Борджиа. "Секс. Власть. Убийство. Аминь."

Славное утро. Часть Пятьдесят Вторая.

Кому нужен наемник, не способный справиться с простым заданием? Микелетто вновь не оправдал возложенного на него доверия.

Джанкарло - шпион, отправленный во Флоренцию под видом нищенствующего монаха, был хладнокровно убит в стенах исповедальни. Заколот ножом для вскрытия писем. Богато инкрустированный клинок с инициалами кардинала делла Ровере красноречиво оставлен в правом глазу жертвы - преступник желал быть раскрытым. Джулиано хорошо знал, чьи шпионы следуют за ним по пятам.

В день, когда Микелетто довелось сообщить эту новость Чезаре Борджиа и передать ему нож со следами запекшейся крови, наемник едва и сам не лишился глаза. Ярость хозяина была зловеща, однако не настолько, чтобы Корелья испугался. Когда врученный клинок молнией чиркнул в руке кардинала и острием угрожающе уткнулся под самым глазом Микелетто, тот даже не моргнул. Он знал - Чезаре не станет убивать его. Да, в зрачках господина плясали отблески гневного пламени, но в тот момент в этих необычайно красивых глазах не было необходимой решимости - той решимости, что заставляет одного человека убить другого. А бессмысленной жестокости, присущей многим владетельным особам, в хозяине было еще меньше. Зато у него было достаточно рассудительности, чтобы понимать: в произошедшем нет вины Микелетто. И лишь воля неумолимого случая вновь спасла делла Ровере от преследования Борджиа.

В наказание за неудачу Микелетто всю неделю довелось следить за некой баронессой Бонадео. Ничего более унизительного Чезаре и придумать не мог. Ведь подобную плевую работу можно было поручить любому мальчишке-попрошайке с рыночной площади.
Корелья знал о перебранке, случившейся на свадьбе донны Лукреции, и был крайне удивлен, что вместо барона Чезаре потребовалась баронесса. Скучнейшие дни леди Урсулы не приводили в трепет, и ровным счетом ничего примечательного за ней не сыскалось.

Микелетто довольно быстро выяснил все, что могло бы пригодиться господину: Урсула редко выходит из дома, и никогда - без сопровождения. В те дни, что она выезжает верхом, баронесса, точно бледный призрак на белой лошади, отправляется на Аппиеву дорогу, к монастырю Святой Цецилии, дабы воздать пожертвования. Там она проводит некоторое время, по-видимому, в молитвах, затем в сопровождении двух слуг возвращается в просторный палаццо на площади Навона. Размеренная однообразная жизнь замужней дамы: без приключений, без интриг, без малейшего намека на счастье. Как странно, что эта заурядная особа привлекла внимание кардинала Борджиа.

Но этим субботним утром Микелетто больше не было нужды тащиться к дому Бонадео. Сегодня Чезаре ждал наемника в замке Святого Ангела в девятом часу.
Когда Корелья в приподнятом настроении вышел из дому, воздух показался ему необычайно прозрачным и свежим, будто лето уже убралось восвояси. А ведь шла вторая половина августа - по обыкновению самая знойная и засушливая пора на землях Романьи. Однако в нынешнем году Юпитер даровал жителям Рима мягкое лето и обильные дожди, после которых сочно колосились ровные квадраты пашен и чище синело высокое небо. В такие дни даже столь угрюмым субъектам, как Микелетто Корелья, дышалось свободнее и самую малость беспечнее.

Минуя улицы до замка, он с каким-то особенным упоением внимал привычному шуму и суете этого города. Нынче Рим стал ему домом, и, наверное, впервые за долгое время наемник обрел некую иллюзию постоянства. Подумать только! Уже целый год прошел с тех пор, как он поступил на службу к Чезаре, а ему до сих пор кажется, что такая удача - всего лишь сон, и он вот-вот проснется. И вокруг снова ничего не останется, кроме пустоты, дикости и безысходности, в которых он жил до того, как судьба свела его с великолепными Борджиа.  

Хозяин ждал Микелетто в одном из пустых помещений замка, где раньше хранили зерно и провизию на случай осады города. Теперь просторная кладовая пустовала: то ли по беспечности нынешнего гонфалоньера - Хуана Борджиа, то ли по указу самого понтифика. Ведь Александр умело балансировал на острие политической игры и делал решительно все возможное, дабы обезопасить Рим и свой папский трон от нападок недругов.

Встретив Микелетто, Чезаре сходу приказал ему идти в оружейную на втором уровне замка и принести оттуда эспады - испанские шпаги для дуэлей. Корелья, ничуть не удивившись, невозмутимо и быстро исполнил указание.
Оглядев кардинала, облаченного в простой дублет и штаны из кожи, наемник догадался, что их ждет тренировка в фехтовании.

- Вы просили эти, Ваше Преосвященство, - проговорил он, подавая две шпаги толедской стали, бережно завернутые в суконный мешок для сохранности. Чезаре кивнул и, схватив оба меча за рукояти, с тихим шелестом выудил их из ножен.  
 
- Да, - он ловко и умело прокрутил клинки в руках, приноравливаясь. - Эта должность сделала меня праздным.

Микелетто быстро избавился от собственного дублета и выпростал полотняную сорочку из-за пояса. Он предпочитал тренироваться, не стесняя себя в движениях.

- Думаю второе неотделимо от первого, Ваше Преосвященство, - проговорил наемник, искоса глянув на господина.

- Этим славным утром зови меня Борджиа, - отозвался Чезаре. - А я буду звать тебя бароном.

- Бароном? - переспросил Микелетто и, вынув свой полутораручный меч из ножен, встал наизготове в паре метров от господина.

- Да, - он криво ухмыльнулся, - я пообещал прекрасной даме, что не стану подвергать себя опасности, - Чезаре отбросил один из клинков в сторону и мастерски ухватил оставшуюся шпагу. Шустро приняв боевую стойку, он вскинул острие клинка и направил его на Микелетто: - Так что это сделаешь ты.

Их взгляды пересеклись, и всплеск азарта прокатился по телу Корелья горячей волной, однако он не смел делать выпад первым, не вполне понимая, чего ожидает от Чезаре - настоящего боя или забавы? 
А прекрасной дамой, видимо, была Урсула Бонадео. Похоже, господин задумал не просто наказать барона за нанесенное оскорбление, но и отнять у него жену?