Блеск софитов

Размер шрифта: - +

Глава 35

Марго

 

– Видишь, какая я сложная.
– С другими всегда было проще, чем с тобой.
– Чем проще?
– Я их не любил.

 

(с) «Кофе на утреннем небе», Ринат Валиуллин.

 

На организованный отцом банкет я безнадежно опаздывала. Причем так, что еще даже не выбралась на свет божий из царившего в диджейке Макса полумрака. Кто ж виноват, что я продалась Музе «за дорого» и сейчас подбирала рифмы, идя на поводу у накрывшего как всегда в самый «подходящий» момент приступа вдохновения. Вместо того чтобы рисовать на глазах идеально ровные стрелки, очерчивать алым карандашом контур губ и влезать в тесное платье, сверкавшее сотней пайеток – творение рук молодого, но перспективного дизайнера.

– Ритка! – поморщилась от щелчка по носу и, наконец, обратила внимание на лучащуюся нетерпением довольную физиономию друга. Избавившегося от вечной трехдневной щетины и заимевшего вполне себе модную прическу, разительно отличавшуюся от обычно топорщащихся во все стороны, непослушных волос. – Я на свидание опаздываю!

От огорошившего меня известия я не удержала равновесия, кувыркнулась со стола, на краешке которого чинно и мирно восседала, и совсем не грациозно бухнулась на пол. Разглядывала друга во все глаза, поднимаясь и потирая ушибленный локоть: удивил, так удивил.

– А как же отказ от семьи и брака? Из себялюбивых соображений? Это сначала цветы, конфеты, кафе. А потом, шуба, бриллианты и кольцо на свадьбу, – состроила невинную моську, плохо сочетавшуюся со смыслом сказанного.

– Бельская! – рыкнуло уже не бородатое чудовище и обиженно насупилось: – вот умеешь ты, а! Задушить на корню самые благородные порывы.

– Ладно, жертва девичьего обаяния, погнали, подброшу тебя, – изучила Макса с головы до пят придирчивым взором и в общем-то оценила его преображение: – покажешь ту, которая умудрилась поймать убежденного холостяка в свои сети.

Когда мы подъехали к назначенному месту, высунулась из окна, чтобы получше рассмотреть девчонку, решившую сбить жару прямо в центре искрящегося на солнце, жемчужного фонтана. В ее коротких, ассиметрично остриженных пепельных волосах яркими пятнами мелькали розовые и фиолетовые пряди. Длинноватая косая челка закрывала высокий лоб и падала на левый глаз, вынуждая то и дело отбрасывать ее в сторону. Наряд пассии Макса был таким же пестрым, как и она сама: лимонно-желтый топ с черными разводами на груди, джинсовые шорты с бахромой разной длины, небрежно повязанная вокруг бедер рубашка в красно-черную клетку и черная гитара с серебряными крылышками, болтающаяся на серебряной же цепочке на тонкой шее. Белые кеды в голубой цветочек сиротливо стояли неподалеку от фонтана, всем своим видом намекая, что они пытались образумить хозяйку, но проиграли в неравном бою.

– Ну, я не удивлена, – восхищенно присвистнула, поворачиваясь к другу: – было бы странно, если бы тебя привлекло что-нибудь заурядное. Береги себя, надежда русской эстрады. А то уйдешь в загул, кто мне миксы делать будет?

Ободряюще похлопала Макса по спине и оставила наедине с, возможно, любовью всей его жизни. Ну а вдруг?

Позвонила отцу, предупредила, что задерживаюсь, и выслушала, какая я непутевая дочь. Улыбнулась промелькнувшим в родном голосе теплым интонациям и пообещала сильно не чудить: Грацинскому-старшему не грубить, Грацинского-младшего за нос не кусать и, самое главное, ничего не перепутать.

Минут через пятнадцать припарковалась рядом со входом в ресторан и нырнула назад – к болтавшемуся на вешалке легкому белому платью. Концерты и вечная спешка приучили, что переодеваться на заднем сиденье джипа вовсе не так уж плохо. Притом, что места там более, чем достаточно, хоть отдельную гардеробную сооружай. Да и тонированные стекла прекрасно защищают от любопытных обывателей.

– Рита! – внизу ступенек с привычной сигаретой в руке стоял Серов, наверняка заждавшийся моего появления и успевший устать от разговоров, чье благосостояние больше и чей «Порше» быстрей. – Слава Богу, ты приехала!

Залюбовалась черной рубашкой, облепившей тренированное тело так, что захотелось сию же секунду попробовать литые мускулы под тканью на ощупь. Сорвалась на бег, преодолела расстояние между автомобилем и тротуаром и прижалась к Антону. Впиваясь жадным поцелуем в его приоткрытые губы, хранившие запах ментола и табака, под одобрительные возгласы партнеров отца по бизнесу и под осуждающее покашливание застывшего в паре метров от нас Эрнеста.

Умелые, ловкие пальцы избавили меня от заколки, ломая собранную впопыхах прическу и скользнули вниз вдоль позвоночника, дурманя сильнее крепчайшего абсента. Спустя пару минут оторвалась нехотя от своего личного сорта героина, расправила несуществующие складки на платье и пошла здороваться с отцом, пообещав Серову скоро вернуться и не замечая чужого завистливого взгляда.

– Дочь, ты в самый раз, – папа подхватил меня под локоть и чмокнул в макушку, невольно будя непрошенные воспоминания о том времени, когда мне было пять и наша семья была цельной. Не успела и глазом моргнуть, как ко мне перекочевал бокал с розовым шампанским с озорными пузырьками.

– А что мы сегодня празднуем? – вопросительно изогнула бровь и быстренько поменяла алкогольный напиток на лимонад, пока родитель отвлекался на высокого статного мужчину лет сорока. Рукава белой рубашки которого были закатаны по локоть, обнажая витиеватые линии не татуировки – произведения искусства. Казалось, изображенный корабль вот-вот оживет и уплывет по волнам с его руки в направлении, что указывает старинный компас морского волка.



Алекса Гранд

Отредактировано: 08.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться