Блюстители чистоты

Глава 7

Мышцы лица сводит, реагируя на раздражающе долгий звонок будильника, что настойчиво кричит, словно подбитая птица, рвущая глотку. Сообщающая всем о своей неизбежной гибели.

Замолкает.

Ровно через 5 минут пытка повторится, а я так и не встану, пропуская её сквозь себя. Если бы я не пыталась закрыть глаза на собственные неприятности, я бы не потеряла теплые чувства. Теперь же мне нужно что-то действенное, чтобы заполнить пустоту внутри, которая с каждым прожитым днем обрастает коркой льда.

Мне становится холодно.

Я лежу под толстым одеялом, чувствуя как на футболке в районе спины расплывается темное пятно, ткань прилипает, но продолжаю дрожать. Мерзнут стопы. Ладони также покрываются ледяными капельками пота, поэтому провожу ими по гладкой ткани, вытирая.

Мне становится холодно. Но я продолжаю лежать, сжимая пальцами простыню и крепко закрыв глаза, пока режущая уши птица возвращается. Напряженное тело продолжает неконтролируемо дрожать. Раскрываю губы, глубоко и громко вбирая воздух, да так, что легкие заполняются до предела, и замираю. Не дышу. Даю себе время придти в норму.
Сейчас должно стать легче, я начну жить, почувствую легкость и тепло, струящееся по венам, и всё-всё наладится.
Выдыхаю, когда под закрытыми глазами уже начинают скапливаться слезы от нехватки кислорода. Всё это так неправильно. Так не должно быть, но чертова житейская ловушка, непоколебимая уверенность, что все изменится, наладится, продолжает жить внутри меня. Существовать как отдельный организм, который плевать хотел на то, что все мы лишь пустой сосуд для хранения ошибок этого мира.
Любители поотдирать незажившие корочки ссадин, лишь бы не вспоминать всё то хорошее, что было с нами. Тепло теряется.

Скрип.

— И долго это будет продолжаться? — женский голос.

Раскрываю глаза, лениво поворачивая голову в сторону мамы с идеально собранной на затылке прической, из которой предусмотрительно вытащено пару волнистых прядок, чтобы показать, словно ты и не трудился над волосами битый час, рассматривая своё отражение. Деловое обтягивающее темно-зеленое платье ниже колена.

— На работу? — хрипло интересуюсь.

Мама складывает руки на груди, опираясь боком о дверной косяк и раскрывает рот:

— На работу. А ты, если не хочешь идти пешком, немедленно собирайся.

Слежу за тем, как она отлипает от двери, проходя в комнату и направляясь… в мою сторону? Хочет подойти впервые после ссоры? Наладить контакт? Не могу сдержать теплоты внутри, неожиданно находя в себе силы вылезти из-под одеяла и приподняться на локтях, но, что-то идет не так.

— Всё ещё глючит? — хмуро наклоняет голову в сторону, поднимая телефон с прикроватной тумбочки. В шаге от меня.

— Д-да, — киваю, упираясь одной рукой в матрас, — ещё глючит.

— Выключи, — протягивает мобильник, отворачиваясь в сторону окна.

Поджимаю губы, забирая нагретый аппарат, который продолжает попытки разбудить меня. Провожу пальцем по светлому экрану, попутно вытаскивая волосы со рта и убирая их за ухо.

Продолжает кричать.
Черный крестик поступательными движениями показывает для особо одаренных, в какую сторону нужно провести, чтобы отключить будильник, но ни черта не происходит. Поджимаю губы, начиная стучать по дисплею. Меня не раздражает звук, просто, отношения с мамой недавно наладились и я боюсь, что не выполнив её просьбу, вновь поругаюсь.
Крик замолкает, заставляя облегченно выдохнуть:

— Выключила.

Хруст штор. Непонятное чувство проводит костлявыми пальцами по спине, когда лучи солнца пробиваются в мою комнату, освещая ее.
Белый свет мажет стену впереди, захватывая половину ковра, и я уже слышу как раскрывают окно за спиной, испуганно оборачиваясь:

— Нет! Не открывай, — почти кричу, но ловкими движениями женщина раскрывает окно, которое не напрягало меня именно в закрытом состоянии, и бросает через плечо:

— Почему? В комнате дышать нечем, нужно проветрить.

Обходит кровать, разворачиваясь ко мне спиной.
Вердикт вынес и обжалованию не подлежит.
Провожаю взглядом маму, с силой сжав губы. Только не перечь.
Сглатываю, когда двери за ней закрываются.
Задумчивый взгляд опускаю в пол, прислушиваясь к звукам за спиной. Шум улицы переполнен свистом ветра, редким визгом машин и навеянным беспокойством. Влажный воздух, знакомый аромат старого дуба, тихое пение птиц.
За окном новый день. Ни чем не отличающийся от тех, что я провела в своей комнате в течении уже двух недель.
Оборачиваюсь, поднимая взгляд в сторону слегка поднимающейся от ветра прозрачной тюли, сквозь которую можно разглядеть голубое небо.

Окно раскрыто.

По телу проходит липкий разряд тока, покалывающий кончики пальцев. Волнение. Провожу ладонью по холодному лбу, вытирая капли пота, и откидываю одеяло, оголяя ноги. Прохладный воздух наконец-то находит доступ к влажной спине, проникая под футболку, вызывая мурашки.
Спускаюсь с кровати, направляясь в сторону ванной.

Мне не нравится, что в переломные моменты, когда я не понимаю что со мной происходит, когда я действительно не знаю что делать, в моей комнате кто-то появляется. Нарушает личное пространство, узнает что-то личное, а потом даже не смотрит. Хотя, это даже хорошо, что Дилан не заостряет на этом внимание, избегая в школе, но что если он кому-то рассказал?

Останавливаюсь напротив двери, начиная сжимать в руках холодную ручку металла. Краем глаз смотрю в сторону окна, не поднимая головы. Ветви высокого дуба переплетаются между собой, сцепляясь словно кривые пальцы. В нервном ожидании прикусываю нижнюю губу.
Нет. Хватит.
За тобой никто не следит, Эмилия.
Самой не смешно?

— Смешно, — еле раскрываю рот, шепча. Нервная улыбка касается губ, а голова непроизвольно качается. Никто не пролезет к тебе. За эти две недели он больше не прилезал к тебе.

[…]

Сжимаю ручку рюкзака, плавно продвигаясь сквозь толпу. За определенное время я научилась ходить по школьным коридорам оставаясь невредимой и при этом никому не навредив. Здесь всегда так людно, но среди людей, в шуме который они создают, можно почувствовать себя живым. Смехом можно заразиться, перенять его на себя и начать улыбаться, хоть ты и не чувствуешь радости. Ты просто пытаешься вылить на внутреннюю пустоту чужие краски. Чувства.
Не важно, что в скором времени эти пестрые цвета смешаются в черную мглу и заполнят с новой силой каждую клеточку тела, поражая её.
Плевать, ведь на секунду я буду чувствовать жизнь, струящуюся по венам.
Утекающую сквозь пальцы.



ChristenVD

Отредактировано: 22.07.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться