Боги не играют по правилам

Font size: - +

Не гуляйте в серой зоне

 

Внимательно изучив карту, я понял, что город разделен совсем не ровно. Мало того, некоторые бароны, в том числе и Горлмид, полностью лишены своих территорий. Видимо, их просто забрали себе соседи. Как было видно, Валлуг и Эбен разделили между собой почти всю столицу. Осталось только несколько малых районов на их границе и парочка сравнительно крупных, не принадлежащих двум соперникам – барона Гниора и барона Серона.

Чем ближе я подходил к границе владений барона Эбена, тем меньше становилось людей на улице. У последнего дома было что-то вроде пропускного пункта. Конечно, тут не было частокола и подъемного моста через ров, но компания тяжеловооруженных громил явно намекала, что не стоит тут шастать. А лучники на крышах домов провожали такими взглядами, будто на мне висела мишень.

- Кто таков, куда собрался? – окликнул бывалый усатый воин.

- По заданию Глорда, - сказал я негромко и таинственно подмигнул.

То ли мой знак подействовал, то ли имя Глорда испугало воина, но он кивнул и дал знать остальным, пропустить меня.

Я вступил в приграничный район. Тут все резко поменялось, будто это другой мир. На карте он был обозначен серым цветом. Действительно, отовсюду сквозило запустением, дома утратили краски, а на дороге валялся мусор. Гнетущую атмосферу дополнял монотонный скрип ставней на легком ветру. Похоже, люди давно покинули это место. Пограничные районы превратились в районы боевых действий. Если между имениями люди еще как-то мирились, то тут шла открытая вражда.

Я невольно ощетинился, прижался к стенам и пошел крадучись, что лис. Тут было неуютно. Казалось, вот-вот выскочит из-за угла шайка разбойников, или прилетит стрела. Я достал меч. Вряд ли в сером районе разговаривают с прохожими.

На пороге одного из домов чернела запекшаяся кровь. В воздухе кружили мухи, и пахло недобро. Через несколько кварталов навстречу выбежал рыжий лохматый пес. В зубах он держал человеческую руку – не отгрызенную, а отсеченную. Я спугнул собаку, и тварь исчезла в дыре под забором.

Чуть дальше послышались голоса. Я замер: за поворотом в нескольких десятках метров тихо посмеивались несколько человек, и кто-то приглушенно выл. Надо бы аккуратно обойти, но… Я подошел ближе и выглянул из-за угла. Там четверо громил держали на земле какого-то бедолагу с кровоточащей культей, а пятый замахивался топором. Раз, – и пленник лишился второй руки. Он завыл, но кляп во рту сдавливал нечеловеческий крик боли и отчаяния. А палачи только рассмеялись. Один из них подхватил отрубленную конечность и свистнул черному псу. Тот завилял хвостом в предвкушении ужасного угощения, и тут же получил его. Остальные громилы ловко перевязали раны стонущему. Он был в полуобмороке и едва понимал, что происходит.

Не мое это дело, но боги в небесах уже сжали кулаки. Да еще что-то живот заурчал как назло не вовремя. Придется все сделать быстро. Я вышел из-за угла.

- Эй, честной народ, развлекаетесь?

Пять рыл развернулись в мою сторону. Глаза у них были волчьи. Ушастый мордоворот сплюнул, отпустил ногу бедолаги и двинулся в мою сторону. В руке сверкнул меч. За ним пошли остальные. Тем лучше, не придется молоть языком.

- С какого района? – просипел палач с топором.

Я прям опешил. Но взял себя в руки и твердо сказал:

- Район барона Горлмида.

- Чавой? Давно нет такого. Ты кто такой?

- Меня зовут Гур.

Зачем надо было называл настоящее имя, да еще барона приплетать, я не знал, но теперь бандитов нельзя отпускать – еще разболтают чего. В животе опять заурчало.

Ушастый замахнулся и ударил сверху. Я уже не сдерживался. Хотелось дать разгуляться телу, почувствовать силу, ловкость, скорость.

Легко отбиваю снизу вверх – меч поет – и рублю по шее. Клинок входит как в масло. С наскока пинаю ногой следующего – бородатого увальня. Он не успевает даже топора поднять, как садится на задницу. На неполном развороте обеими руками всаживаю острие в живот третьему, даже не вижу его лица, просто чувствую, как меч находит плоть. И отскакиваю от размашистого удара топором. Тут же возвращаюсь и вбиваю рукоять в зубы бородатому палачу, это он махал топором. Кручу над головой меч и рублю лицо увальню, хлопающему глазами, а затем приканчиваю и палача точным ударом в глаз.

Тут пришлось остановиться, иначе стирать мне штаны в реке. Нет, не от страха, а просто живот заурчал так сильно, что мне срочно понадобилось найти укромное место. Пока я корчился от судорог, пятый – белобрысый детина с печатью умственной неполноценности на лице – скрылся из виду.

Я немного успокоился, и тут же неприятные ощущения в животе прошли. Это хорошо. А вот то, что последнему разбойнику удалось смыться – очень плохо.

Я подошел к безрукому. Он был мертв. Бандиты не успели толком перевязать раны, и он истек кровью. Лицо бедняги было изрезано ножом, глаза заплыли от ссадин и синяков, но даже в таком виде я узнал его. Это был бард из «Цыпочек». Видимо его песни не понравились местным жителям. Даже не знаю, повезло ему или нет в том, что он не выжил.

Обшарив карманы трупов, я двинулся дальше. Мой кошелек пополнился лишь несколькими серебряными монетами, но и это лучше, чем ничего.

Вскоре показалась граница района барона Валлуга. Ее можно было легко узнать по развевающемуся красно-белому флагу над сторожевой будкой и лучникам на крышах домов.

- А ну стой, тварь! – крикнул мне тюфяк в погнутом шлеме и латах не по размеру маленьких.

Я остановился, разглядывая яркое знамя. А не взять ли мне его прямо сейчас?

- Чего встал, дурень? – засмеялся воин.

Пожалуй, я все-таки возьму его.

- Эй, юродивый, ты глухой?

Да, точно возьму, а еще прихвачу парочку жизней этих говнюков. Уж боги там на небесах скрипят зубами от гнева. Я потянулся к мечу, но живот… этот предатель вновь заговорил о своем: срочно нужно в укромное место. Я скорчился и глупо улыбнулся и пропищал:



Андрей Акулов

Edited: 22.12.2017

Add to Library


Complain