив юношу.
— Привет, Майки.
Голос девушки прозвучал столь сладко, что парень не сразу ответил, лишь молча пожирал Зою взглядом. Так прошла неловкая минута, и Майк встрепенулся, понимая, что выглядит как идиот.
— Да, привет. Чем могу помочь? — с расслабленной и уверенной улыбкой промолвил юноша. МакНара  наклонилась вперед, обдав его своим горячим дыханием и приятным запахом духов. 
— Решила составить тебе компанию. Можно? — голос звучал медленно и волнующе. Девушка провела кончиком пальца по ноге юноши, поднимаясь вверх. Майк нервно повторил это движение глазами и понял, что кровь резко отливает от мозга.
— Да, да, конечно, — быстро ответил Майк с дурацкой улыбкой. Девушка улыбнулась в ответ и наклонилась еще ближе, чуть ли не касаясь губами шеи юноши.
— Знаешь, а ты мне симпатичен, — Зоя завела за ухо прядь своих золотых волос и снова взглянула на Майка. В ее глазах была какая-то искра, что разжигало пламя в груди парня и заставляло нервно вздрагивать от каждого легкого и якобы случайного прикосновения девушки. Юноша понимал, что устами Зои говорит алкоголь, причем много алкоголя, и сам уже был в легком подпитии, но лишних действий не позволял, как бы это ему не хотелось. Майк не прогадал.
В следующие мгновение за спиной девушки появилась высокая фигура юноши. Стройное, накачанное тело с красивым лицом и глазами, что блещут не интеллектом, а огромным количеством тестостерона. В нем Майк признал Курта Коли, великолепного куотербэка школьной команды и парня Зои МакНара. Футболист испепеляюще взглянул на тщедушного по сравнению с ним Майка Дирейни, а затем наклонился к своей девушке.
— Дорогая, я соскучился по тебе, — промурлыкал Курт в ухо Зои. Девушка рассмеялась и поцеловала парня в щеку.
— Пошли, я тебя развеселю.
Влюбленные встали, смеясь, и Курт, проходя мимо, намеренно зацепил Майка. Дирейни разочарованно вздохнул и сделал глоток ром-колы.
«Эх, почему безмозглым быкам, что думают яйцами, достаются все девчонки, а парням нормального сложения — шиш? Я ж вроде бы не урод, даже ничего.»
Майк был хорошо сложен и в меру подтянут, но чересчур худ и малость не вышел ростом, чтобы тягаться с такими как Курт или Биф, зато у него был интеллект и способность выходить сухим из воды, при любых обстоятельствах.
Юноша снова приложился к сосуду и допил остатки. Он повернулся к бармену, чтобы заказать, что-то еще, но музыка резко стихла и прозвучало то, чего юный торговец смертью опасался.
— Полицейская облава!

МАРИЯ<
  Мария Пасада  никогда в своей жизни не испытывала ничего подобного. Ветер растрепал ее волосы, а в ушах ревел мотор железного жеребца. Безумное чувство риска, страха и свободы носились по телу вместе с адреналином, разгоняемое быстро стучащим сердцем. От страха упасть Мария вцепилась изо всех сил в юношу, что мчал их по ночной дороге. Мотоцикл уносил их от ночной бури, и они мчались в свете ночных фонарей и вспышек молний.
«Божечки, как же страшно», — внутренний голос просто пищал от страха, и девушка все сильнее прижималась к широкой спине Сида.
Пес резко повел байк на поворот, и Мария не удержалась от вскрика . Девушка прильнула еще сильнее к спине юноши, чтобы удержаться на мотоцикле, и закрыла глаза. Первые мгновение казались диковинными, но затем девушке стало дурно. Ком подкатил к горлу, и казалось, что ее вот-вот вырвет.
Мария собрала все свои силы и мужество, а затем дернула Сида за плечо.
— Прошу, остановись!
Пес крутанул головой, а затем, сбросив скорость, припарковался у обочины.
— Что-то случилось, мышонок? — насмешливо спросил Сид. Парень глянул через плечо, и насмешливая ухмылка сменилась удивлением.
— Ничего себе, да ты бледная как… — Сид  замолчал, подбирая подходящее слово. Пока он думал, Мария слезла с байка и неуверенно встала на ноги. Все ее тело дрожало, а желудок рисковал показать всю пищу, что ела девушка. Ощущая твердую землю под ногами, Мария вздохнула полной грудью, чтобы прогнать тошноту.
— Похоже, такая пай-девочка не создана для мотоциклов, — Сид широко улыбнулся, протягивая бутылку с водой, что он выудил из седельной сумки. Пасада приняла сосуд и, сняв пробку, долго и жадно пила.
— Спасибо, — выдохнув, промолвила Мария.
— Не за что, мышка.
Мария нахмурилась и взглянула на своего спасителя с укором.
— Меня зовут…
— Мария Пасада. У меня не девичья память, крошка, — ловко парировал Сид, смеясь.
— Крошка?! Как вы фривольно обращаетесь со мной, Сид, — девушка сложила руки на груди. — Вам стоит поучится манерам, юный мистер.
Сид вскинул одну бровь, а затем залился смехом. Бледные щеки Марии стали румянее, а сама девушка задохнулась от возмущения.
— Почему ты смеешься? — девушка по-детски топнула ногой, повысив голос. Сид прекратил смех и утер слезу.
— Боже! Ты словно Мэри Попинс! Крошка, будь попроще.
Мария Пасада раскраснелась до корней волос, от бледности не осталось следа.
— Хам! — воскликнула Мария. — Перед тобой девушка, что испытывает недомогание из-за того, что ты лихачил! Неужели нельзя было ехать помедленнее?! У тебя наверняка и прав нет?! Вы, байкеры, все грубияны и лихачи!
Лицо юноши стало каменным и словно потемнело. Сид достал из кармана какую-то карточку и вытянул вперед.
— Вот мои права, — фыркнул Пес и снова спрятал карточку в карман. — А если бы я сегодня не лихачил, то кто-то мог стать героиней криминальной хроники, — добавил он с металлическим равнодушием.
У Марии кольнуло в сердце и сперло дыхание.
«А ведь он прав. Если бы не он, то…», — девушка отогнала от себя ужасные мысли, но ее лицо приобрело виноватое выражение, а на душе стало горько. Пасада взглянула на Сида, что слишком заинтересовался рулем мотоцикла, и его лицо было хмурым, погруженным в глубокие раздумья.
«Мне нужно извиниться», — подумала Мария и сделала робкий шаг вперед.
— Сид, я…
Парень крутанул головой и фыркнул.
— Черт возьми!
Пес прибавил газу и, резко развернув байк, помчался по дороге. Мария провела его взглядом, чувствуя груз на сердце.
«Боже, какая я же дура! Оскорбила человека и все из-за того, что не смогла сдержаться!» — мысленно корила себя девушка. В небе сверкнула молния, и Мария подняла взгляд к черному небу. Над головой послышался столь мощный удар грома, что казалось, словно рухнула огромная скала. Пасада содрогнулась и быстрым шагом направилась домой. Ей повезло, что оставалось миновать лишь несколько соседних домов. Неожиданно над головой девушка раздалось душераздирающие «Кар», и Мария лишь успела уклонится, чтобы ворон не влетел в нее.  Птица пролетела мимо, а девушка со страхом нащупала что-то в волосах.
— Перо? — Мария заворожено рассматривала черное перо, что переливалось от света уличного фонаря. Из этого состояния девушку вывел удар грома и начавшийся ливень.
Дом семьи Пасада был уже буквально в нескольких шагах и Мария буквально вбежала в родные стены.
— Девочка моя!
Запыхавшиеся Мария оказалась в объятиях матери. Из кухни вышел мужчина в полицейской форме — ее отец. Рафаэль Пасада старался выглядеть бесстрастным, но в глазах была тревога.
— Мария, где ты была? Почему не отвечала на звонки? — сдержанно спросил отец девушки. 
— Телефон разрядился, а автобусы уже не ходят. Простите, что заставила вас волноваться.
Девушка чувствовала себя неловко, ей было стыдно до глубины души.
— Ничего страшного, дорогая, — с улыбкой ответила Фрида Пасада. — Ты уже дома, и это хорошо, верно, Рафаэль?
Мужчина вздохнул и покивал головой.
— Да, любимая.
«Похоже, был скандал, пока меня не было», — печально отметила Мария.
— Мария!
С верху лестницы, что вела на второй этаж дома, послышался громкий детский крик, а затем и явился сам источник шума, быстро перебирая ногами в топачках-кроликах.
Елена Пасада в халате с кроличьими ушами плюхнулась на пол и с разбегу обняла свою старшую сестру.
— Елена, почему ты не спишь? — Мария поглаживала младшую сестру по черным кудрям.
— Не хотела, — просто ответила девочка.
— Ну ладно, — Рафаэль снял куртку с вешалки и направился к двери.
— Куда ты, дорогой? — Фрида удивленно вскинула брови.
— На дороге в лесу, авария. Так что буду поздно, — устало промолвил  полицейский. Рафаэль взглянул  на самых дорогих людей в своей жизни, и на его хмуром лице появилась тень улыбки.
— Спокойной ночи, любимые.
— Спокойной ночи, папа, — в один голос ответили Мария и Елена.
Когда дверь захлопнулась, младшая Пасада снова убежала на второй этаж.
— Так, дорогуша, раздевайся, а то ты вся промокла, — по-матерински велела Фрида своей дочери, а затем скосила взгляд вниз. — Что у тебя с ногой?
У Марии порозовели щеки, и она подняла свою ногу, колено которой было обмотано черным платком с костями. Девушка на минуту замялась, но, увидев по лицу матери, что она ожидает ответа, покраснела еще больше.
— Я споткнулась и упала, — Пасада попыталась придать своему голосу уверенность, но вышло это плохо.
— И решила перевязать рану платком, — Фрида приподняла одну бровь, недоверчиво взглянув на старшую дочь — Ну хорошо. Иди переоденься и прими теплый душ.
— Да, мамочка, — с облегчением улыбнулась Мария и, поцеловав родительницу в щеку, направилась к себе.
Когда дверь в комнату затворилась, девушка смогла облегченно выдохнуть.
«Ух, вроде пронесло»
Комната девушки была небольшая, но опрятная и уютная, с большим треугольным окном возле кровати.  Мария Пасада любила чистоту и порядок, а ее комната была квинтэсенцией внутреннего мира девушки. Письменный стол, комод, шкаф и многочисленные книжные полки на стенах.
Мария положила свою сумку на комод и присела на свою кровать. Черный платок слетел с колена, рана под ним оказалась не такой уж и страшной, лишь неглубокое  рассечение кожи.  Девушка приподняла платок на уровень своего лица, посмотрев, не осталось ли пятен крови. Глядя на эту ткань, девушка словно снова видела хозяина платка. Сид на прозвище «Пес» смотрел на нее серыми глазами, с легкой ухмылкой на устах, которые пересекал шрам. Мария встряхнула головой, прогоняя наваждение.
«Он спас меня. Помог мне. Рисковал жизнью ради меня, а я его оскорбила.  Принизила его жизненные идеалы. Мне нужно извиниться. «
С этой мыслью девушка взяла  мягкий халат и ночную рубашку, а затем прошла в душ.
Теплая вода, падая на обнаженное тело, смывала усталость и стресс от беспокойного  вечера. Мария полностью отдалась во власть расслабляющего тепла и мягких касаний струй. Дурные мысли уходили, а рассудок стал ясным. Девушка покинула душевую кабину, встав босыми ногами на мягкий белоснежный ковер и прошла по ванной комнате, остановившись напротив зеркала. Ее взгляд задержался на отражении собственного обнаженного тела. Стройная фигура молодой девушки, но с небольшим недостатком, по мнению самой Марии.
«Все так же малы, и чего я ожидала?» — девушка подвела невидимые линии под своими грудями, что словно спелые сливы торчали вверх. Одним движением Мария повернулась, осматривая талию и бедра, убрав мокрые волосы с плеч.  Накинула ночную рубашку цвета морской лазури и полностью завернулась в халат, чтобы уютное тепло никуда не исчезло, пока она дойдет до своей комнаты.
Свет настольной лампы бросал тени на стены комнаты, а за окном бушевал буря. Девушка перечитывала роман, который полюбила с первой строки. «Испанская баллада», как нарекла ее писательница, повествовала о любви благородного разбойника Ревухио и молодой аристократки Пилар. Карие глаза скользили по строчкам, но, поднимая взгляд, мысленно девушка снова видела Сида. Сильный, храбрый, независимый, словно разбойник Рефухио, которого враги прозвали «Горный лев», Сид появился в момент, когда Марии угрожала опасность. «Быть может, Сид-это Ревухио, тогда Пилар — это я?» — с этой мыслью Мария захлопнула книгу, а ее щеки непроизвольно порозовели. Книга отправилась на свое законное место.
«В мире такое бывает, что человек только появляется в жизни и сразу… любовь?» — Мария повернулась на другую сторону кровати. — «Нет. Любовь с первого взгляда не существует. Я его совсем не знаю, но это незнание  затягивает. Сид-бунтарь, что выходит из рамок, но возможно ли мне с ним найти общий язык?»
Мария взглянула на черный платок с костями и старый роман, что лежали на одном столике, как две противоположности. Свет лампы погас, и веки опустились.
«Я узнаю. Завтра.»
Мария Пасада уснула, окунувшись в романтические грезы, совсем не замечая одинокое черное перо, что лежало на поддоконике.

СИД.
— Идиот!
Спидометр уже показывал сто десять километров в час, а разгневаный байкер продолжал накручивать обороты. Дорога вела вдоль побережья, и в свете уличных фонарей харлей мчался, словно убегая от бури, что накрыла весь город.
«Кретин! Идиот! Идиот! Почему ты не мог держать язык за зубами?! Впервые в жизни встретил адекватную девушку, а в итоге все потерял!» — Сид скалился и сжимал руль до белых костяшек на кулаках. С неба рухнул бесконечным потоком ливень, что моментально превратил дорогу в реку. Мчащийся  мотоцикл приближался к перекрестку, рассекая дождевой поток. Глаза юноши были направлены на дорогу, но мысли были заняты самоистязанием.
Черные крылья появились перед Сидом, и в этот момент весь мир замер на мгновение.  Риверс нажал на тормоза, и мотоцикл чуть не вылетел на обочину. Когда бешеный «железный конь» остановился у края дороги, ошарашенный Сид с трудом смог отпустить руль. Его стальные глаза поднялись к небу, и лицо залило дождевой водой.
— Чертова ворона, — прохрипел юноша, видя, как в небе исчезает силуэт черной птицы. Гроза бушевала, а Сид Риверс лишь смотрел как в небе неестественными зигзагами скачут молнии.
«А если бы я не успел среагировать, то наверняка разбился на такой-то скорости. А если бы я тогда проехал мимо, то Мария, наверняка погибла», — губы Сида растянулись в широкую улыбку, что больше напоминала волчий оскал.
— Черт, какой же странный случай, — осипшим голосом выдавил Сид словно обращаясь к бушующим небесам. Окончательно придя в себя, Риверс  склонился к своему мотоциклу и снова включил зажигание. Харлей взревел за считанные секунды. Дикий ветер трепал одинокое перо, что застряло между элементами руля, а Сид крепко и уверенно повел мотоцикл по дороге, плавно набирая скорость.
«Все, накатался на сегодня. Пора домой.»
 Сид Риверс проехал очередную улицу, сбавил скорость, не обращая внимания на то, что уже промок до нитки. Взглянув на дорожный знак, где было написано «Улица Сент-Оливер», Сид ухмыльнулся, вспомнив новую знакомую по имени Мария Пасада.
«Забавно, что мы с Мышонком живем на одной улице.»
Дом семьи Риверсов встретил своего старшего сына полным отсутствием света во всех окнах. Сид завел свой мотоцикл в гараж, стараясь создавать как можно меньше шума.
«Надеюсь, все уснули», — юноша протяжно зевнул, растегнув  свою куртку и кинув ее на руль мотоцикла.  Посмотрел на старое  кресло, что стояло в дальнем углу гаража. Мысль заночевать прямиком в гараже на этом кресле сразу отпала, Сид снял сапоги и открыл дверь, что вела в основную часть дома. Двигался, словно ночной зверь, плавно и тихо, вымеряя каждый шаг. Пройдя темный коридор, юноша взошел на лестницу. Ступеньки предательски скрипели, что вызвало недовольную гримасу у Сида. Когда он уже был  на середине пути, неожиданно включился свет на кухне, что заставило парня замереть.
— Сид Б. Риверс, пройдите, пожалуйста, на кухню, — прозвучал строгий женский голос. Юноша с досадой закатил глаза. А ведь его комната была в нескольких шагах.
Сид Риверс встал в дверном проеме с горькой улыбкой.
— Привет, мама.
Луана Риверс сидела за длинным кухонным столом, сложив на груди и укоризненно глядя на своего сына. Ей уже минуло сорок, но лицо не утратило красоты, а пятикратные роды не отразились на фигуре, лишь в черных кудрях проглядывали редкие седые пряди. Причиной появления седых прядей чаще всего был ее старший сын. Луана молча встала и с грацией кошки подошла к своему сыну. Она мягко взяла юношу за подбородок и повернула его голову, чтобы лучше рассмотреть свежий порез на щеке.
Лицо жещины было хмурым  и выдавало беспокойство.
— Где ты был? — голос матери звучал мягко и встревоженно.
Сид фыркнул и отвел глаза.
— Троица отморозков хотела изнасиловать девушку, мою ровестницу, ну и я вступился. А потом подвозил ее до дома.
Луана ничего не сказала, но Сид заметил тень улыбки на ее лице.
— Присядь, — женщина указала жестом на стул, а сама прошла к одному из кухонных шкафчиков. Сид покорно сел, а спустя пару минут его мать села напротив, положив на стол  семейную аптечку. Пропитав вату дезинфектором, Луана приложила ее к щеке своего старшего сына. Юноша даже не шелохнулся.
— Я понимаю, что тебе нужно было проветрится после ссоры с отцом и его отъезда, — голос матери звучал мягко, и Сид, как всегда, оставаясь с ней наедине, почувствовал угрызение совести.
— Мам, прости, что заставил волноваться, — юноша поймал на себе взгляд матери и моментально добавил. — Снова.
Луана подняла уголки губ в улыбке. Она достала пластырь и закрыла узкую ножевую рану.
— Я знаю, что ты, как и твой отец,  очень свободолюбив, и вам порою нужно сгонять лишние напряжение, но, пожалуйста носи с собой телефон и будь осторожнее.
Сид улыбнулся.
— Хорошо, мама. Я пойду спать, а то завтра рано вставать. Спокойной ночи.
Уже в дверном проеме мать окликнула сына.
— Она, эта девушка, хоть красивая?
Сид улыбнулся и глянул через плечо.
— Словно ангел.
Юноша уже поднялся на второй этаж дома, готовясь свалиться на свою кровать.
— Вернулся наконец. Знаешь, как мама волновалась?
Сид не обернулся на обвинительный голос, но сразу признал свою младшую сестру — Джульетту Риверс.
— Иди к черту, — сухо буркнул Сид и вошел в свою комнату. Вероятно Джульетта не осталась в долгу, но посланных в его сторону ругательств парень явно не услвшал, ибо наглухо закрыл двери.
Мокрая одежда полетела на пол, а Сид рухнул на кровать, подложив руки под голову. В небольшое окно стучал ливень, и где-то над черным горизонтом сверкали молнии. Юноша вспомнил Марию, с которой еще не так давно посорился, а еще раньше спас. Ее заплаканные большие глаза смотрели на него.
— Красива, словно ангел.

ПУХ
Присцилла Унри Харт прекрасно запомнила все произошедшее. Какой-то идиот крикнул: «Полицейская облава!», после чего все будто с цепи сорвались. Посетители клуба «Неоновый Демон» словно превратились из людей в куриц, в чей курятник проникла лиса, лишая всякой надежды на жизнь. В дверях туалетов и у черных выходов образовалась огромная давка, ибо каждый преуспевающий «бизнесмен» стремился избавится от дури или сделать ноги из этого заведения. Стоило Пух повернуть голову, как она увидела «Шустряка», который, словно заводной акробат, перескочил барную стойку, чуть не повалив бармена с ног, а затем и вовсе скрылся за дверью комнаты для персонала. Стоило двум полицейским явиться среди отдыхающих, как к ним быстро подошел Гэри Харинтон. Присцилла заметила, как он передал несколько купюр двум взяточникам. Двое копов широко улыбнулись и, пожелав приятного отдыха, ушли как и пришли. Диджей снова встал за аппарат. Зазвучала музыка, и на танцполе вновь собралась целая толпа, будто ничего и не происходило вовсе. Там была и Зои МакКаннара со своим парнем, имя которого Харт даже не пыталась вспомнить. Знала лишь, что он был из «Волков», — одной из известных футбольных команд школы в Блэквуд Хиллс. В клубе собралась вся команда, повсюду маячили парни в куртках команды с характерной символикой, а где они, там и популярные школьные чирлидерши.
«Парни с опилками в головах и их потаскушки», — так сказала однажды Саманта, подруга Пух. Вспомнив эту фразу, Присцилла легко и насмешливо улыбнулась. Сделав затяжку тонкой сигареты «Прайд», девушка откинула голову, наблюдая как медленно вращающийся стеклянный шар на потолке играл всеми цветами радуги, распространяя свет по ночному клубу. Неожиданно рядом с Харт на диванчик вальяжно уселась та самая Зои МакКаннара. Вся покрасневшая и запыхавшаяся, она улыбалась как дурочка, — видимо, алкоголь почти одержал верх над разумом.
— Ух, Курт такой горячий, — со смешком произнесла блондинка. Саманта Дербери, тем временем попивавшая коктейль-новинку, взглянула на подругу.
— И когда ты его собираешься бросить? — лукаво спросила Саманта.
— Не знаю, — Зои пожала плечами с невинно-ангельским личиком. — Может, еще недельку с ним поиграюсь. Знаешь, а вообще мне понравился Майк.
— Дирейни?! — Саманта рисковала подавиться напитком, но это не удержало её от заливистого смеха. — Он же никто!
МакКаннара сделала глоток своего коктейля и грустно пожала плечами:
— Мне понравилась его улыбка. А еще мне интересно, что сделает Курт, когда узнает об этом.
Саманта рассмеялась больше прежнего и подняла бокал:
— Ну ты и сучка.
— Знаю! — со смехом ответила Зои. — Пух, будешь с нами?
Присцилла Унри Харт потушила сигарету о пепельницу и взяла только что принесенный официантом коктейль «Оазис». Джин, ликер «Блю Кюрасо» и тоник создавали вкусную классическую смесь. Три подруги обменялись легкими ударами бокалов между собой и сделали по глотку.
— Пух, а как у вас с Гэри? — улыбаясь, спросила Саманта.
— Да, по-моему, после той ссоры ты явно обходишь его стороной, — отметила Зои.
Пух вздохнула, и на ее устах появилась тонкая ухмылка:
— Этот козел изменил мне, а значит, я его успешно бросила.
Две подруги Харт захихикали и предложили Пух снова выпить. Присцилла согласилась. В этот вечер девушке совсем не хотелось о чем-то задумываться, и она лишь мерно тратила деньги на новые порции «Оазиса». Саманта тем временем обменивалась новостями с главной сплетницей школы Дженной Фрай, а Зои снова умчала на танцпол.
«Черт, как же я опьянела, — Присцилла глянула на экран телефона. — Уже полночь, пора, пожалуй, домой».
Пух встала и ушла. Ей не нужно было прощаться, ибо она — «королева», а королевы, как известно, делают, что хотят, и уходят, когда пожелают. Толпа расходилась перед ней, ибо все знали, кто идет. Присцилла набирала СМС водителю своей семьи, как вдруг, уже на выходе, кто-то столкнулся с ней и пролил свой напиток на дорогую блузку Пух.
— Какого хрена?! — вскрикнула Присцилла, стараясь подавить нарастающий гнев. Подростки оглянулись на восклицание местной «королевы» и приготовились к зрелищу.  Растяпой оказалась какая-то девушка, которая с невинной улыбкой взглянула на разъяренную Присциллу.
— Ой, прости, — весело промолвила незнакомка.
— Ты хоть знаешь, сколько стоит эта блузка?! — ядовито процедила Пух.
Незнакомка откинула назад черные волосы, среди которых проглядывали золотые пряди.
— Не знаю. Дай угадаю, долларов пятьсот?
В клубе царил полумрак, и никто не заметил, как в этот момент побагровело лицо Присциллы.
— Пятьсот?! Это блузка от Диори Галянце за пять тысяч! — девушка тыкнула пальцем в грудь своей обидчицы. — Сама-то натянула какое-то старое детское платье!
Незнакомка и впрямь была в платье, которое едва покрывало колени. Пух заметила рядом парня, наблюдающего за этой абсурдной сценой. В его руках было два больших бокала пива и в уме девушки молниеносно зародилась дьявольская идея.
— А знаешь. — Присцилла лукаво улыбнулась и ловко выхватила бокал в свою руку. — А ведь мы можем улучшить твой наряд!
Как только из уст Харт прозвучало последнее слово, ее рука стремительно поднялась над головой незнакомки. Одно плавное движение, — и содержимое бокала начало медленно литься на голову опешившей девушки. Присцилла смаковала каждую каплю, которая оказалась на платье нахальной девицы. Когда же последняя капля напитка упала на волосы девушки, Пух отбросила пивной бокал и широко улыбнулась.
— Будешь знать, как связываться с Присциллой Унри Харт.
Ошарашенная публика осталась позади, когда «королева» Блэквуд Хиллс устремилась по коридору к выходу. Девушка пыталась оттереть свою блузку, попутно желая всех «благ» незнакомке. Присцилла преподала ей урок, и, наверное, сейчас она рыдает, закрывшись в туалетной комнате, — эта мысль приподняла девушке настроение. Дверь клуба осталась позади, а некомфортная погода заставила Харт приобнять себя за плечи, дабы сохранить тепло.
«Чертов Блэквуд Хиллс, почему ты всегда такой холодный? — Присцилла раздраженно посмотрела по сторонам, пытаясь высмотреть свою машину. — Ох, где же тебя носит, Ларс?»
— Кар!
Девушка испугалась, издав приглушенный вскрик, когда черный ворон пролетел прямо перед её лицом.
— Чертова птица! — процедила девушка, и, почувствовав у себя что-то в руке, раскрыла ладонь и удивилась:
— Перо?

БРАЙАН
Дом пылал, и огромный столб черного дыма поднимался к звездному небу. Огненный демон плясал, каждый раз подпрыгивая все выше. От дыма слезились глаза, а ожоги с каждым разом отдавались адской болью по всему телу. Брайан, спрятавшись среди кукурузы, наблюдал, как превращается в пепел его родное жилище. Слезы, смешавшись вместе с кровью, стекали по его щекам и орошали землю, падая вниз. В комьях жаркого пламени, которое вырывалось из дверного проема, появилась черная фигура, отдаленно напоминающая человеческую, однако с чересчур длинными и непропорциональными конечностями. Чудовище подняло голову и взревело с новой силой. Брайан оскалился и с ненавистью окинул взглядом это омерзительное существо. В его душе таился дикий страх, однако отчаяние и ощущение безвыходности положения пробуждали в нем ярость. Где-то в дальних уголках дома, давно охваченных неистовым пламенем, сгинули отец, мама и дедушка мальчика, и он прекрасно знал, кто был тому виной. Неожиданно лицо Брайна залил белый свет, и он поднял взгляд к ночному небу. На фоне полной луны парил странный силуэт, будто некое космическое создание. Эта картина поистине завораживала.
— Брайан! — юноша очнулся от наваждения, когда услышал крик матери. Стоило ему поднять взор, как он увидел омерзительное чудовище, нависшее над ним и обнажившее грязные клыки в подобии ужасной растянутой улыбки. Тварь взревела и обрушила на мальчика шквал из ударов когтистыми лапами.
Шестнадцатилетний Брайан Феникс проснулся от собственного крика. Пару секунд юноша приходил в себя, пытаясь осознать, где он находится. Когда взгляд наконец сфокусировался, парень выдохнул: он находится в собственной комнате, и ему в очередной раз приснился кошмар.
«Черт», — устало протянул парень, вытирая рукой пот со своих висков. Тотчас он заметил, как между средним и указательным пальцами его левой руки догорает сигарета. Феникс легким движением отправил окурок в пепельницу и снова рухнул в кресло, уставившись в потолок. На секунду парень бросил томный взгляд на окно. В этот момент он заметил нечто странное: на столе что-то чернело. В полумраке Брайан не мог разглядеть, что так отчаянно пыталось привлечь его внимание.
Он поднялся с кресла и шагнул к столу.
«Любопытно», — сделав затяжку, парень покрутил перо в руке.
В небесах кричали птицы, голосами забытых богов.

МАЙК
Весьма странное одолевает чувство, когда тебя никто не преследует позади, однако ты все равно продолжаешь бежать. Когда в клубе «Неоновый Демон» кто-то неожиданно позвал копов, Майк Дирейни что есть силы ринулся куда глаза глядят, лишь бы скрыться ото всех и не попасться в лапы стражей порядка. Ловко перескочив барную стойку, юноша ворвался в помещения для персонала, где после столкновения с некой парочкой, которая тут явно не в нарды собиралась играть, он быстро нашел выход под возмущенные возгласы влюбленных. Распахнув дверь наружу и быстро оценив обстановку, парень побежал вдоль переулка, повторяя свой девиз:
«Скорость! Я — скорость!»
Вода из луж под ногами разбрызгивалась во все стороны, пыль дорог развеивалась на ветру, — Майк бежал. Поддерживая темп дыхания, он курсировал по улицам, а воображение рисовало вот-вот настигающих преследователей, в один момент валящих его с ног. Ночная дорога, освещающаяся лишь светом молний, привела Майка к забору, на который он без лишних раздумий вскарабкался. И вот, находясь на вершине преграды и торжествуя в мыслях, что еще буквально немного, и он спасен, Майк вдруг теряет равновесие и падает. Рухнув на сырую землю и мокрую траву, парень со страхом оглядывается.
«Где я?»
Под дождем мокли старые машины и груды хлама — это зрелище вызвало у него улыбку.
«Свалка. Я спасен.», — с этой мыслью Майк поднялся на ноги и побежал дальше.
На городской свалке Блэквуд Хиллс мрачно и днем, а ночью она превращается в настоящий жуткий лабиринт, который наводит неподдельный ужас даже на коренного обывателя этого города. Старые автомобили занимали добрую часть территории свалки. Майк медленно продвигался между видавшими виды пикапами и «легковушками», то и дело невольно натыкаясь на торчащие детали и спотыкаясь о спущенные колеса машин. Любой странный шорох и резкие вспышки молний вызывали первобытный ужас. Дирейни остановился, выдохнул и прислонился к пикапу, точнее к тому, что от него осталось.
«Американская ржавчина. Все, что нация отвергла, можно найти здесь. Хм…»
Подросток резко развернулся и, приложив немалые усилия, поднял ржавый капот пикапа. Двигатель, а вместе с ним и большая часть внутренностей машины напрочь отсутствовали. Майк снял рюкзак и, расстегнув его, вытряс небольшой пакет с наркотиками.
«Красный лед, кубинский кайф, колеса — дьявольское дерьмо! Все проблемы из-за вас!» Спрятав пакет понадежнее, парень захлопнул капот. Дирейни устремился к выходу, напоследок бросив взгляд на свой тайник. Снова сверкнула молния, Майк исчез во тьме.

ДЖЕК.
Сидеть на автобусной остановке во время сильной грозы то еще веселое занятие, однако выбора у Джека Кэннона не было. Весь мир сейчас накрыла бесконечная тьма, и лишь дождь задавал ритм дивной музыки. Юноша всматривался в темное пространство, пытаясь хоть что-то увидеть. Ему казалось, что вот-вот, и молния осветит таинственную фигуру с горящими глазами, что смотрит на него через дорогу. Смотря на воображаемого монстра, одновременно Джек с безразличным лицом жевал шоколадный батончик. «Рейнджер " из молочного шоколада с лесным орехом, самое любимое лакомство парня. Чудовище растянулось, и на всем его теле появились десятки красных глаз. Прямо над головой ударил гром, и звук исполинского барабана привел юношу в чувства. Джек мотнул головой, и чудовище разорвалось на сотни маленьких частиц и исчезло с каплями дождя. Закончив с одним батончиком, он залез в рюкзак в поисках другого. Когда шоколадка в зеленой обертке с красной надписью была найдена, Кэннон замер на мгновение, а потом медленно развернулся.
Ворон рассматривал Джека, наклонив голову на бок. Вместо левого глаза у птицы зияла дыра. Пустая черная глазница.
— Ворон, — констатировал Джек, снимая обертку со сладости. — Тоже прячешься от грозы? Наверняка.
Кэннон откусил шоколада. «Черт, общаюсь с птицей. Докатился.»
Черная птица пронзительно каркнула. Джек замер с раскрытым ртом и посмотрел на ворона.
— Что, тоже хочешь шоколада, одноглазый? — юноша отломил небольшой кусочек и аккуратно положил на скамью. Одноглазый встрепенулся, взмахнув крыльями, и шоколадный орех исчез в клюве.
— Может, ты ручной, одноглазый? — Джек изогнул бровь и отломил еще кусочек. -Угощайся.
Черная птица каркнула, расправив крылья. Одноглазый выдернул одно из своих перьев и положил рядом с человеком.
Подарок? — Джек склонил голову к плечу. Ворон пронзительно каркнул и взлетел. Одно мгновение, и летящий силуэт исчез в ночной грозе.
«Забавно, что первый, кто меня встретил в моем родном городе — это Обманщик», — Джек усмехнулся и покрутил перо меж пальцев, а потом зацепил его за ремешки рюкзака.
Неожиданно к остановке подъехала машина. Из открывшийся задний двери послышался женский голос:
— Забирайся!
Джек схватил свои сумки и одним прыжком пересек пространство, буквально влетев на заднее сиденье.
— Привет, мам!
— Привет, сынок, прости, что опоздала, — женщина нажала на газ, и машина со свистом сорвалась с места. Кэннон закрыл дверь ногой и попытался устроится поудобнее, но машину заносило из стороны в сторону.
— Мама! Куда ты так спешишь?! — Джек с ошарашенным взглядом очередной раз впечатался в дверь.
— Понимаешь, когда я спешила к тебе, то забыла выключить чайник, -проговорила Джейн Кэннон. — Кстати, сынок.
— Что, мам?
— С возвращением, — промолвила женщина, бросив взгляд через плечо.
Джек широко раскрыл глаза и улыбнулся.
— Спасибо…