Брачный договор

Глава 10

 

Первая декада в академии пролетела незаметно. Учеба не доставляла для меня проблем, я прекрасно успевала по всем дисциплинам, но это потому что практической магии у нас еще не было, только история происхождения и теория. С куратором у нас сложились тоже весьма неплохие отношения, он с радостью спихнул на меня всю бумажную работу, за это он не вмешивался в мои отношения с сокурсниками. То есть на все жалобы, просьбы и даже требования некоторых индивидуумов поменять в нашей группе старосту, он отвечал неизменным отказом. Кстати, господин Адан-Рей не скрывал от меня эти просьбы и даже давал почитать несколько жалоб на имя ректора. Вот и сегодняшнее утро началось для меня с почти каждодневного ритуала.

- Вот объясни мне, как можно было рассориться со столькими влиятельными семьями за такой короткий срок? – со вздохом спросил куратор, держа в руках очередное послание.

- Чтобы поссориться, надо сначала подружиться, а у меня ко всем своим сокурсникам ровное и справедливое отношение, - ответила я, пытаясь вспомнить, кто еще мог на меня пожаловаться куратору и на что. На самом деле я вообще не переживала на этот счет. Во-первых, в основном все жалобы сводились к тому, что аристократам было неприятно, что какая-то простолюдинка ими командует. Во-вторых, им не нравилось, что я вела табель посещений и у этих обиженных накопилось уже по три-четыре пропуска занятий по некоторым предметам, а по правилам Устава академии это значило дополнительные задания или зачеты. Сами преподаватели не утруждали себя ведением журнала посещений, кто-то полагался на память, кто-то на старосту, а кто-то на успеваемость. Поэтому ко мне уже на второй день подошли трое сокурсников, из очень влиятельных семей и нагло заявили, чтобы я не забывала отмечать их в журнале каждый день. Типа раз уж мне доверили все эти бумажки, так чтобы я не выделывалась и добросовестно их заполняла, а они, так уж и быть, будут лояльны ко мне. Вот только я не люблю, когда от меня что-то требуют, не люблю наглость и чванство, возникает просто непреодолимое желание сделать все наоборот. Но в отношении к парням я так не поступила, более того, я стала особенно тщательно следить за ними, и добросовестно записывала все их опоздания и неявки. Вряд ли они написали жалобы, потом что сначала бы они попытались разобраться со мной, а раз спокойно продолжают опаздывать, то еще не догадываются, какая подстава их ждет в конце месяца. Кстати, господин Адан-Рей сегодня в журнал посещений наконец-то посмотрел, покачал головой и тяжко вздохнул, и с тоской посмотрел на меня. Будто это я прогуливаю занятия.  

- Не понимаю я тебя, Магда, ты же сама аристократка, почему не скажешь об этом всем? Тогда мне перестали бы писать эти идиотские письма, да и к тебе стали относиться бы нейтральнее, а может, и с уважением, - куратор у нас был неплохим, в меру спокойным, в меру умным и ненавязчивым. Он вел военное дело у парней, туда входили специальные физические упражнения, владение оружием, ориентирование на местности, и все это предполагалось делать без использования магии. А у девочек было лекарское дело, нам предстояло изучать: травы, ведьмовские заговоры, накладывание повязок, и прочие малоэффективные методы лечения. Объяснялось это тем, что в любой момент может случиться война, и не всегда магия откликается в полной мере, а травы или оружие не подводят.

- Господин Адан-Рей, я же вам объясняла, для меня род или влиятельность не имеют значения, я сужу о людях по их собственным качествам. И хочу, чтобы и меня оценивали по моим достоинствам, а не по достижениям моего отца. Считайте, что я пошла не только даром в него, но и характером. Мой отец смог стать тем, кем стал сам, без всяких великих предков. И я стану. И не надо так скептически улыбаться, думаете, если я девушка, то у меня ничего не выйдет? – вот чего я особенно не переносила – это снисходительности.

- Не в этом дело, - усмехнулся куратор. – Я видел много талантливых и целеустремленных девушек, но потом они выходили замуж, обзаводились потомством и напрочь забывали о своей мечте стать великим магом.

- Это не обо мне, дети меня совершенно не интересуют, - фыркнула я, удивляясь, как такая глупость могла прийти в голову куратору. Я и дети? Ну нет, не раньше, чем я стану придворным магом! – Вы так и не сказали, кто и чем опять недоволен.

- Очередная жалоба от ар Торцин, она пишет мне каждый день, а ее маменька атакует письмами ректора. Но ему можно на них не реагировать, пока никаких существенных обвинений они не содержат. Секретарь письма читает и отдает мне, чтобы я разобрался в конфликте между своими учениками, раз такой имеет место быть.

- У меня нет никого конфликта с Арти, - с первой красавицей на нашем курсе, а может и во всей академии, мы не дружили, но и не ссорились. Она меня игнорировала, а я обращалась с ней, как со всеми, никак не выделяя.

- А у нее с тобой есть. Например, вот эта жалоба как раз о том, что ты недостаточно проявляешь к ней уважение, коверкаешь ее древнее имя. Она и ее мать требуют, чтобы ты называла девушку полным именем и с указанием рода: Артицин ар Торцин, - говорил куратор вроде серьезно, а в его глазах сверкали смешинки.

- Хм, и это все? Или там еще что-то? – господин Адан-Рей отрицательно помотал головой. - А почем на двух листах написано?

- Это графиня-мать очень подробно описывает, как во время беременности не спала ночами, подбирая своей уникальной дочке имя. Как ходила к гадалке, ясновидящей, как окружала себя только красивыми и радостными людьми, как питалась сладостями и прочее, - с улыбкой рассказал мне преподаватель.

- И зачем это все? – лично я никак не могла понять, какая взаимосвязь с именем и всем остальным.

- Это деревенские поверья, чтобы ребенок родился красивым и с хорошим характером, нужно соблюдать все вышеперечисленное.

- Странно, а я всегда думала, что все зависит от родителей, уж красота с характером точно. Но оставим это на суд господа. Больше никто писем не писал? Никто не требует поменять простолюдинку на аристократа в десятом поколении?



Татьяна Бродских

Отредактировано: 29.05.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться