Брачная ловушка

Размер шрифта: - +

Глава 14

   – Насколько точны ваши данные, мистер Кроули? – скрипучим голосом спросил граф Обернез.

   – Plene accurate (5), – в своей обычной манере произнес поверенный графа, мистер Кроули.

   Привычным во время волнения жестом граф принялся оглаживать свою желтую от табака редкую бороду. Его лицо, на котором чересчур выделялся нос с загнутым, словно у орла, кончиком, хмурилось, принимая отвратительное выражение, а тонкая как пергамент кожа губ собиралась в складки. Двигаясь несколько театральной походкой, он добрался до кресла и сел. При этом откинул низ сюртука, чтобы не дай бог не смять его и не испортить свой внешний вид, которым он был обеспокоен больше, нежели любой другой шестидесятилетний франт.

   Лицо его демонстрировало активное шевеление мозгов в голове. Забавное времяпрепровождение в тайном лондонском особняке, подальше от центра города и любопытных глаз, к его досаде, было прервано появлением поверенного. Ему пришлось привести себя в порядок меньше чем за час, что грубо нарушало его правила: внешности он уделял всегда по меньшей мере два с половиной часа, прежде чем предстать перед кем бы то ни было. Облаченный в сиреневый бархатный сюртук с золотой каймой по краям рукавов и зеленые узкие бриджи с начищенными до блеска туфлями, он, будто позируя, предстал перед поверенным, изобразив на лице крайнее неудовлетворение и не преминув напомнить, что здесь его можно тревожить только в крайнем случае.

   Кроули, зная особенности характера и жизни своего клиента, более получаса кланялся и извинялся, уверяя, что дело, с которым он прибыл, и есть тот крайний случай. Он изобразил на своем лице восхищение от изящного облачения Обернеза. Кроули знал, что ничто так не тешит самолюбие графа, как внимание к его элегантному виду. Правда, назвать графа элегантным было полным абсурдом, поскольку в душе Кроули считал Обернеза клоуном и позером. Но свое мнение он вслух не выражал, а рассыпался в комплиментах, отрабатывая высокое жалованье.

   Кроули внимательно следил за меняющимся выражением лица своего клиента, ожидая дальнейших указаний.

   – О какой сумме мы сегодня говорим? – наконец спросил граф.

   – Десять тысяч фунтов, Ваше Сиятельство.

   – Что ж, – просиял он кривой улыбкой, демонстрируя желтые кривые зубы, – это не так уж много. Выплатите, да и покончим с этим.

   – Разумеется, ваше превосходительство, – осторожно произнес Кроули, – однако смею напомнить о ключевом пункте завещания вашего покойного отца.

   – Ключевой пункт, – проскрипел Обернез, исказив лицо гримасой досады.

   – Если появится наследник, большая часть наследства станет для вас недоступна.

   – Какая часть? – от недовольства физиономия Обернеза совсем скрючилась.

   – Полагаю, речь идет о восьмидесяти процентах и запрете на продажу фамильного имения в Шотландии.

   – Значит, мне останутся каких-то жалких двести тысяч, а все остальное перейдет в руки маленького ублюдка? – недовольно пискнул граф, поднявшись со своего места.

   Как Сетон посмел выдать замуж свою замухрышку дочь, защемило у него в голове. Еще недавно он уверял, что она недоросль, да и положение, в которое он себя загнал, было более чем плачевным (о делах Сетона он всегда имел предельно точную информацию). Как он умудрился провернуть такое? Небось заключил договор с каким-нибудь прохвостом, пообещав хорошее приданое. Впрочем, такой вариант развития событий он не считал вполне возможным, поскольку знал о болезненной зависимости Сетона от своей жены – его сестры – и о том, сколь много значила для него дочь. Сделать ее разменной монетой Сетон не мог. Сейчас граф казнил себя, что на какое-то время выпустил девчонку из виду. Поэтому Обернез, не колеблясь, принял решение. Ему следует во что бы то ни стало узнать, что за человек взял замуж его племянницу, и помешать всему, что может иметь негативные для него последствия.

   – Вы знаете имя мужа моей племянницы?

   – Маккей, Ваше Сиятельство. Эйдан Маккей.

   При имени Маккей Обернеза передернуло, словно он увидел призрак.

   – Вы уверены в этом? – переспросил он, убеждаясь, что не ослышался.

   – Non dubium (6), – ответил Кроули.

   Обернез мысленно быстро перебирал все возможные варианты произошедшего и свое положение в свете всего этого. Он был как никто осведомлен о вражеских отношениях Маккея и Сетона и никогда бы не предположил, что Сетон может выдать дочь за отпрыска бывшего любовника своей обожаемой жены. Мысли одна четче другой роились в голове горячим потоком. Теперь предстояло решить, как разбить любовный союз еще одного Маккея – младшего.

   – Свяжитесь с ним от моего имени и выплатите пока то, что ей принадлежит, об остальном я позабочусь сам.

   Странный блеск змеиных глаз привел поверенного в смятение, он даже почувствовал пробежавший по спине холодок. В этот момент Обернез в своем лиловом сюртуке напоминал нечто отвратительно злое и скользкое. Кроули поспешно согласился и, раскланявшись, намеревался уйти.

   – Окажите мне еще одну услугу, если это вас не затруднит.

   – Не затруднит… нисколько, – сбивчиво ответил поверенный, застыв у двери.

   – Пришлите ко мне Мортра и Дорха.



Джен Алин

Отредактировано: 15.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться