Богатые тоже скачут, или где спит совесть

Глава 9

Глава 9

 

Розовый фламинго – это не птица счастья. Это длинные ноги, крепкий клюв и твои нервы!

 

- Пожар!!! Горит!!! – надрывалось население дома во всю глотку. Впрочем, глас толпы сейчас  звучал уже как единый хор, необычайно слитный.

И чего орать? Подумаешь, немного не рассчитала количество дров…

Вернее, не так. Количество было правильным, а качество полов на террасе оставляло желать лучшего. Я и желала. Пока могла... Потому что после прибежали все свободные от обязанностей люди (то есть вся прислуга. Видимо, я считалась их основной обязанностью и божьей карой). И я снова осталась голодной...

Углядев неизбежное возмездие в двух лицах помятых и злых мужчин, неразлучных, как попугайчики, я быстро ретировалась на поиски другой пищи. Заначку пока трогать не хотелось.

Если уж мне не дали насладиться рыбной кухней, а вегетарианская у меня уже из ушей перла, то по зрелом размышлении я решила обойтись птицей.

В одной кулинарной книжке я прочитала: «Если вы сильно озадачены, что подать на стол – не сомневайтесь и выбирайте птицу…». Я и выбрала... ту птицу, которую нашла. Но почему-то никто в той книге не упомянул, что у птицы, кроме мяса, есть еще целая куча побочных продуктов! В частности – она была живая и живой хотела впредь оставаться.

Розовый фламинго, насильственно разлученный с естественной средой обитания, сильно обижался и норовил долбануть меня клювом по голове... скорей всего, как по самому слабому звену.

Если я правильно помню хоть что-то из зоологии, то эта милая, уже полуощипанная птичка проявляла несвойственные ей повадки и норовила сунуть голову в каменный пол беседки. Я ее отговаривала, отвлекая эпиляцией оставшихся перьев.

Мы так мило проводили время, но тут пришел Тяни-толкай с двумя злющими красными мордами, и мы с фламинго были по-варварски безжалостно разлучены.

- И что ты делаешь, позволь тебя спросить?.. – Никос выдернул у меня из загребущих рук разнежившегося фламинго и передал Георгиосу.

- Не позволю! – надула я губы.

Но тут как бальзамом по открытым ранам:

- Ой! – от Йоргоса, потому что моя птичка стремилась на волю.

- Вивисектор! – встала я в позу оскорбленного защитника природы.

- А ты тогда кто? – СБ-шник на вытянутых руках держал птичку, удивленно опознавая вид данной особи.

Счас! Он эту особь точно не видел, я ее из дальнего конца сада приволокла!

- Ей было жарко и я оказывала первую помощь! – нехотя призналась я.

Фламинго и Георгиос уставились друг на друга с обалдевшим видом.

- Не морочь мне голову! – взорвался Никос, хватая меня за руку и волоча за собой.

Я отчаянно сопротивлялась, упираясь пятками и вспахивая новую грядку. Микис будет просто счастлив, когда увидит! Как бы его от восторга удар не хватил! Вообще-то я не держу на людей зла, просто иногда выплескиваю его наружу.

- Было бы чего морочить! – орала я ответ, выкручивая руку. – У тебя эта часть тела отсутствует как таковая!

- Неважно! – он тащил меня, невзирая на препятствия, а я цеплялась за все, что попадалось мне под руку. В результате мы уже совместно волокли какую-то балясину и, кажется, садовую скамейку, но я не было точно уверена.

 Около входа в дом меня очистили от лишних предметов и торжественно перенесли через порог за шкирку.

- Удачного дня! – радостно пожелала я трем горничным, отмывавшим лестницу. Судя по их взглядам, они явно желали этот день сделать для меня особо удачным. И последним.

Наверх мы поднимались, как альпинисты: по веревке и со страховкой. Мне понравилось... чего не скажешь о Никосе.

В его спальню мы влетели на космической скорости. Первый раз вижу мужчину в состоянии полнейшей невесомости. Он просто плавал в эмоциях... и норовил поделиться этим необычным состоянием со мной.

Мы застыли друг против друга, сжимая кулаки. Похоже сейчас будет смертный бой.

 Но тут Ник неимоверным усилием взял себя в руки. В прямом смысле – обхватив себя за предплечья. Аж костяшки побелели. И уставился на меня лазерным прицелом.

У меня срочно зачесалось между глаз. Снайпер-самоучка нашелся!

- И что я тут забыла? – полюбопытствовала я, ускоренно просчитывая пути к отступлению и кося на отрытую дверь кабинета. Интуиция мне подсказывала, что новую удочку он еще не видел!

- Сейчас ты разденешься и ляжешь в кровать! – прошипел он, извергая из глаз молнии. – И мы продолжим начатое!

- Нет! – отказалась я, точно зная – в эту кровать я никогда не лягу. По-крайней мере,  пока не поменяют постельное белье и не вытряхнут колючие плоды опунции.

-ДА! – уверенно заявил Казидис, сдергивая покрывало и... застывая в недоумении.  Миллионер рассматривал живописнейший натюрморт: я финиками выложила фигу, перемежая рисунок декоративными фонариками опунции. Кстати, потратила на это полчаса своего драгоценного времени, которое могла с пользой употребить для пропитания!

- Что ты хотела этим сказать? – Никос оторвался от изумительного вида и обвиняюще уставился на меня, как прокурор в суде.

Ну, обломала я ему пальму. И что?

- Хотела, чтобы ты почувствовал себя как боров в опунции и финиках, - пояснила я свой художественный замысел.

- Хряк, - педантично поправил меня он, начиная снова злиться.

- Еще раз перебьешь, - нахмурилась я, – будет хряк!... и боров!

- Джу-ул!!! - он уже просто извергал звуки, как вулкан лаву. – А если откровенно?

- А если откровенно, - я тихонько, мелкими перебежками перемещалась поближе к выходу. – Хотела наглядно показать фигами - какой ты фиговый мужик!



Юлия Славачевская

Отредактировано: 27.05.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться