Богатые тоже скачут, или где спит совесть

Глава 34

Глава 34

 

Простить нельзя забыть. Где ставить запятую - каждый выбирает для себя сам!

 

- Рон, я сказала: «Именно так»! – сутки, данные мне для завершения всех земных дел, были на исходе.

За эти часы случилось много всего. Сделали необходимые операции Йоргосу и Никосу и они сейчас отходили от наркоза в соседних палатах.

Меня не хотели пускать. Пришлось признаться в постыдном грехе молодости:

- Приятно познакомиться – жена!

Не поверили. Показала обручальное кольцо. Сравнивали всем консилиумом мое кольцо с таким же кольцом Ника. С лупой в руках и сверяя результат чуть ли не микроскопом. Пустили. Правда, у охраны потом долго и дотошно допытывались: сколько, интересно, Казидис выпил, когда на мне женился?  

Охрана сказала, что на трезвую голову.

Тогда медсестры посмотрели на меня повнимательней и дружно решили – курил!

Охрана снова возмущенно опровергла.

Тогда медперсонал понял: сотрясение мозга было не первым!  И сразу успокоился.

И неудивительно. Выглядела я… фурией. С опаленными волосами, укороченными вдвое и торчащими в разные стороны, разводами сажи по всему организму и с бешеными глазами. Ага. Мне даже помощь предлагали… психотерапевта. Я отказалась. Сказала - дескать, страховка мое безумие не покрывает, а остаток оплатить смогу только натурой. Верите ли? – ни один доктор ко мне больше не подходил! Даже практикант.

Потом ко мне приставала полиция. Надоедали, правда, недолго. Я же мстительная... Завела по-новой долгий и подробный рассказ о своем боевом ранении в бедро - и от меня в момент отбедрались желающие.

О! Еще послали к психотерапевту.

Дальше было... смотри выше.

Так что я оставалась в гордом и спокойном одиночестве, сидя в маленьком ответвлении пустынного и гулкого холла четвертого этажа, пока не приехала моя команда.

- Ты уверена? – в миллион тридцать первый раз спросила Марча, забирая подписанные мной бумаги. – Ты действительно именно этого добиваешься?

- ДА!!! - мой вопль резанул уши. Сестрички с пустой каталкой испуганно шарахнулись. Врач со стетоскопом удивленно оглянулся, прежде чем пойти дальше.

Марча, в глубоком волнении сминая изумрудно-зеленое кружевное жабо блузки, продолжила уговаривать:

- Милая, мы всегда за тебя. Не торопись! С Казидисом все в порядке. Мне кажется, дело терпит. Может, перенесем решение столь важного вопроса хотя бы на неделю?

- НЕТ!!! – радостно заорала я, углядев подстреленного Йоргоса в кресле-коляске и Рыжую, работающую поводырем. – Привет!

После слезы ангела, Йоргос сам не поймет, когда успел выздороветь. Гуд. Зер гут. Муй бьен. Оттимаментэ. Йоргос остро понадобится Нику в самое ближайшее время.

- Привет! - Дуэтом.

- Джул! – очень твердо сказал Гергиос бархатным голосом. – Я безмерно благодарен тебе за спасение Никоса...

Ой, что-то мне подсказывает о продолжении!

СБ-шник сверкнул глазами и проскрежетал:

- Хотя не надо было сначала его до этого доводить!

Я нервно кашлянула и попятилась.

- Но учти! - продолжал Йоргис, медленно приближаясь и уставясь на меня, как в дуло заряженного револьвера: - Если ты его хоть раз обидишь...

Какой чуткий, сволочь! Ну вот что ты скажешь?!

Я продолжала пятиться по диванчику, пока не уперлась спиной в стену.

- Запомни!  - в меня указал обвиняющий перст. - Обидишь брата - я тебя из-под земли найду и к Никосу наручниками прикую, поняла? На год! А то и на два, - Йоргос совсем не шутил, видно было по напряженной позе и холодному нахмуренному лицу.

Я тоже:

- Так оно и будет, Гося. Так оно и будет...

- Я тебе не Гося! – зло рявкнул Йоргос. Кому-то для выработки хороших манер поможет только ампутация. Башки!

- Прости, Гося! – в который раз повинилась жена шефа и сползла, приседая рядом на корточки. Заглянула в синие бешеные глаза: - А теперь послушай меня внимательно. Это очень важно!

- Чего ты опять натворила, зараза белобрысая? – уже почти беззлобно сказал Георгиос.

Все дружно посмотрели на мою шатенистую прическу и решили, что у мужика тяжелые последствия травмы головы. Переубеждать я никого не стала – времени оставалось в обрез.

- Все присутствующие здесь поставлены в известность о переходе моего бизнеса под начало Никоса, - по-американски улыбнулась я всеми зубами не на шутку встревоженному Йоргосу. – Соответствующие документы подготовлены и подписаны. Закладные аннулированы и больше не имеют законной силы.

- Что-то я не пойму – с чего вдруг такая щедрость? – пробормотал пораженный грек. Чувствует! Точно, чувствует! Еще немного - и креститься станет, изгоняя нечистую силу.

Неправда, я чистая! Местами...

- Потом поймешь, - сладко пообещала я. Вызверилась: – А пока помолчи, мужчина, когда женщина говорит!

- Дождусь твоей старости... - мстительно сказал Йоргос, смакуя каждое слово. – ...И стакан воды заменю на раствор виагры! А вставные челюсти спрячу!

- Конечно, - снова улыбнулась я. – Именно так ты и сделаешь! - Улыбка перешла в оскал: - А еще ты будешь рядом с другом и удержишь его от роковых поступков… - Сделала свой взгляд опасным: - Потому что ты не захочешь иметь дело со мной… в гневе… Ведь так?..

-  Так и есть! Матерь Божья, бедный Никос! Снова что-то пакостное надумала! – взволнованно выдал по-гречески побледневший СБ-шник. Пробормотал, ни к кому конкретно не обращаясь: – И почему мне все это кажется подозрительным?!

- Профессия у тебя такая... беспокойная! – отрезала я, поднимаясь с пола.



Юлия Славачевская

Отредактировано: 27.05.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться