Брачная ловушка

Размер шрифта: - +

Глава 31

   – Когда планируешь вернуться?

   – Не знаю, думаю, не скоро. Здесь у меня важных дел не осталось, тишина и покой высокогорья манит меня, хотелось бы остаться до весны. А как насчет тебя, Уэкингфилд?

   – Последую твоему примеру. Эммили любит проводить зимы на острове, там не так холодно, как в Лондоне. Мне это тоже по душе, да и отец потешится внуком.

   Друзья расслабленно потягивали виски в библиотеке дома Маккея. Сезон закончился, Лондон опустел, вот и Эйдан спустя месяц после происшествия засобирался домой. Впервые в жизни он с радостью думать о доме и о встрече с отцом. Небывалый покой теперь царил в его душе: любимая жена, ожидание ребенка, благополучие сестер и окружение верных друзей – блаженная идиллия. Ему даже не верилось, что такой покой и в некой мере полное бездействие может удовлетворить его вечно ищущий, неугомонный авантюрный дух. Но ему было хорошо. Он даже с удовольствием сопровождал жену и сестер на балы и ужины.

   – Хорошо, что дело Обернеза, наконец, закрыто.

   – Не говори, – поморщился с отвращением Эйдан, – мне казалось, я никогда не выкину из головы все эти трупы. Уж сколько всего видел на войне, но чтобы такое!.. Я думал, он просто спутал «север и юг», но некрофилия, дети – это выходит за грани моего понимания. Не думаю, что эти мальцы скоро придут в себя после того, что им довелось пережить. Да и газеты наделали шума.

   – Да, если бы нас задержали эти двое громил, мы бы не успели спасти их, хорошо, что он не успел надругаться над ними.

   Уэкингфилд хотел было пригубить виски, но воспоминания вызвали неприятные чувства, и напиток не шел ему в горло. Он отставил стакан на столик возле своего кресла. Оба замолчали. Они впервые заговорили о том, что видели, если не считать расспросов начальника дружины.

   Оба вновь прокручивали в голове те события.

   Поднявшись на второй этаж особняка, они прошли широким коридором и уперлись в деревянную дверь с железными креплениями. Засов легко поддался силе натиска, и перед ними предстал длинный коридор с переходами в нескольких местах. Ответвления расходились и вновь сходились, и, немного побродив, они поняли, что это лабиринт, из которого может быть только один выход, ибо все двери в стенах были фальшивыми и упирались в глухую кирпичную кладку. Наконец, опять сойдясь в центре, они прошли несколько футов вперед, и Эйдан заметил странные потертости на полу. Обследовав стену, он обнаружил тщательно замаскированную дверь. Банально, но открывал ее рычаг, заделанный под светильник. Удивительно, чего только не придумает больной ум! Но и рычаг под светильником, и коридор-лабиринт были только чахлым бликом от поразившей их следующей находки.

   Винтовая железная лестница спускалась вниз и вывела Маккея и Уэкингфилда в противоположную часть дома. Эта сторона кардинально отличалась от мрачной, но вполне нормальной нижней гостиной и от комнаты, где они блуждали добрых пятнадцать минут. Здесь все походило на больницу для умалишенных. Стены, потолок и пол были выкрашены в белый цвет, светильники хорошо освещали помещения. Несмотря на царившую чистоту, в помещениии стоял удушливый трупный смрад. Оба закрыли носы руками. Осторожно продвигаясь вперед, Уэкингфилд открыл первую на пути дверь и ужаснулся. К кровати было привязано тело обнаженного подростка лет двенадцати. Судя по состоянию тела, он умер несколько дней назад, тело было изувечено, очевидно, его насиловали как до, так и после смерти.

   – Кровь Господня, что он с ним делал? – остолбенел виконт.

   – Спроси лучше, чего он с ним не делал. Вот старый ублюдок!

   Ни Маккей, ни Уэкингфилд слабонервностью не отличались. Оба прошли войну и оба не раз смотрели в лицо смерти. Видали они, как человека в один миг разрывает на части, и жестокую битву, где кровь хлестала налево и направо, когда казалось, будто само небо льет кровавый дождь. Но то была война! В мирное же время видеть такое деяние человека… А ведь высокородный граф мог сидеть с ними за одним столом, потягивать виски в одной с ними гостиной, ходить по тем же улицам. А потом это животное возвращалось в свою мрачную преисподню и мучило ни в чем ни повинных детей! – их разум отказывался это понимать.

   Осмотрев следующие четыре комнаты, они нашли то же: изувеченные детские трупы, привязанные к кроватям. Некоторых смерть настигла всего несколько часов назад. Две последние комнаты были пустыми – они предназначались новеньким, догадался Эйдан. Судя по всему, граф постоянно обновлял свои «запасы». Оставалось узнать, куда он девал тела жертв.

   Ответ на этот вопрос ждал за следующей дверью. Котельная – в ней находилась печь, достаточно большая, чтобы замести следы гнусного преступления. Потому-то граф оставался вне подозрений – жертвы оставались здесь навечно, да и полиция в этом непрезентабельном районе бывала не часто.

   Обоим джентльменам захотелось на свежий воздух, они бросились быстро искать выход, и следующая дверь повела их по узкому туннелю. Однако в конце пути их ждал тупик, дверь наружу была плотно закрыта. Эйдан решил, что граф покинул дом, а дверь наглухо закрыл с той стороны. Вдруг откуда-то послышался шорох. Они ринулись на звук и, прислушавшись, поняли, что он исходит из-под пола. Лампа бросала свет на небольшую вставку в полу, закрытую снаружи потайной щеколдой. Ранее они прошли по ней, ничего не заметив.

   Выстрел в замок без проблем открыл створку, и оттуда показались две светлые головы плененных мальчиков. Место, в которое их поместили, было очень тесным – гроб, наверно, просторнее этой норы.



Джен Алин

Отредактировано: 15.11.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться