Браслет для графа Девиера, или Битва за Тутум

Часть 4. Глава 6

Я увидел яркий свет. Насчёт тоннеля не уверен, но свет был точно. Всё-таки небеса существуют. Признаюсь, раньше я сомневался в этом.

Но почему же тогда так мокро и сыро? Потому что я погиб окружённый со всех сторон водой? Кто его знает! Прежде в таких ситуациях не бывал, да и знакомых с подобным опытом не имел – обычно отсюда не возвращаются.

Стало темно. Темно, но сухо. Почувствовал, как мой дух что-то согревает. Приятное тепло, нежное. Вновь свет, но не яркий, а спокойный, умеренный. Он действовал на меня расслабляюще.

Интересно, мне выдадут оболочку или здесь существует только сознание? Лучше бы получить подобие тела, а то непривычно как-то: не ощущаю самого себя, мысли разбредаются, словно живут собственной жизнью. А впрочем, как будет, так будет.

– Граф Девиер! Фил! Слышишь меня?

Слова раздавались из ниоткуда. Но при этом голос показался до боли знакомым – не зря же поговаривают люди: Бог живёт в каждом.

– Да, Господи! – взволнованно произнёс или не произнёс я. По крайней мере, точно подумал об этом. Нельзя же ничего сказать, если у тебя нет ни рта, ни языка, ни губ, даже тела нет. Стало быть, мы общались с помощью телепатии.

– Дайте ему немного времени. Он бредит, разве не ясно? – Второй голос строгий, женский.

Пресвятая Дева Мария?

– Так, сколько можно валяться в этом вашем бреду? – возмутился третий голос. – Тутум спасать нужно, а он разлёгся, понимаешь ли. Каждый раз одно и то же! Милорд, родненький, подъём! Труба зовёт! Враги железом не кормлены. Наших бьют! Сезам, откройся! Как же так?! На него ничего не действует из моего арсенала! А водоросли в уши могли забиться? Нет?! Вы уверены? Дайте проверить!.. Руки прочь! Да пусти же!.. Всё-всё! Я пошутила!

Варвара великомученица? Бабушка Иисуса Христа – святая Анна? Не похоже, уж больно нагло себя ведёт. Хотя откуда мне знать, какие правила на небесах? Но почему она говорит о Тутуме и милордом называет? Я же помер, как теперь его спасти? А вдруг…

Неожиданно я ощутил себя прежнего: тело пронзила острая боль, будто в каждую клеточку всадили по длинной иголке. Усилием воли я загнал её куда подальше и постарался сосредоточиться на других ощущениях… Получилось. Под ладонями мягкая постель. Нос учуял запах благовоний и кожи.

– Народ, у него веко дёрнулось! И слюнка изо рта потекла! Смотрите, как реагирует на мой чудный голосочек, – радостно визжала Хани. – Счастье-то какое! Жора, я же тебе говорила: наш милорд неубиваемый!

– А кто спорил? – удивился заявлению рыжей Фонарь.

Я приоткрыл глаза. Надо мной склонились Аша, Хани, Фонарь и несколько орков, включая Железного Кулака. Каменные стены и потолок тускло освещались факелами. Толстое одеяло из звериных шкур укрывало меня.

– Железный Кулак гордится графом Девиером, – горячо произнёс сын вождя.

– Ничего, Фил, не переживай! Аша тебя подлатает – уже завтра будешь как огурчик, – обещал Жора.

– Банкетик устроим! – счастливо заявила Хани. – Ну, в честь второго дня рождения. Напьётесь со мной, милорд? Оркское вино самое крепкое на Астере.

– Так я не умер? – спросил я, всё ещё туго соображая. Голос звучал хрипло, точно не мой, во рту чувствовался солоноватый вкус крови.

– Все живы, все здоровы, глупенький, – прошептала кареглазая. На её заплаканном лице появилась улыбка.

– Аша, я хотел… – я зашёлся кашлем.

– Не разговаривай – сейчас не стоит. На-ка, выпей лекарство.

Не успел я ничего возразить, как волшебница ловким движением зажала мне нос и влила в рот чёрную, как нефть, жидкость. Хоть и противная на вкус, но я справился – проглотил. Мышцы напряглись, раны загорелись, словно их прижгли раскалённым металлом. Хотел закричать, но не мог – пламя подчинило связки.

Не знаю, сколько длилась борьба: время будто перестало существовать. В какой-то момент меня резко сковало. Прохлада пришла на смену огню, голова стала свинцовой. И я погрузился в сон…

Снилась какая-то чепуха, связанная с детскими воспоминаниями. Они подавались рваными кусками и менялись настолько быстро, что уже через секунду я не помнил предыдущего.

Но вот картинка сменилась, сон стал реалистичнее. Передо мной вырос зелёный сосновый лес, к нему вела широкая тропинка. Я пошёл по ней, как будто знал, что так нужно.

За поворотом показался одинокий дворик. Колодец, дом из сруба, небольшой огород, мелкая животина. Рядом с колодцем, на лавочке, сидел старик в потрёпанной серой фуфайке и надвинутой на глаза шапке-ушанке. Он кидал корм курам и петуху, который выделялся среди белых птиц яркой оранжево-коричневой окраской.

Я подошёл ближе, покряхтел, но увлечённый занятием старик не обратил на меня внимания. Не услышал?

– Дедушка, не слишком ли тепло оделись для жаркого дня? – заговорил я.

Мои догадки подтвердились: он поднёс руку к уху.



Александр и Жанна Богдановы

Отредактировано: 08.04.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться