Брак

Размер шрифта: - +

Глава двадцать девятая

 

Давно ли я перестал быть детективом, – думал Ларго, озираясь по сторонам. – Или старик прав, и бывших детективов не бывает?

Глаза цеплялись за каждую деталь, за любую мелочь в обители знаменитого борца с режимом – Ладимира Лея. Хотя назвать это место «скромной обителью» язык не поворачивался. Подземное убежище, надежно защищённое от релидиевого излучения плотной свинцовой обшивкой, напоминало секретную лабораторию. И ей, по сути, и являлось. В углу урчали мощные генераторы: один основной и два аварийных. На длинных столах разместилась батарея разнокалиберных экранов и циферблатов, паяльных станций, малопонятных установок и прочих технических прибамбасов.

Мага бы сразу понял, что тут к чему, – подумал Ким, пялясь на загадочное устройство, отдалённо напоминающее миниатюрную гильотину, оснащенную клешнями.

Восточную стену сплошняком – от земляного пола до низкого свинцового потолка – покрывали газетные вырезки. Старые пожелтевшие листы бумаги. Местами буквы истёрлись, но Ларго сумел разобрать заголовки.

«Особый отдел разгромил партию Левых радикалов. Лидеру оппозиционеров удалось скрыться»...

«Инкубатор запустил новую серию экспериментов»...

"Имре Хара внёс инициативу об ужесточении наказаний за мужеложство. Общество защитников традиционной морали одобрило решение премьера"...

«Следы Ладимира Лея теряются в Зоне Отчуждения. Поиски врага народа поручены Особому отделу»...

«Продукты Кибериума – шаг в будущее. Спутницы жизни на любой вкус!»...

«Шокирующие подробности по делу Селверуса»...

«Верховный суд помиловал одного из самых одиозных экстремистов»…

Вырезок на стене имелось столько, что не счесть, и Ким хмуро скользил по ним взглядом. Мелькали заметки про Карра и Лессера, про Ами Токадо, Кукловода и даже про самого Ларго: «Прославленный детектив Особого отдела оказался пешкой Рольфа Этингера». На фото под статьёй Ким увидел себя в наручниках на скамье подсудимых и сжал кулаки.

Они сделали меня разменной фигурой, – мрачно подумал он. – Использовали, как болвана...

 – Занятное чтиво, да? – Лей отлучался в соседний отсек и теперь вернулся. В руках он держал стакан с мутной белой жидкостью. – На вот, выпей.

 – Что это? – Ларго вспомнил историю с довоенным вином и напрягся.

 – Обезболивающее. – Старик всучил ему стакан. Он сменил бинокуляры на обычные очки и выглядел уже не так пугающе. Особенно без арбалета. Выцветшие глаза смотрели лукаво, но беззлобно. – Или думаешь, я спас тебя, чтобы отравить? Логично.

Ким послушно проглотил лекарство и скосоротился: горькая вязкая гадость обожгла гортань.

 – И руку дай: надо сделать инъекцию от лучевой, иначе откинешься.

Только сейчас Ким заметил, что на тощей шее борца с режимом мотается полосатый сине-жёлтый галстук. Интересно, зачем ему галстук так глубоко под землей? Странный всё-таки тип...

 – Руку!

Ларго вздрогнул и хотел уже воспротивиться, но подумал: зачем? Хуже-то всё равно не станет. Он сжал кулак и отвернулся, безропотно позволяя Ладимиру делать всё, что тот сочтёт нужным. А нужным чудаковатый дед счёл протереть почерневшую от релидиевой пыли кожу какой-то невероятно вонючей дрянью и туго стянуть бицепс жгутом.

 – Во-о-о-т, – протянул старик, и тонкая игла вонзилась в вену. – Так-то оно лучше. А теперь давай-ка посмотрим...

Лей вооружился карманным дозиметром. Ларго частенько видел такие у надсмотрщиков и врачей в лазарете. Если уровень радиации приближался к критической отметке, эти штуковины начинали мигать красным и противно пищать. Сейчас же, когда Ладимир ткнул прибором Киму в грудь, датчики зажглись зелёным – опасности нет, однако в выцветших стариковских глазах мелькнула тревога.

 – Эй, парень... – лидер оппозиционеров коснулся его предплечья сухими узловатыми пальцами. – Ты... чего это? Ты как?

 – В полном порядке, – ответил Ларго и ничком повалился на земляной пол.

***

Какой странный звук...

Ничего более удивительного Ким в своей жизни не слышал. Тихое потрескивание. Такое уютное, что от одного звука становилось теплее.

Так хорошо...

Ларго сладко потянулся и понял, что лежит очень удобно и явно не на нарах: под головой мягкая подушка, сверху – тёплый плед. Рядом – камин: искусственное пламя хрустит фальшивыми дровами.

Это ведь Ладимир позаботился обо мне, – сообразил Ким, рассматривая повязку на руке. – Да ещё и раны обработал. Похоже, не такой уж он и психопат...

И вдруг по голове словно лопатой треснули.

Норма!

Смена!

Парализующие чипы!



Леока Хабарова

Отредактировано: 06.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться