Болотная Роса

Часть 2

Шел дорогою к дому и клял себя тихо:
И зачем поступил с ней он так?
Смог спасти ей он жизнь, но тут новое лихо.
Все испортил, опошлил, дурак!
Да, то верно, что, коль уж не он, так другой
Был бы первым ее… Но обидно –
Не нужна ведь она ему, он ей чужой,
Но взял то, что не нужно. Как стыдно!
Сорвал дивный цветок, бросил, дальше пошел,
Чтоб завял, чтобы грязью оброс.
Может быть, тот цветок кто другой бы нашел
И в свой дом бы с любовью принес.
Но теперь уж исправить нельзя ничего.
Он женат, да и Софью не любит.
Он забудет про это уж вскоре легко,
Ну и Софья, конечно, забудет…
Как пришел, сразу все объяснил: так и так,-
Дождалась уж сестра через час.
Софья мимо, спокойно, как раньше прошла.
Он с колонкой возился, как раз.
Своих чувств Катерине не выдала, только
Объяснила, что хочет прилечь.
Выпив чаю, легла. Катя вышла тихонько,
Чтоб подруги сон чуткий сберечь.
Брату только сказала, чтоб скоро не ждал,
Что с друзьями она погуляет.
Павел час на починке еще потерял,
Все, готово. Уж воду качает.
Хорошо, значит, можно обратно, к жене.
Только б вещи собрать, мать дождаться.
Сыт по горло он отдыхом этим вполне,
Пошел радостно в дом собираться.
Только в комнате той, там, где Софья спала,
Шорох слышен, возня. Не понять!
Он туда заглянул: чемодан собрала.
Квартирантка, знать, хочет удрать?
«Ты куда собралась?»- он спросил так внезапно,
Что на месте она подскочила.
«Уезжаешь? Сестре с мамой будет досадно.
Отчего же ты так вдруг решила?»
«Меня мама звала,- объяснила ему,-
Возвращаюсь домой, так всем лучше»
«Ты все прямо скажи, я, София, пойму.
Вся причина  - нелепый тот случай?
Я ж сказал: то будет теперь наш секрет
 И никто не прознает о нем.
Не буди любопытство, таков мой совет.
Будет надо, ответим вдвоем»
«Как в глаза маме вашей смотреть я смогу?
Катерине?»- она прошептала.
Отвернулась к окну, но он, все же слезу
Увидал и ему горше стало.
«Не вини себя, я виноватый во всем,-
Он сказал, ложа руки на плечи,-
Я тебя не обижу, вот слово мое.
Я уеду, тебе станет легче.
Я бываю здесь редко, ты скоро поступишь.
Не страдай. Все пройдет, как туман.
Ты смеяться над этим еще как-то будешь»
Но сказала: «Ведь это обман!
Я жене вашей сделала подлость, выходит»
Но он лишь ухмыльнулся не сильно.
«О жене ты моей, вдруг, подумала, вроде?
О себе луче думай, София»
И ушел восвояси, собрался, уехал.
Софье день ото дня не легчало.
Были заняты мысли ее человеком,
от которого счастье узнала.
Было мало счастливых до той поры дней,
Но тот миг с ним на речке был дивным!
В первый раз полюбила, но любовью своей
Поделиться, увы, не с кем было.
Лучше б он не спасал, дал бы ей утонуть,
Чтоб не знала, как сердце грустит,
Как оно просит только б на Павла взглянуть.
Его имя как песня звучит!
Наважденье и грезы стереть навсегда.
Зачем ей те пустые надежды?
Нет, не быть ведь им вместе, не быть никогда,
Он остался таким же, как прежде.
Он сказал, о себе она думать должна?
Так и быть! Время скоро поможет!
Она скоро уедет, не будет одна.
Как-нибудь проживет, она сможет.
Ну а Павел работал, общался с женой.
Разве в первый он раз шел налево?
И боролся жестоко, боролся с собой –
Душа Софью увидеть хотела!
День и ночь его образ его донимал,
Прошел месяц, другой прошел, третий,
Он в толпе ее образ утайкой искал.
И все думал: а вдруг ее встретит?
Что за блажь?! Злился он,
Ведь девчонка простая.
Позабыть бы! И чем зацепила?
Только есть в ней одно, что в жене не хватает –
Как ни с кем хорошо ему было.
Так и ждал он, что жизнь все на место поставит.
И дождался. Жена понесла!
Бог увидел, как Павел о сыне мечтает.
Ему сына подарит весна!
Он готов был Людмилу носить на руках,
Но она, вдруг, грустить начала.
От реакции той вдруг пронзил его страх:
Пополненью не рада она!
«Рано, Павел, детей заводить нам с тобой,-
Она резко сказала,- на завтра
Я пойду избавляться от глупости той.
Мне мой врач не откажет, коль надо!»
«Ты не смей даже думать о шаге таком!-
Закричал Павел, вдруг на жену,-
Мы расписаны, вместе пол года живем,
Что за глупости? Я не пойму!»
«Летом ты на два месяца едешь в Берлин,
Я должна оставаться с дитем?
Ну, давай, поживем для себя год один,
А потом, хоть двоих заведем!»
«Говоришь, словно шубу пришла выбирать!-
Зеленея от злости, сказал,-
Я скажу один раз, и пора тебе знать:
О ребенке давно я мечтал.
Коль в больницу пойдешь, то подам на развод!
Думай, милая, делай свой выбор»
И она побледнела. В тоне мужа был лед.
Про все планы свои позабыла.
Хоть ходила неделю, все дулась на мужа,
Но ластиться опять начала.
Мир в семье был дороже и, в ссоре, к тому же,
По характеру, жить не могла.
***
Вот прошел еще месяц, Люду на сохраненье
Положили в больницу пока.
Павел на выходных махнул к маме в селенье.
Осень. Снова нужны бы дрова.
Сразу матери с Катей он новость поведал,
Были рады, конечно, они.
«Поступлю, с малышом летом нянчиться буду»-
Катя брату потом говорит.
«Ты сначала давай, поступай,- Павел строго
Осадил ее пыл, как всегда,-
Школе скоро конец, здесь осталось немного.
Поступать-то ты будешь куда?»
«В медицинский»- не думая, Катя сказала.
«Не так просто,- ответил ей брат,-
В исторический, помню, когда-то мечтала,
Хотя я был бы только лишь рад»
«Ты не понял, я в техникум буду идти,-
Ему Катя тут все объяснила.
В институт я смогу ли когда-то пройти?
Ну а в техникум проще бы было!»
«Я помог бы»- ей Павел сказал. «Я сама.
Смогла Софья и мне будет просто»
«Вот, в чем дело. София! Ну всюду она!-
Павел вспыхнул и злился серьезно,-
Ты когда своей жизнью уже начнешь жить?
И решать все умом лишь своим.
И вообще лучше тему пока нам закрыть,
Мы потом с тобой поговорим»
Катя, хмурясь, сказала: «Всегда ты такой!
Обо всем судишь, даже не зная.
Не звала меня Софья учится с собой,
Она лучшего мне лишь желает.
Говорила, что я могу в ВУЗ поступить,
Что способная, только б училась»
«Ей, наверное, проще об этом судить,
Ведь она, все же в Выш не пробилась»
На слова эти Катя сказала: «Обидно,
Что София не слышит тебя.
Знай, что так говорить тебе, брат, не солидно.
Как придет, все скажу не тая!»
«Хочешь ты сказать, здесь она?»- он осторожно
Вдруг спросил, и кивнула сестра.
«Приезжает частенько… ну, если возможно.
На учебу ей завтра пора»
«Ну и где она?»- хмыкнул тут Павел, а Катя
Отвечала: «Ушла с женихом
И два месяца вместе они уже, кстати.
Как приедет, гуляют селом»
От тех слов у Павла что-то подло кольнуло
Между ребер, а, может, в груди.
Значит, долго резину она не тянула,
С кем-то ходит уже, посмотри!
А на улице поздно, темнеет уже,
«Что ж так долго гуляет она?-
Задал строго вопрос своей маме, сестре,-
Или ходит всегда до темна?»
«А тебе что за дело?- спросила тут Катя.-
Ей уже 18 зимой.
Ромка любит ее, не обидит, и, кстати,
На машине подвозит домой».
Павел глянул на мать и спроси у нее:
«Какой Кате София пример?
Завтра Катька до ночи шататься пойдет?
И что дальше?»- узнать он хотел.
«Ты опять все сгущаешь,- вздохнула тут мать,-
Себя Соня прилично ведет.
Ты пошел бы с дороги пока отдыхать,
А с утра и работа пойдет».
Мама вышла к скотине, Катя села писать,
Павлу дома никак не сидится.
Вышел. Встал под орехом. Софию стал ждать.
Хоть себе в том признаться боится.
Но машины не видно, прошло время еще,
Голоса услыхал в темноте.
Говорили чуть слышно. Понять бы, о чем!
На дороге стоят? Или где?
Вышел он за калитку, прошел под сиренью
И услышал, вдруг, голос ее:
«Говорю же, приеду еще на неделе.
Время быстро, увидишь, пройдет»
«Ты два месяца водишь уж за нос меня,-
Отвечал на то голос мужской.
Не даешь целовать, не даешь и обнять.
А мне спать не дает облик твой!»
«Отпусти!- приказала,- не то, закричу
И меня не увидишь ты боле»
«Нет, сегодня, София, вот так не пущу.
Я так мало прошу, что такое?
Хватит корчить с себя недотрогу, очнись!
Чья ты дочка, забыла? Так вспомни.
И к заоблачным далям ты зря не стремись»
«Отпусти, услыхала довольно!»
«Не пущу, все равно станешь точно такой,
 как мамаша-гуляка твоя.
Кто в поселке желает встречаться с тобой?
Слушай, все я скажу не тая.
На тебе ведь женится, не хочет никто.
Ты одной лишь минуты забава.
Хорошо тебе будет лишь только со мной
И женюсь, коль об этом мечтала!»
Услыхал Павел треск в темноте, присмотрелся,
Жених громко от боли скулил.
И за голову он за больную схватился
«Ты за что камнем? Ну, подожди!»
Он на девушку бросится тут же хотел,
Но пред ним вырос Павел внезапно.
Был один лишь удар. Рома в куст залетел.
И уже не вернулся обратно…
Ну а Павел ему крикнул вслед: «Ты смотри,
Чтоб тебя я не видел здесь снова!
И к Софии не вздумай ты, впредь, подходить.
Она видеть тебя не готова»
Павел тут обернулся к Софии, она
Вдруг направилась было домой.
Он ее, сам не зная зачем, все ж догнал
И спросил: «Все в порядке с тобой?»
«Все со мной хорошо» «Он обидел тебя!
Слышал все, что тебе говорил.
Не грусти. Разве он человек? Как свинья…»
Тут взгляд Софьи его пригвоздил.
В темноте он увидел мятежный блеск глаз
«Но, ведь, он сказал правду?- спросила,-
То, что думают все, говорил он сейчас.
И за то я его не винила.
Лучше прямо сказать, чем судить за спиной.
Мне счастливою быть не дано.
Видно, нужно бежать мне от славы такой,
Обо мне, где не знает никто»
«Ну зачем ты так?- Павел спросил, погрустнев,-
Мы тебя не обидим, София»
Он шагнул к ней. Он за руку взять захотел,
Но дозволено ль, то ему было?
Но она отошла, молвив только ему:
«Я другая, как вам доказать?
Я не мама моя, искупить, чтоб вину
Неужели монашкой мне стать?»
«Неужели не шутишь?»- спросил у нее
«Да, шучу… Мне пора, уже поздно»
В след ей молча смотрел, как в калитку войдет
И померкли, вдруг, на небе звезды.
Он с другой стороны посмотрел на себя,
Что ему не по нраву пришлось.
Да и Софью он мог в полной мере понять,
Предсказанье его не сбылось.
Она вовсе не та, какой видел всегда
Он, и все, кто ее обсуждал.
Ее истинный облик откроют года.
Он – та, какой мало кто знал.
Думал, Софья из тех, про каких говорят:
Отряхнулась, пошла себе дальше.
Да кого же обманет очей ее взгляд,
Взгляд без злобы, обмана и фальши?
Только он обманулся, что хотел, то и видел,
Не в пример Катерине и маме.
И, конечно же, он ее сильно обидел
И принес ей не мало страданий.
Нужно все ей сказать, извинится за все,
Подходящий бы выбрав момент.
И пошел он домой, а наутро ее,
Как проснулся, то час уж как нет.
Помог матери он и собрался домой,
Он хотел спросить адрес Софии.
Только как на вопрос мать посмотрит такой?
В глаза матери врать не красиво…
Ничего, решил Павел, найдет ее сам.
Это просто. Другое сложнее –
Сказать все, глядя в эти большие глаза,
Только как это будет на деле?
***
Но не все так случалось, как Павел хотел.
Отнимала работа все время
И к капризной жене вечерами летел –
Тяжко ей доставалось то бремя.
И скулила она, и бранилась она,
что послушала Павла жалела.
Ей тошнит, тяжело, стала вес набирать
И дитя то, хоть плачь, не хотела.
Ей во всем угодить Павел очень старался,
Покупал все, что хочет она.
Она хмурой встречала, когда возвращался.
Все мрачней и мрачнее была.
Он зимой на курорт с нею вырвался как-то,
Хоть работа все время съедала,
Несмеяна-жена перестала тут плакать,
Веселее, как будто бы стала.
И малыш стал толкаться, Людмила сперва
Слишком холодно приняла это,
Но мотом те толчки уже, словно, ждала.
Павел с радостью это заметил.
Она день ото дня все добрела, нежнела.
Павел думал, увидит дитя,
Материнскую роль на себя возьмет смело,
Стоит сына ей только обнять.
Вот весна, Люду снова в больницу до родов
Положили в начале апреля.
И на несколько дней он забыл о заботах,
Дали отпуск ему на неделю.
Чтоб бумаги к июню в то время оформил,
Он в Берлин, все же ехать собрался.
В суете этой, вдруг, о Софии он вспомнил,
Хотя ранее вспомнить боялся.
Ведь, как думать о ней начинал, ее образ
Возникал, как мираж перед ним,
Он, реально как будто, слыхал ее голос,
Синим взглядом манила своим.
Он решил, что найдет ее, где б ни была,
Отыскал ее техникум вскоре.
Общежитие, то, где, возможно, жила –
Дело вышло совсем не простое.
Оказалось, он знал только имя ее,
Да еще, что ей лет 18.
Кто поможет ему? Как ее он найдет?
Над собой лишь стоять и смеяться!
На крыльце общежитья стоял больше часу,
Собиралась гроза, капал дождь.
Уходить, иль грозу переждать здесь остаться?
Вдруг себя он спросил: «Чего ждешь?»
Люди мимо него выходили, входили,
Вдруг, услышал он девичий смех:
Три девицы бежали, веселыми были,
Забежали к нему под навес.
Они громко смеялись, были мокры их платья
И одну из них Павел узнал.
Это Софья была. Появилась так кстати!
Словно, знала, что он ее ждал.
Из подруг выделялась она красотою,
Он не знал, как улыбка ей шла!
Он подумал, сейчас говорить с ней не стоит,
Чтоб спокойно и дальше жила.
Он зашел за колонну, оттуда тайком
Наблюдал, улыбаясь, за ней.
Мокрый вид ее этот напомнил о том,
Что старался забыть столько дней.
Софья скрылась с подругами легкой походкой,
Павел только ей вслед посмотрел.
С ним, не зная того, обошлась так жестоко.
Боже, как же догнать он хотел.
Он напомнить хотел про тот случай на речке,
Он прощенья не стал бы просить.
Он хотел, как она, стать веселым, беспечным,
Хоть немного, но с ней рядом быть.
Но бежал, как тогда у реки, без оглядки
И опять клял и мучил себя,
Что от встречи с Софией добавил осадка.
Невозможно что-либо менять.
Лишь домой он пришел, как раздался звонок:
Сын родился, здоровый крепыш.
И, хотя две недели еще был бы срок,
Не дождался упрямый малыш.
Павел сразу метнулся в род. дом и цветы
По дороге успел он купить
И конверт голубой, голубые банты,
Чтоб в чем было домой приносить.
Но, то счастье, что, словно на крыльях несло
Упорхнуло – пришла вдруг беда.
Что ему в тот момент испытать, вдруг, пришлось,
Не жена к нему вышла когда…
Акушерка сказала без лишних прелюдий,
что Людмила при родах погибла.
Он спросил десять раз: «Не она, не та Люда.
Ты, старуха, наверно, ошиблась!»
Спустя время к нему вышла зав. отделеньем,
Как грозиться ворваться вдруг стал.
Хоть сегодня забрать жену без разрешенья
Может сразу. Еще, чтоб он знал,
Сына может забрать, как неделька пройдет.
Малыш крепкий, здоровый. Не в мать.
Кто с тем хрупким здоровьем рожать-то пойдет?
Люди, люди… Кому отвечать?
Павел даже не понял, что делать ему.
Куда ехать? Кому сообщить?
Осознал в полной мере свою он вину,
когда теще решил позвонить.
Теща с тестем Людмилу из морга забрали,
Ничего даже не объяснив,
Хоронить без него, видно, дочку желали.
Павел тенью в квартире ходил.
Новость быстро летела, друзей было много
И из них кто-то дал телеграмму.
А наутро уж мать с Катериною дома
Оказались у Павла нежданно.
Сына мать тормошить начала, все узнала
Когда похорон Люды, во сколько.
И Павлу собираться скорее сказала.
Пережить этот день нужно только!
Теща с тестем на Павла лишь косо смотрели,
Заводиться не стали при людях.
Да и как нападешь на него, в самом деле?
Друзья Павла стояли повсюду,
Мать, сестра, сестра матери, братья, кузины –
Все пришли поддержать его здесь.
Стоял Павел, качаясь. Куда делись силы?
Словно был на спине его крест.
А, когда уходил, его тесть подозвал,
Сказал прямо, что внук им не нужен.
Павел, вроде, о сыне когда-то мечтал?
Что ж, трофей тот, наверно, заслужен!
Они больше и слышать о них не хотят,
У них дочь еще младшая есть.
Но, его за смерть старшей они не простят
И пошел себе прочь бывший тесть.
Когда Павел обдумал тот весь разговор,
Понял с ужасом – маленький сын
Будет жить теперь рядом в квартире его,
Будет жить с ним Один-нА-Один.
О жене будет напоминать каждый час.
Превратилась мечта в наказанье!
Почему не Людмилу, его Господь спас?
Быть отцом в миг пропало желанье.
***
Он на кухне пил кофе часами,
Не хотел говорить ни о чем.
И пришлось подойти к нему маме,
Потрепать за мужское плечо.
«Не казни себя, хватит, не надо.
Кто же знал, что случится все так?
Твой сынишка пусть станет отрадой
И ему еще будешь ты рад»
«Ты не знаешь всего,- Павел ей, вдруг, признался,-
Не хотела ребенка она.
И, наверно, он так потому ей и дался.
В ее смерти моя лишь вина.
Я заставил ее делать выбор, когда
Собралась избавляться идти.
О здоровье плохом, ведь, не знал я тогда.
Но прощенья мне в том не найти.
Я сказал: или сын, или будет развод.
Не оставил ей выбора я.
Мне вина моя, мама, дышать не дает.
Да, во гневе права та семья.
Я и сам не хочу даже видеть его.
Может быть, в детский дом отдадим?»
«На что сына обречь хочешь ты своего?
Ну опомнись, ведь то же твой сын!»
Но нотации мамы не слышал, как будто.
«Не хочу его видеть!» и все.
«Никуда отдавать,- мать сказала,- не будем.
Мы с тобою пока поживем,
Я тебе помогу, ты работай, пока.
И привыкнешь к нему потихоньку.
Роль отца-одиночки отнюдь не легка,
Я и Катя поможем с ребенком»
«Кате скоро экзамены и поступать,-
Отвечал на то Павел,- а ты
Доработать хотела до пенсии, мать.
Не искала бы ты суеты»
«Внук не будет в Дет доме, пока я жива!-
Как отрезала, мать говорила,-
Если хочешь, могу я в деревню забрать.
Как воспитывать я не забыла»
«Это дело твое»- отвечал Павел ей
И ушел в свою комнату молча.
«Что ж,- сказала себе,- все мне ясно теперь.
Домой с внуком поеду и точка!»
И остался один он, как волк – одиночка,
Мать и Катя понять не желали.
И в деревню поехали с Павла сыночком,
А что дальше, и сами не знали.
Хорошо, хоть работа была у него,
От которой с овчинку то небо.
О друзьях позабыл, из родных – никого.
Время шло. Наступило уж лето.
Павел ехал в Берлин, от себя убегал
На два месяца только, но все же.
Излечится хотел, больше чтоб не страдать,
Но и там, за границей, все то же.
То же чувство вины, те же мысли и злость,
Жизнь не так повернулась, как ждал,
Ничего, что сам строил с трудом, не сбылось.
А что дальше? Куда? Он не знал.
Но, как раньше, хвалили его за успехи
И, как раньше, искали его
Те красавицы, что лишь минутной утехой
Оставались всегда для него.
Как вернулся, решил все же к матери съездить
И спросить, как жить дальше ему.
Может, сына забрать и жить в городе вместе…
И застал как раз Катю одну.
Он характер сестры изучил, ее злость
ожидал он в свой адрес узнать.
Да, прощенье просить у сестры, все ж, пришлось.
Она брата не стала пытать.
Рассказала, что стала студенткой уже,
в исторический, все же, пошла.
Оказалось, что ближе то ей по душе
И друзей много даже нашла.
Уж 5 месяцев сыну его, Алексею.
Да, Алеша – хорошее имя.
Его взглядом искал, спросить даже не смея:
Знать, устала с ним матушка сильно?
«Где же мама?»- спросил. «На работу пошла,
Доработать до осени хочет»
«Почему же не вижу я здесь малыша?»
«Повидать его хочешь так срочно?»-
Удивилась тут Катя и хитро смотрела
«Я забрать хочу сына домой»-
Отвечал и вошел потом в комнату смело,
Но она оказалась пустой.
«Его нет. Он с Софией. Гуляют, наверно»
«С кем?»- он голосом севшим спросил.
Он растерянным стал в один миг совершенно.
Вспомнил ту, что, уж думал, забыл.
Его горе лечило от образа Софьи,
Но услышал о ней и опять
Те ростки теплоты, что, казалось, засохли,
Стали вновь в глубине оживать.
«Софья нам помогала с Алешей всегда,-
Катерина вернула в реальность.-
Когда я поступала, когда не могла.
Не смотря на заботы, усталость.
Ей ведь тоже свою жизнь устраивать надо.
Как окончит, работать пойдет,
Да и замуж, наверное, выйдет когда-то,
Ведь в столице жених ее ждет!»
Чтобы чувства его все, сестра не узнала,
Отвернулся к окну Павел, вдруг.
«Хочешь знать, чьей невестой София уж стала?
 Это Дима. Твой давнишний друг»
Павел резко к сестре обернулся опять.
«Как же он познакомился с ней?»
«Когда Лешку приехал помочь забирать,
Нас привез на машине своей.
Он влюбился, взял адрес, нашел, где живет
И ухаживать в городе стал.
Он ответа е уже месяц, как ждет.
Поскорей бы сентябрь настал!
На учебу поедет, там чаще они
Смогут видеться, свадьбу назначат»
«Значит, Дима уже теперь Софьи жених?
И женится готов на ней, значит?»-
Он спросил, ухмыляясь, но на деле ему
Было горько от новости той.
Что ж, хорошую друг его выбрал жену,
Она счастье подарит, покой.
И он тоже достойная партия ей:
Он красив и умен, обеспечен,
Он Софию одарит заботой своей,
Их союз будет счастлив и вечен.
Павел вышел во двор и за домом услышал
Тихий лепет – малыш где-то там.
И, когда он на звук тот тихонечко вышел,
То предстала картина глазам:
Софья в мягкой траве с его сыном лежала,
Одеяло ему подстелив.
Она в ручки и носик его целовала,
Он свою ей улыбку дарил.
Говорила ему что-то тихо и нежно,
Было дивно смотреть, как она
Наполняла ребенка любовью безбрежной,
Хоть и мамой его не была.
***
Он не долго стоял в стороне. Обернулась
Софья, словно от взгляда его
И, когда увидала его, улыбнулась.
Даже не ожидал он того.
Он смущения ждал, удивленья, насмешки,
Но лишь радость в тех синих глазах.
Она села, поправила платье не спешно,
Хотя было отлично и так.
Подошел, сел с ней рядом, на сына смотрел,
А ребенок его изучал.
И на руки его, вдруг он взять захотел,
Только можно ли, даже не знал.
Софья молча Алешу на руки взяла,
Был на Павла он очень похож.
Сказать проще, то копия Павла была:
Те же губы, глаза, тот же нос.
И замучила совесть его в тот момент –
От кровинки родной отказался!
Не виновен малыш, что пришел в этот свет,
В доме сирот бы так настрадался.
«Хорошо, что приехал,- София сказала,-
Познакомитесь с сыном, как раз»
Ты меня, - он спросил,- может, не ожидала?
Упрекать меня можешь сейчас»
«Нет, конечно, и даже я не осуждаю,
Ваш поступок отнюдь не так плох.
Вы все время по-своему тоже страдали,
Но жил счастливо здесь ваш сынок»
«Да, я вижу. Ему хорошо, есть три мамы,
я б те вряд ли заботы тянул.
Ты, наверно, с чужим-то ребенком устала?
Но его вскоре я заберу»
«Да, так лучше, наверно,- сказала она,-
Малышу нужен папа, а маму
Вы найдете еще, у вас будет жена,
Он хорошим сыночком ей станет.
Хотя я по нему тосковать теперь буду.
Можно мне навещать иногда?
Хоть ему заменить не смогу, все же, Люду,
Не обижу его никогда»
«Я все вижу, София,- он тихо сказал,-
Не пойму только, как так выходит:
Кто заботы, любви с детства не получал,
Для кого-то потом их находит?
Ты с трех лет, помню, бегала где-то одна,
Голодна, неумыта, несчастна.
Не секрет, тебя мать обижала всегда,
И  всегда ни за что, понапрасну»
«Мать считала, что я своим обликом странным
На нее накликаю позор
И за то я ребенком была не желанным,
Был с отцом у нее о том спор.
Потому говорю – хорошо, что печаль
Вы себе лишь оставили только.
Иногда родным людям бывает не жаль
Наблюдать за несчастным ребенком.
Вы обдумали все, и открылась душа,
Вам друг-друга пора обрести»
В глазах Павла София тень грусти нашла.
Он сказал ей внезапно: «Прости.
Я тебя обижал понапрасну всегда
И об этом, поверь, сожалею.
Если б понял я все еще раньше, тогда,
Было б все по-другому, уверен
Давай, будем друзьями отныне теперь?
Обращайся на «ты» впредь со мною.
Я желаю добра тебе, Софья, поверь.
Знаю, Димы ты станешь женою?
Однокурсник он мой, его знаю давно
И желаю тебе с ним я счастья»
«Говорить еще рано, пока что о том,
Ведь еще не дала я согласья»-
Ему Софья ответила, встала с травы
И Алешу домой понесла.
Он не знал, в его друге хорошем, увы,
Ту любовь, что ждала, не нашла…
Чувства сына родного щадить мать не стала,
Заступиться за внука хотела,
Говорила о глупости, черствости Павла,
Грозной тучей напротив сидела
Отвечал, что задумался он, осознал,
Исправлять положенье явился.
Коль была б его воля, домой сам забрал,
Он наладить контакт вновь стремился.
Потеплела от слов тех слегка его мама,
Но совет один Павлу дала:
Заберет пусть Алешу, как осень настанет,
И с ребенком потом помогла б.
Пока нет холодов, свежий воздух ребенку
Очень нужен. Пусть Павел пока
Подготовит квартиру – всего нужно столько
От кроватки и до молока.
И спешить в этом деле не нужно. Сперва
Пусть привыкнет к нему его сын.
Софья с Катей в том деле ему помогали,
С ними понял общаться как с ним.
Он весь август, во все выходные свои
Приезжал и не знал даже сам
К кому больше стремиться, к кому он летит,
Кого больше он видеть желал.
Софьи образ един стал, вдруг, с образом сына.
Кто из них был дороже ему?
Полюбил он Алешу, как Софья любила,
 Сын уже сам тянулся к нему.
Но сентябрь забрал на учебу сестру,
А за ней и Софию отнял.
Павел отпуск взял, осени всю красоту
Сыну в первый он раз показал.
Пока мать увольнялась с работы, а дом
Поручала племяннице взрослой,
Павел, с Лешей гуляя, мечтал об одном –
когда в город скорее вернется.
Обещание Софьи он с сердце хранил:
Навешать в выходные Алешу.
И мечтой этой он две недели лишь жил,
Думал, может быть, ждет его тоже…
Да, ждала, да, скучала и сразу пришла,
Как устроились в городе только.
Прижимала с любовью к себе малыша.
Три недели не виделись! Долго!
На пол дня приходила, порою, на день
И однажды увидел с окна,
Как с другим скрылась хрупкая Софьина тень –
С женихом шла куда-то она.
Павел клялся себе, что следить впредь за ней
Он не будет уже никогда,
Но к окну все равно глупо мчался скорей,
Когда ей уходить уж пора.
Дима, хоть и не часто, Софию встречал,
Нежно за руку брал, улыбался,
Иногда (ведь он право имел!), целовал.
Вот тогда себе Павел сознался:
Он влюбился в нее, не важно, когда,
Но он любит ее всей душою.
И лишь ради нее он готов так страдать,
Чтоб иллюзий напрасных не строить.
Он ей счастье желал. Может, с Димою ей
Будет лучше намного, чем с ним,
Дима добр, веселый, он Павла нежней,
Да, к тому же, у Павла есть сын.
Время свадьбы, как Катя сказала, зимой,
Пред защитой, как раз в феврале.
И шепнула душа его: «Хватит, постой!
Скажи все, объяснись с ней скорей!»
И, оставив сестру с сыном в доме одних,
Провожать Софью вышел во двор.
Тет-а-тет разговор состоялся у них.
Первый снег уж на улице шел.
«Приглашенье на свадьбу мне Дима принес,-
Говорил он, в глаза ей смотря.
Я смотрю, у вас все с ним навеки, всерьез?
Дима счастлив, так все говорят.
Ну а ты? Я надеюсь, ты счастлива с ним?»
«Да,- ответила Софья,- к тому же
Оттого мы зимой пожениться хотим,
Чтоб оставили здесь, коль я с мужем.
Чтобы после учебы меня не послали
В чужой город, иль, даже, поселок.
Ведь работать меня здесь оставят едва ли,
А мед. сестры нужны в дальних селах.
«Ты права,- брови сдвинув, тут Павел ответил,-
Ты подумать должна о себе.
Выйдешь замуж за Диму, появятся дети,
Да и каждый того бы хотел.
«Я такого, как Леша бы сына хотела,-
Ошарашила Софья его,-
Я хотела б любить, а не быть лишь любимой.
Вот тогда б ко мне счастье пришло»
Павел таял, как лед в ее синих глазах,
С ресниц нежно снежинку смахнул.



AuroraBorealis

Отредактировано: 20.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться