Блеск софитов

Размер шрифта: - +

Глава 8

Антон

 

Молчание не перекричать.

Тем более твое.

 

(с) «Состояние – Питер», Ринат Валиуллин.

 

 

Не спалось. Сидел на подоконнике своей съемной однушки и курил одну за другой. Где-то там внизу занимался новый день, город выпутывался из благостной дремоты, постепенно оживая, а у меня в голове собрался глухой вакуум. Пальцы, казалось, еще хранили ее тепло, а на душе было гадко от самого себя. «Цель оправдывает средства», – так бы мне сказал Николо Макиавелли *[1]? На всю квартиру залился трелью мобильный: интересно, кому неймется в такую рань.

– Как твои успехи? – без приветствия сердитым голосом, который я уже начинал ненавидеть, буркнул Грацинский.

– Познакомились, – с прохладцей вытолкал сквозь зубы я и замолчал, вслушиваясь в недовольное сопение на том конце провода.

– И все? – раздосадовано уточнил собеседник.

– А ты думал, королева Бельская меня так сразу к себе и подпустит?! – сорвался на повышенные тона, чтобы выглядело правдоподобно, а перед глазами стояла картина, как прижимал податливое тело девушки к себе.

– Тебе лучше поторопиться, – предупредил Эрнест и закончил разговор приказом: – сегодня вечером идешь на ее концерт. Пригласительный заберешь в почтовом ящике после двенадцати.

Выругался витиевато, так, чтобы позавидовал заправский сапожник, и рухнул в постель, еще долго буравя взглядом потолок.

Готовился к предстоящему мероприятию более тщательно: побрился и даже сгонял в парикмахерскую. Мама бы сказала, что Рита хорошо на меня влияет. Позвонил мелкому, договорились завтра сходить в больницу. Вышел из дома на целый час раньше и без дела слонялся по окрестностям. На фейс-контроле немного повздорил с охранником, но все же попал в клуб и занял место почти у самой сцены – с билетом Грацинский постарался. Начало сдвинулось на добрых полчаса, и я успел вдоль и поперек изучить соседей за столиком – жизнерадостную рыженькую девчонку, возбужденно попискивающую в ожидании любимой певицы, и ее молчаливого спутника, больше походившего на ценителя рока, чем попсы.

Бельскую встретили шквалом аплодисментов, и теперь я понимал, почему: что греха таить, я и сам застыл в предвкушении того момента, когда зазвучит чарующий голос. Сценический образ Марго был прост: белая майка на бретельках, обтягивающие кожаные штаны, косуха нараспашку и черно-белые конверсы *[2]. Три часа пролетели на одном дыхании, с беснующейся и подхватывающей строки песен толпой.

Когда объявили автограф-сессию, народ стремглав повалил к выходу, а мне даже удалось протиснуться в первый ряд. Маргарита ступила в живой коридор, я, как и остальные оголтелые фанаты, протягивал одолженный у рыжей листочек, но Бельская безразлично мазнула по мне взглядом и взяла блокнот у моего соседа справа. Оставив размашистую подпись, она двинулась дальше, а я, не отдавая отчета своим действиям, крепко ухватил ее за ладонь. Девушка отдернула руку, словно ошпаренная, подозвала охранника и что-то прошептала ему на ухо. Вопреки едва забрезжившей надежде, верзила подошел ко мне не для того, чтобы провести в гримерку, а чтобы попросить покинуть помещение и не мешать. Разочарование крепко сжало в свои тиски – я и не предполагал, что после такой ночи Марго будет шарахаться от меня. А стоило.

Сдаваться я не привык, чего бы это ни касалось: школьного первенства по легкой атлетике, завоевания первой красавицы в классе или получения желанной должности. Поэтому спустя пару минут, стряхнув чувство досады, спокойно покинул фойе и по ночным улицам покатил к дому Бельской. В просторном холле с высокими потолками натолкнулся на цербера-швейцара, охранявшего покой жильцов пуще пса Аида. Все мои дипломатические навыки и представлявшиеся железобетонными аргументами разбились о ледяное «не положено».

Но правду говорят: когда закрывается одна дверь, где-то открывается другая. Пока задумчиво курил на ступеньках, мимо проскочил парень из службы доставки. Я остановил его и пообещал полцарства (благо Грацинский обеспечил деньгами на непредвиденные расходы) и пару сотен баксов за униформу. События завертелись, как в калейдоскопе: во второй раз миновал фойе, уточнил у того же самого портье номер апартаментов Бельской и поднялся почти в поднебесье – на тридцать пятый этаж. Надвинул кепку на самые глаза, прошел мимо камер, пряча лицо, и пальцами ощутил холод металлической ручки. Можно сказать, что с сомнениями почти не боролся: решение вскрыть замок и пробраться внутрь созрело и в считанные секунды окрепло.

На задворках сознания понимал, что Марго запросто может сдать меня в полицию за проникновение в чужое жилище, но чувство азарта и адреналин без труда пересилили доводы разума. Пара волшебных пасов руками, негромкий щелчок, замыкание проводов сигнализации – и я стою посреди просторной спальни и гляжу в панорамные окна. Захватывает дух, по венам течет восхитительное ощущение полета – расправь крылья и лети. Заталкиваю поглубже опасения, в моем положении либо пан, либо пропал, и сажусь в кресло-качалку рядом с огромной двуспальной кроватью – ждать.

Так проходит час, другой, пока в прихожей не раздается звук открывающегося замка. Еще одна доза адреналина впрыскивается в кровь – в уме даже не пытаюсь смоделировать поведение хозяйки квартиры. Слышу, как что-то с грохотом падает на пол в коридоре, как устало вздыхает девушка, а потом комнату заливает неяркий свет. Первым делом в мою сторону летит ее клатч: я уклоняюсь, а маленькая сумочка ударяется о стекло за моей спиной. Испуганная, Марго хватается за стул около входа и держит его над головой – смешная и притягательная в своей воинственности.



Алекса Гранд

Отредактировано: 08.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться