Богатые тоже скачут, или где спит совесть

Глава 21

Глава 21

Если у вас нет собаки – не отчаивайтесь! Возможно, вы спокойно можете ее заменить!

 

 

Сидя в кресле и помешивая крепкий кофе с ложечкой тростникового сахара, я отдалась во власть воспоминаний.

Когда Саш меня забрал, наступило очень сложное время. Меня песочили и воспитывали со страшной силой. И было за что…

Даже горячо любимый братец внес свою лепту и наложил руку на мои перемещения. Я застряла в междумирье, имея возможность только появляться на собраниях и получать дополнительные порции выговоров.

Потом, когда все немного утряслось, мне стало еще труднее. Потому  как я сходила с ума от душевной сумятицы и отказывалась что-либо понимать. Внутри меня бурлил такой комок эмоций… самой становилось страшно. Я даже попросилась в любую горячую точку. Одной и без оружия. Отказали. Сказали, мир еще не готов к ядерной войне…

Что сказать, я до сих пор ошеломлена… Трудно определиться в таком раздрае со смятенными чувствами. С одной стороны - это мой последний шанс доказать свою лояльность и профпригодность, с другой – я растаяла липкой сладкой лужицей, как только он прикоснулся ко мне. И кто я после этого? Какой из меня карающий ангел тогда получится?

Я потерла ноющие виски. Кофе давно остыл и подернулся радужной пленкой.

Есть ли четкое объяснение тому, почему мы чувствуем любовь или симпатию к определенному человеку, даже если он и недостоин этого? Какая биохимия творится в этот момент между мужчиной и женщиной? Кто придумал это издевательство над бессмертной душой и смертным телом?

Можно ли четко разделить грань между плохим и хорошим? Почему мы все забываем о полутонах? У каждой монеты всегда две стороны.

Я тихо сходила с ума тогда, пытаясь разобраться и не приближаясь ни на шаг к разгадке. Вскоре Саш добился пересмотра дела. Думаю, он сделал это, чтобы подтолкнуть, понимая: я должна сама для себя решить, кто я и как мне дальше жить.

Я честно уцепилась за первый подвернувшийся шанс и рьяно углубилась в обычную конторскую рутину, пока однажды ко мне не ворвался брат. Усевшись на стол, прямо на горы бумаг, Саш покачал ногой и уверенно заявил:

- Зря стараешься!

- Чего так? – подняла я голову от биржевых сводок. У меня от этих цифр просто в голове мутилось. И как люди во всем этом легко и быстро разбираются?

- Скоро твоего подопечного упекут в тюрьму за твое убийство и…

- КАК?! ЗА ЧТО?  – с громким воплем вскочила я. У меня закружилась голова. Всхлипывая: - Это ты виноват! Если бы ты меня не утащил так срочно…

- Ага, - кивнул головой брат. Насмешливо скалясь: – Считаешь, я должен был остаться и представиться твоему мужу…

- ОН МНЕ НЕ МУЖ! – перебила его я, отчаянно огрызаясь. Достали уже с этим замужеством! Сам же его, зараза, и подстроил, а теперь измывается над бедным несчастным ангелом.

Саш проигнорировал мою реплику и со скрытым ядом продолжил:

-… Здравствуйте, уважаемый Никос! Позвольте представиться, я - старший брат вашей жены, Сашиэль. «Справедливость Бога». – Уставился на меня золотыми глазищами: -  Может, еще крылья нужно было дать  пощупать, да? Или, скажешь, нимб во всей красе показать?

- А дал бы? – у меня загорелись глаза. – Прикинь, как бы было красиво!

- Прикидываю, где бы твой Никос сейчас обретался! – фыркнул брат, стараясь не расхохотаться. - В комнате с резиновыми стенами и очень милым персоналом!

- Мне срочно нужно на Землю! – не стала я спорить. Попросила, умильно заглядывая брату в лицо и делая молящие глаза кота из «Шрека»: – Отпусти меня! Материализуй!

Брат присвистнул, распахивая белоснежные крылья с золотыми кончиками:

- Еще чего! Мало тебе за прошлый раз всыпали?

Я повисла на нем, чмокая в нос:

- Ну пожа-алу-уйста, братик!

- Не получится, - произнес Саш, рассеянно проводя рукой по своим кудрям. Спрыгнул со стола и нервно зашагал по моему офису туда-сюда, словно обдумывая сложную логическую задачу. Напомнил: – Ты под особым контролем, и сможешь появиться на Земле только после высочайшего окончательного решения комиссии.

- Когда они наконец примут решение, мне там будет уже нечего делать - пройдет пара веков! – насупилась я. Помахала бумажным рулоном перед самым носом  злобного надсмотрщика. С намеком уронила: – И еще! Запомни – в тюрьмах мужчин содержат отдельно от женщин!

- Что ж, это веский аргумент, - продолжил издеваться надо мной братец, снова усаживаясь на столе и нависая над моим рабочим местом, как дотошный педант-учитель над нерадивым учеником.

- Тебе хорошо говорить, а войди в мое положение! - упирала я на чужую сознательность.

- Да его сразу выпустят, - заверил меня светоносец. Недовольно скривился, будто попало на язык что-то кислое: – Как только ты объявишься…

- И тут же посадят снова за мое настоящее убийство! – парировала, ни на минуту не забывая про чей-то скверный характер.

Нашу беседу прервал громкий звон торжественных фанфар и хор ангелов. Судя по всему, во врата рая вступал редкий по нынешним временам праведник.Я поймала себя на том, что даже не тянет слетать поинтересоваться, кто же то был. Раньше обязательно бы полюбовалась. Вот до чего поганец Никос бедную крылатую девушку довел – совсем утратила прежние ориентиры и забросила должностные обязанности!

Мы переждали эту благостную симфонию и продолжили разбирательство.

- Что ты предлагаешь? – братец скосил глаза в распечатку котировок акций.

- Это что ТЫ предлагаешь?! – набычилась я, ломая карандаш. И еще один. И еще. С упреком: – Это же ты работаешь здесь моим тюремщиком...



Юлия Славачевская

Отредактировано: 27.05.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться