Босс-обманщик, или Кто кого?

Глава 3. Цель намечена, или Должностные обязанности

Глава 3. Цель намечена, или Должностные обязанности

Антон зашёл в кабинет Димыча и окинул владения друга оценивающим взглядом.

– Неплохо устроился, – кивнул он на удобное кожаное кресло, которое даже пикнуть не решалось под тяжестью вальяжно раскинувшегося стокилограммового Обабка.

– Не передумал? – Димыч встретил дразнящей ухмылкой. – Может, сразу признаешь поражение и сэкономишь две недели отпуска?

– Не передумал, – Волконский сел напротив. – Я, между прочим, уже в процессе. Можешь начинать морально готовиться к проигрышу.

– Какой скоростной. Значит, цель намечена?

– Да. Шатенка, длинные прямые волосы. Зелёные глаза. Выразительные формы, – Антон сделал соответствующий жест руками. – Ехала с блондинистой подружкой на четвёртый этаж. Кто это, просвети.

– Э, друг, куда хватил, – почему-то развеселился Димыч, повторив жест Волконского: – Катерина Метельская. Тут ты в полном пролёте.

– Замужем? – мысль неприятно кольнула. – Я не заметил обручального кольца.

– Не замужем. Но если хочешь иметь хоть призрачный шанс на победу, рекомендую сменить цель. Метельская не из тех, кто согласится на скоротечную интрижку. Знаешь, бывают такие серьёзные правильные девочки-отличницы. Это как раз про неё.

Слова Димыча только подстегнули азарт:

– Мне нравятся отличницы.

– Ну-ну, – продолжал веселиться Обабок, – тогда вперёд. Только имей в виду, малышка отбривает любые попытки. Лю-бы-е. Уж поверь. Наметилась на кресло завотделом, которое освобождается через месяц. Ей сейчас совсем не нужны слухи об интрижке с кем-то из сослуживцев. Тем более с нижестоящим. Пролетишь как фанера над Парижем.

– И не такую крепость брал, – заверил Антон.

До этого разговора он ещё подумывал о том, чтобы ознакомиться со всем, так сказать, личным составом Обабка, а потом уже окончательно определиться с целью. Но теперь сомнений не осталось. Ему хотелось покорить именно этот Олимп. «Отличница» и недотрога Катя Метельская будет его, не пройдёт и двух недель. Димыч может не сомневаться.

– Упрямства в тебе, как я посмотрю, со студентческих времён не поубавилось, – Обабок, самодовольно кряхтя, встал с кресла и подошёл к сейфу. Извлёк оттуда тощую стопочку купюр и протянул Антону. – Тут тринадцать тысяч двести тридцать пять. Зарплата за две недели работы в должности помощника офис-менеджера. Авансом. Не забыл, что по условию пари ты не можешь потратить больше этой суммы?

– Помню, – Волконский сунул деньги в карман. – Просто «бешеные» бабки.

Особенно учитывая, что почти половину придётся отдать за съёмное жильё.

– Угу. Про то, чтобы пригласить девушку в более-менее приличный ресторан, можешь забыть. Про разные побрякушки и дизайнерские букеты тоже. Чем охмурять-то будешь?

– Ну, как-то же мы в универе обходились без всего этого.

Димыч вдруг расхохотался в голос.

– Если решишь совершить набег на клумбу, как на втором курсе перед Ленкиным днём рождения, то пусть это будет не та клумба, что под моими окнами, – Обабок подошёл к панорамному окну, словно хотел удостовериться, что пока все цветы на месте. – А теперь идём, познакомлю тебя с твоей непосредственной начальницей. Рабочий день, между прочим, уже начался. Пора тебе приступать к исполнению должностных обязанностей.

Ехидная улыбка на лице друга говорила о том, что непосредственная начальница у Антона – тот ещё подарочек.

Димыч завёл Волконского в просторный кабинет. Ну, просторным-то помещение казалось, пока Антон не упёрся глазами в хозяйку этих просторов – крепкую женщину под сорок. Она так монументально возвышалась над столом, так энергично втягивала воздух в объёмистую, а вернее необъятную грудь, что пространство вокруг неё съёживалось.

– Изольда Эммануиловна Раздобудько, – представил Димыч владычицу кабинета. – Наш бессменный офис-менеджер, на чьих плечах собственно и держится порядок и спокойствие всей офисной жизни.

Про плечи можно было и не уточнять. И так невооружённым глазом видно, что на таких много чего можно удержать. Там кроме офисной жизни ещё как минимум пара мешков картошки запросто поместится.

– А это, Изольдушка, давно обещанный тебе помощник, – похлопал Димыч друга по плечу, обращаясь к хозяйке кабинета, – вместо ушедшей в декрет Оксаны. Антон Волконский. Прошу любить и жаловать.

Изольдушка Раздобудько глянула на Антона из-под брюнетистой чёлки хищно и возбуждённо, как на галерного раба, перешедшего в её пожизненную собственность.

– Опыт работы имеется? – трубным густым басом полюбопытствовала она.

Волконскому показалось, что лучше дать положительный ответ:

– Имеется. Правда, немного на другой должности.

– Ничего, обучим, – крякнула Раздобудько. – Значит, слушайте внимательно и запоминайте. Вы отвечаете за бесперебойность офисной жизни. В ваши обязанности входит следить, чтобы ничего нигде не заканчивалось: бумага в принтерах, канцелярские принадлежности на столах, жидкое мыло в диспенсерах, туалетная бумага в санузлах и так далее. Понятно?

– Ну, в общих чертах…

– Также вы отвечаете за то, чтобы нигде ничего не переполнялось, то есть за сбор мусора из корзин и бумагоуничтожительных машин…

Димыч какого-то чёрта не уходил, а, прислонившись плечом к косяку, внимал речам Раздобудько. Кажется, ему доставляло удовольствие смотреть, как киснет у Волконского выражение лица после каждого очередного перечисленного пункта обязанностей. Думает, Антон сдастся? Не дождётся. Подумаешь, мыло в диспенсер залить.