Больше трёх не собираться

Воздух

Воздух

 

Смерть в образе белого чудовища спускалась с гор, она не торопилась, потому как знала: нет спасения от неё, да и те, кто ждут её прихода, не испугаются, не отступят…

Белый зверь с блестящей цепью, шёл на встречу с Избранными, и от рёва его замирала жизнь, деревенька пустела на глазах.

Глупые люди прятались в своих жилищах, затаившись, ждали избавления, от того, кто нёс смерть и разрушение, наивно надеясь на чудо, явленное Буддой, в которого они свято верили.

Шива видел, как внизу в этом скоплении хаотически переплетенных нитей –человеческих жизней - отчётливо бьются три сердца, как маяк они притягивали его и заставляли трепетать…

Они не боялись его, и это принуждало задуматься…

Но запах свежей крови развеял все мысли в голове чудовища, оно проголодалось, и пылающий внутри пожар можно было погасить только одним способом, и оно знало каким…

Этот бой войдёт в легенду, его будут пересказывать ночью при свете огня, его будут дополнять новыми подробностями при свете дня, и имена трёх будут вплетены в ту легенду… Но это всё впереди…

- Он идёт! Зверь и бог, мрак и смерть, идёт! - Шанна, очнувшись от медитативного транса, поднялся с земли перед статуей. С сожалением покидая состояние шунья, он понимал, что нирвану ещё только предстоит заслужить.

- Ты бы ещё позже сообщил. - проворчал Изя, который в это момент, по примеру библейских воинов, доделывал самодельную пращу, примеряя её к руке.

- Шанна, мы знаем, друг, успокойся. - проговорил Александр, вынимая из-за пазухи перо, о чём-то стал шептаться с ним. Результаты не замедлили проявиться. Перо начало трансформацию, которая закончилась тем, что в руках Избранного закрутилось боевое копьё света.

- Сейчас мы ему обеспечим горячий дружеский приём. Мелкий, не волнуйся, мы и не таких кабанов на раз разделывали! - Яшка перевёл внимание с обеспокоенного юноши на свой артефакт, начал шёпотом нарезать ему какие-то задачи, что самое главное, в обстановке, максимально приближенной к боевой, «живой огонь» понимал хозяина с полуслова. Вот и сейчас, сорвавшись с груди цыгана, он бросился очерчивать круг огня вокруг площади, покинуть который без разрешения Якова не посмел бы никто. Стена разумного огня прекрасно поняла свою задачу: «Всех впускать, никого не выпускать!», и пускай хоть всё горит синем пламенем.

По улочкам гулял ветер, в конце поселения появилась белая фигура с блестящей, золотой цепью, с остро отточенными, как у бритвы, гранями звеньев; и жалобный позванивающий звук нёс траур туда, где ступала нога зверя…

И вновь рёв чудища сотряс деревеньку. В несколько прыжков он достигнул границы огненного круга, раскинутого на площади маленькой деревушки, ютящейся возле подножия гор Гималайских, и имеющей только одну достопримечательность - большую статую Будды…

«Эти смертные непроходимо тупы, в монастыре тоже думали, что их божок защитит их… А эти даже огонь развели, дабы их вкусное и сладкое мясо можно было бы испечь, а то от сырого, чего-то не того, надоело, приелось, понимаешь…»

Мысли бога, привели тело зверя в боевой режим, он, прыгнув в пламя, оказался внутри круга.

- Опа, животинка показалась!- Яшка усмехнувшись, крутанул клинок.

- Не, вы мне скажите, и это что, этим нас пугают? – Изя раскручивал пращу, примериваясь к первому залпу.

- Мужики, обезьянку заказывали? – Александр, перекинув копьё с руки на руку, пошире расставив ноги, развернулся пружиной, готовя тело для броска в цель.

Шанна, сложив руки лодочкой перед собой, поклонился противнику, приготовившись умереть…

Рёв оглушил на секунду, потом пришли слова:

- Смертные, отдайте то, что вам не принадлежит!

- Ага, сейчас, только шнурки на кирзачах погладим!

После этих слов Александр, размахнувшись, довел тело до упора и отправил копьё в цель.

Зверь легко ушел от него, отбив чудовищной лапой на подлёте.

Копьё, вылетев из горящего круга, не могло вернуться к руке его метнувшего - приказ Якова выполнялся дословно.

Изя, запустив пращу в полёт, оказался удачливей, он попал, но камень, стукнувший в голову чудовища, не причинил тому вреда.

Победный рёв чудовища был оборван броском яшиного клинка.

Тот вошёл прямо в сердце чудовища, но это никак не повлияло на его самочувствие.

Рёв победителя и вырванный клинок, кровь, что окрасила белый мех - всё это слилось в одно мгновение со словами:

- И это всё, что вы можете? Умрите, слабаки! Люблю сырые сердца героев!

Но тут произошло невероятное, Шанна, стоявший в одной линии обороны с Соломоновичем, дико крикнув, в прыжке атаковал зверя…

Тот, перехватив его тело своими ужасно волосатыми лапами, подтащил к своей кровожадной морде, чтобы крепкие клыки вгрызлись в беззащитное тело этого хрупкого муравьишки…



Алексей Анатольевич

Отредактировано: 22.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться