— Э, мадам! Пятнахи на опохмел не найдется, а?
Пьяница появился откуда ни возьмись — словно из-под земли вырос. Сутулый, тощий, похож на глиста. В мешковатой одежде. С блуждающими водянистыми глазами, коричневыми зубами в сколах. Волосы — грязная солома. Рыжеватые усы торчком. Беспробудное пьянство стерло признаки настоящего возраста: можно дать и двадцать, и сорок.
Николь отшатнулась от смердящего перегаром упыря.
— Мадам! — повторил абориген, пьяно растягивая слова. — Мелочевки займи, слышь!
Она боязливо оглядела главную площадь: два продуктовых магазинчика, заколоченное отделение почты, сельский клуб. И никого. Анатолий остановился здесь, вспомнив, что в доме закончилась соль. Повезло, что спохватился в поселке. Дальше путь лежал по наплавному мосту через реку, а затем пятнадцать километров по лесу — до забытой богом деревни, где остался один дом — тот самый, доставшийся Анатолию от деда. Без соли ужин не приготовишь, а лишний раз мотаться в такую даль заняло бы уйму времени.
Пока он отсутствовал, Николь вышла глотнуть свежего воздуха: из-за недосыпа и долгой дороги ее мутило.
Анатолия не было долго. Наверное, безуспешно пытался расплатиться в сельмаге банковской картой.
— Че, оглохла, мать?! — продолжал приставать булдырь.
Николь попятилась. «Почему ты не возвращаешься?!» — мигала в голове панически-красная лампочка.
Словно откликнувшись, Анатолий пружинистой атлетической походкой вышел из магазина. С упаковкой соли в руке. Судя по смурной мине, остался недоволен обслуживанием. Увидев пристающего к девушке алкаша, ускорился. Словно хищник, приблизился к деревенщине со спины. Пьянчуга повернулся и тут же схлопотал сильный толчок в недоразвитую цыплячью грудь. Шлепнулся на задницу, принялся хватать ртом воздух.
— Поехали, — грубо скомандовал недовольный всем на свете Анатолий.
Когда они уселись и закрыли двери, он вдавил педаль газа так, что у девушки захватило дух. Она положила ладонь на его руку, погладила. Он рывком высвободился и наорал:
— На кой хрен ты вылезла из машины?!
Раньше она его ни разу таким обозленным не видела.
Всю оставшуюся дорогу они молчали.
Одинокий двухэтажный дом стоял на границе леса и прибрежной луговины. Деревянный, обшитый крашенной в коричневый цвет вагонкой. Несмотря на почтенный возраст, жилище выглядело крепким, добротным. Вокруг — высокий забор из сетки-рабицы.
— Тебе тут не страшно ночевать одному? — спросила Николь.
— Я привык, — отозвался Анатолий. — Тем более у меня надежная защита.
Из дома приглушенно доносился собачий лай — напористый, злобный.
— Почему ты именно бультерьера завел? — поинтересовалась Николь. — Они ведь дико опасные, даже для своих хозяев.
— Это смотря как воспитать, — принялся объяснять он, вынимая сумки из багажника. — Главное — строгость и готовность потратить много времени. Зато потом, если кто заберется в дом, уйдет без яичек. Если уйдет.
Девушка поежилась от пронизывающего ветра, окинула взглядом окрестности — бескрайнюю октябрьскую серость, граявшую сиплыми грачами.
— Почему мы сюда не ездили летом? — спросила она.
— Не было времени, — ответил он. — К тому же тогда я еще не до конца убедился, что у нас с тобой серьезно. Мы ведь только в июле познакомились. — Он захлопнул багажник, нажал кнопку включения сигнализации на брелоке.
Николь захотелось домой. Она расслышала неприятную новую нотку в отношениях. Нотка пока не приобрела отчетливого звучания.
Он ворвался в ее жизнь ниоткуда. Добавил в «друзья». Поначалу Николь настороженно отнеслась к Анатолию, даже порывалась отфрендить. Но всякий раз что-то ее останавливало. Он был убедителен. Делал небанальные комплименты, грамотно писал, что вообще редкость. К тому же красив — с мускулами, белой улыбкой, почти гипнотическим взглядом. Ну, и деньжата у него водились — тоже плюс.
В общем, так она и не удалила его из «друзей». Прошло немного времени — и они встретились. Николь — приличная девушка, на первом свидании не отдается. Отдалась на третьем. У него дома. Он снимал однокомнатную квартиру в центре. Обставлено уютненько: диванчик разноцветный, кухня в стиле хай-тек, здоровенный плоский экран посреди зала. Когда она увидела все это, сразу представила: Анатолий после работы возвращается в свое холостяцкое убежище, достает из холодильника бутылочку дорогущего пива (непременно 0,33), устраивается на диване, не снимая брюк и белоснежной рубашки. Включает стендап-шоу. Не спеша пьет, посмеивается над остротами. Отдыхает. Как в фильмах о состоявшихся, успешных мужчинах…
Да, и никаких уменьшительных кличек, пожалуйста. Никаких «Толь» и «Толиков». Только полное имя.
Месяца два прошли как в сказке. Дорогие подарки, роскошные вечера, страстный секс.
И вот, вдруг…
… неприятная нотка.
Он отпер два замка — верхний и нижний. Восемь раз клацнуло с визгливым скрипом железо. Дверь открылась, изнутри потянуло затхлостью сезонного жилища.
— Ты хотя бы пыль здесь вытираешь? — поинтересовалась девушка.
— Когда как. — Он поставил на пол сумки, одной рукой захлопнул дверь, другой притянул Николь к себе и произнес: — Тебе придется покормить песика. Иначе он тебя не будет любить.
Животных Николь обычно сторонилась.
— Без этого никак? — спросила она. В ее планы не входило наводить мосты дружбы с бойцовым псом.
Анатолий покачал головой.
— На самом деле он ласковый. Если сначала покормишь.
Теперь Николь поняла окончательно: отдых в глуши пройдет совсем не так хорошо, как она ожидала. Дома Анатолий разозлился на нее из-за затянувшихся сборов. Впервые за месяцы их знакомства он выказал раздражение. Разговаривал сквозь зубы, старательно отводил взгляд. Когда она спросила совета, какой из свитеров — толстый или тонкий — взять с собой, он насупленно отвернулся и промолчал. За всю дорогу они обменялись лишь парой фраз. Остальное время она подавляла в себе чувство горечи и неопределенности, а он, набычившись, крутил руль. Мимо мелькали голые деревья, придорожные селения, заправки, закусочные — все угрюмое до невозможности.
#3491 в Триллеры
#1124 в Психологический триллер
#707 в Криминальный триллер
Отредактировано: 09.09.2023