Братская Могила На Семерых

Размер шрифта: - +

Братская Могила На Семерых

ГЛАВА 1

Валерка проснулся поздно. Он мог себе это позволить, так как недавно уволился с работы, к тому же последние несколько месяцев жил один. И теперь его распорядок дня ни от кого не зависел.

Он выбрался из кровати, и в помещении сразу стало тесновато. Валерка был настоящим богатырём. Квадратное телосложение, широченная грудная клетка, крупная башка, огромные кулаки... При росте метр семьдесят пять он тянул на сто пятнадцать кило. Правда, это с жирком, но и без жирка он бы весил не меньше центнера.

Кроме того, сейчас его внушительный облик дополняла пятидневная щетина на лице, которую он заметил, проходя мимо зеркала.

«Во, чёрт, я же с воскресенья не брился! Что-то я совсем расслабился после увольнения», – мысленно констатировал он и пошёл приводить себя в порядок.

Тщательно побрившись, Валерка критически оценил свою внешность и снова остался недоволен. Из зеркала на него смотрела озлобленная рожа неудачника. Ну, тут удивляться нечему: в последнее время он столкнулся с такими проблемами, что впору было действительно считать себя неудачником.

«Ничего-ничего... это мы скоро исправим. На днях я начинаю новую жизнь, и катись оно всё к...»

В наши дни выражение «начинаю новую жизнь» выглядит изрядно поистаскавшимся. Обычно это означает, что человек собрался отказаться от каких-либо вредных привычек, изменить своё поведение, задать себе определённые психологические установки... ну, и так далее. Но у Валерки всё было куда серьёзнее. Внешние обстоятельства заставили его сделать шаг, который и без всякого преувеличения можно считать началом новой жизни. Вернее, этот шаг он сделал ещё не до конца, но останавливаться не собирался...

Он неторопливо и с большим аппетитом позавтракал. А может, пообедал – время-то уже перевалило за полдень. Он отлично умел готовить и очень любил вкусно поесть. Никакие жизненные проблемы не могли отнять у него это удовольствие. Война войной, а обед по расписанию.

Затем он помыл посуду, посмотрел в интернете фильм-боевик, устроил себе основательную зарядку, принял душ и отправился на прогулку. Гулять он собирался долго, допоздна. По всем знакомым местам...

Сегодня Валерка прощался с родным городом. Возможно, навсегда.

* * *

Он медленно шагал по улице и уже отошёл от своего дома километра на полтора, как вдруг услышал радостный крик:

– Валерка! Гусев! Колобок! Здорово, братан!

Он закрутился на месте, не сразу догадавшись, откуда ему кричат. Прохожие не обращали на него внимания, зато рядом остановилась шикарная чёрная иномарка с открытым окном. Из окна, расплываясь в улыбке, выглядывал его школьный товарищ Илья Стукалов. Выскочив из машины, он подбежал к Валерке.

– Сколько лет, сколько зим! Как поживаешь?

– Нормально.

– Да? А по виду не скажешь, чего-то ты мрачный какой-то.

– Да не, нормально.

Валерка разговаривал с ним крайне неохотно, но Стукалова это, похоже, ничуть не смутило. Пока, во всяком случае.

– Ну и хорошо. Как Настя?

– Умерла она. Давно уже, несколько месяцев назад.

– Как умерла??!

– Несчастный случай. Долго рассказывать.

– Ох, ё... А я и не знал ничего. Прими мои соболезнования.

Несколько секунд оба молчали, потом Илья спросил:

– Кем работаешь?

– Раньше был моряк, сейчас безработный.

– А я – офисный планктон.

Валерка хмыкнул:

– Так чего ж ты не в офисе?

– Так сегодня пятница, сокращённый рабочий день. Я уже домой еду. Слушай, а пошли куда-нибудь, выпьем? За встречу!

«Твою мать, вот только этого ещё не хватало. Как я вообще умудрился на него наткнуться? Да уж, если действительно не везёт, то по всем статьям...»

Валерка задумался. Может, послать его подальше? С одной стороны, в школе они были друзьями. С другой стороны, после школы их дружба стала потихоньку испаряться, и самое главное – момент для встречи оказался крайне неподходящий.

«Чёрт, ну почему он меня первым заметил? А не я его? Уж я бы тогда не попался ему на глаза...»

Однако, ему явно не хватало природного хамства, чтобы напрямую отфутболить Стукалова. Он ограничился замечанием:

– Погоди... а машина? Как ты пить собираешься, ты же за рулём!

– Подумаешь, проблема! Сначала поставим машину в гараж, потом махнём в ресторан. Я знаю как минимум один хороший ресторан, который недалеко от моего дома, и от твоего тоже. Давай, поехали, а то мне реально стыдно, что я старого друга забыл. Да ещё оказался не в курсе, что Настя умерла. Так что садись! – он показал на свой автомобиль.

Валерка ещё чуть-чуть подумал и махнул рукой.

– А, ладно... Поехали!


ГЛАВА 2

Они расположились в ресторане, за отдельным столиком. Стукалов сразу объявил, что будет угощать Валерку за свой счёт. Валерка, который и так вёл себя настороженно, теперь насторожился вдвойне. Он по-прежнему хотел как можно быстрее распрощаться с Ильёй и совершенно не хотел рассказывать ему о своей нынешней жизни.

Но Стукалов был назойливым, словно комар. Пользуясь тем, что Валерка стесняется послать его подальше, он принялся усердно угощать школьного товарища спиртными напитками. В результате Валерка не только напился, а ещё и полностью разболтал информацию, которую пытался скрыть. Правда, не всю сразу, постепенно, но тем не менее.

– Ну давай, рассказывай, что случилось с Настей. Мы же трое были лучшими друзьями в классе, не разлей вода…

– Она умерла от инфаркта.

– А ты говорил, несчастный случай.

– Ну, я не знаю, как это правильно назвать. Она пережила тяжёлое потрясение, которое довело её до инфаркта.

– Но у неё же было отменное здоровье! Она не могла просто так взять и умереть от инфаркта, возраст не тот!

– Насчёт её «отменного здоровья» – это спорный вопрос. Хотя, вообще-то, она не любила бегать по врачам и сама считала, что у неё действительно отменное здоровье. Но когда она испытала тяжёлое нервное потрясение во время беременности, то ей хватило. Инфаркт, и... всё. Меня рядом не оказалось, я был в рейсе...

– Ну, а поподробнее-то можешь рассказать? Почему из тебя каждое слово приходится клещами вытягивать?

– Можно и поподробнее.

Валерка собрался с мыслями.

– Насколько я помню, последний раз ты с нами пересекался на свадьбе. Так вот: после того, как мы поженились, первое время у нас было всё отлично. Даже больше скажу – до самой её смерти я был уверен, что у нас всё отлично. Никаких тебе семейных скандалов, никаких конфликтов… Ну, правда, из-за своей работы я много отсутствовал, но и это наших отношений ничуть не испортило. И всё-таки, как выяснилось, я кое-что прозевал. У Насти появилась вредная привычка, которая и отправила её на тот свет…

– Пьянство, что ли? Говорят, женский алкоголизм неизлечим.

– Брехня собачья. Я сам читал, актриса Дрю Берримор в молодости страдала алкоголизмом и излечилась. Нет, до этого, слава богу, у нас не дошло. У Насти была другая вредная привычка – она увлеклась азартными играми в тотализаторе! И главное, я ведь про это знал, но мне казалось, это просто такое весёлое развлечение, не больше. Она и сама так говорила: это, мол, безобидное развлечение, от которого я при необходимости могу отказаться в любой момент. Я даже понятия не имел, насколько всё серьёзно…

Начала она играть пару лет назад. От меня ничего не скрывала, наоборот, очень любила похвастаться своими успехами в тотализаторе. Я слегка забеспокоился: а не слишком ли это ударит по нашему семейному бюджету? О каких-то других проблемах, то есть психологических, я тогда ещё ничего не знал. Она ответила: не волнуйся, я играю небольшими суммами и не попрошу у тебя на тотализатор ни копейки.

Должен сказать, она своё обещание сдержала. До самой смерти она ни разу не попросила у меня денег на азартные игры. И, скорее всего, поначалу действительно играла только небольшими суммами, хотя я не проверял. Мы вообще друг другу доверяли. Потом, уже вспоминая всё это дело, я заметил один подозрительный момент: Настя всегда рассказывала мне только про успешные ставки. Ну, а размеры её ставок постепенно росли. Сначала она называла цифры в пятьсот-шестьсот рублей, потом перешла на тысячи, а потом и на десятки тысяч. И всегда говорила, что деньги у неё скопились с прошлых выигрышей. И ничего не просила у меня.

– А зарплата у неё была большая? – вклинился Стукалов. – Где она работала?

– Большая. В научно-исследовательском центре, – лаконично ответил Валерка. – Короче, я думал, что она всегда выигрывает. Причём мне и в голову не приходило, что она как-то зациклилась на азартных играх: ни по глазам, ни по внешности, ни по её поведению это оказалось нереально определить. Вообще. Вот когда человек бухает или колется, это сразу видно, а тут – не всегда. Она, например, вообще никак не изменилась.

Потом у меня даже возникла такая мысль, что было бы лучше, если б я сам увлекался тотализатором. Тогда бы я, по крайней мере, знал, чем это ей грозит, сумел бы предотвратить. Вообще надо было контролировать каждый её шаг в этой области. Но теперь-то уже поздняк метаться. У нас было много общих интересов, начиная с некоторых видов спорта и заканчивая кулинарией – ну, ты в курсе, мы с ней оба отлично умели готовить и очень любили вкусно поесть, прям-таки родственные души… Но вот к азартным играм у меня никогда не было ни малейшего интереса, и в этом деле Настя, можно сказать, осталась без присмотра.

Затем выяснилось, что она ждёт ребёнка. Мы с ней очень обрадовались и уже готовились стать родителями, но тут-то всё и случилось… В прошлом октябре я отправился в очередной рейс. Когда она меня провожала, то похвасталась, что сделала ставку на какую-то баскетбольную команду. Название не помню, всё-таки уже много времени прошло. А когда я вернулся, то нашёл её мёртвой на полу. Врачи определили инфаркт. Ребёнка тоже спасти не удалось…

– А с чего ты решил, что её смерть как-то связана с тотализатором?

– Во-первых, я увидел включённый в сеть ноутбук, на экране которого отражались результаты баскетбольных матчей онлайн. Во-вторых, я догадался посмотреть, как сыграл именно тот клуб, на который она поставила – и выяснилось, что он продул. И в-третьих, время её смерти, установленное врачами, совпало со временем окончания матча, на который она поставила! Ну какие ещё объяснения требуются? Всё же понятно сразу!

Некоторое время оба молчали. Потом заговорил Илья:

– Да, старик, это реальная жесть. Хотя, ты знаешь… это всё-таки ещё не самое плохое, что могло бы случиться. Ты вот сказал, что Настя ни разу не просила у тебя денег на тотализатор. И слава богу! По крайней мере, она хотя бы не впутала тебя в долги – и то хорошо…

– Вообще-то впутала, – возразил ему Валерка.


ГЛАВА 3

– Ничего себе!! То есть ты хочешь сказать, – догадался Илья, – что она не просила денег у тебя, но попросила их у кого-то другого?

– Именно так. Она, судя по всему, заигралась в тотализаторе и не могла остановиться, но стеснялась сообщить про это мне и, главное, понаделала неудачных ставок. Решив отыграться, она взяла большущий кредит, о котором я и понятия не имел. Короче говоря, я узнал о ней много нового уже после её смерти.

Началось с того, что на её мобильник позвонил какой-то Алексей Павлович. Я ещё не знал, кто это, но так он был обозначен в архиве её мобильника. Я перезвонил и объяснил ему, что Настя умерла.

Он говорит: «Очень жаль. Я хотел напомнить ей, что пора возвращать кредит, который она взяла у нас в банке».

Я слегка обалдел. Какой, говорю, кредит??! Я про это первый раз слышу.

Он говорит: «А вы кто?»

«Я её муж».

«Тогда у вас должен быть договор, который она с нами заключила. Но если вы его не найдёте, то он есть и у нас».

Я говорю: ну а мне-то что теперь делать?

Он отвечает: «Как что? Раз её долги перешли к вам по наследству – значит, вы должны вернуть кредит».

Мне такой поворот очень не понравился, но я ещё не знал, о каких суммах идёт речь. Поэтому ответил ему уклончиво: «Ну ладно, я найду этот договор, изучу его получше и вам перезвоню».

«Ладно, – говорит, – только не затягивайте».

Я стал искать договор. Настя его очень далеко спрятала, и я понял, почему, когда всё-таки нашёл его. Оказывается, сумма этого кредита составляла шесть миллионов четыреста тысяч!!

– Рублей? – уточнил Стукалов.

– Слава богу, что хотя бы рублей. В долларах мне такую сумму вообще было бы негде взять. Ну, в рублях... продать машину, квартиру, ещё отдать денежные сбережения частично – и мог набрать. Хорошо ещё, что у меня нервы крепкие: кто-нибудь со слабыми нервами на моём месте уехал бы прямо в дурдом.

Мне стало любопытно, на кого это Настя делала такие громадные ставки, кроме той баскетбольной команды. Но этого я выяснить не смог: я ведь даже не знал, в каких букмекерских конторах она играет, стал перебирать все подряд. А надо было ещё угадать её пароли, чтобы туда войти... Короче, ни хрена у меня не вышло.

И всё-таки главный вопрос был в другом: что делать с кредитом? Я подумал как следует и решил попробовать не платить. Но, сам понимаешь, это дело серьёзное, и чтоб не возникло всяких там... непоняток...

– Недосказанностей.

– Да, точно, недосказанностей. Так вот, чтобы их не возникло, я решил максимально чётко объяснить свою позицию этому самому Алексею Павловичу. Я позвонил ему, договорился о встрече, взял с собой договор и приехал в банк.

Алексей Павлович меня принял в отдельном кабинете, мы с ним разговаривали один на один. Внешность у него серьёзная, сразу впечатляет. Здоровенный такой амбал, но не как я – комплекция другая. Ростом, наверно, метра два, выше меня на голову. И такой, подтянутый, но атлетичный: сразу видно, настоящий спортсмен.

Я тут же понял, что договариваться с ним будет очень трудно – взгляд у него был нехороший. На словах не знаю, как это объяснить, но смотрел он на меня... ну, в общем, как на говно. Так смотрел, что мне даже захотелось отдать ему все бабки побыстрее, и не рыпаться.

Но я всё-таки действовал строго по плану, как задумал. Говорю ему: понимаете, кредит вообще-то взяла моя жена, причём без моего ведома...

Он отвечает: «Я знаю, она страдала игроманией».

То есть и это даже знает. Видно, Настя сама проболталась. Ну вот, говорю, у меня есть сомнения, что в такой ситуации я вам должен платить. Сами понимаете, это не та сумма, которую я могу просто так взять и выкинуть. Давайте выясним это дело через суд: если суд решит в вашу пользу – тогда заплачу. А нет – значит, нет.

Он говорит: «А вы, оказывается, большой шутник, господин Лебедев...»

Я, говорю, Гусев, а не Лебедев. Он, в ответ: да какая разница, неважно. Вы, говорит, не того полёта птица, чтобы со мной судиться! Вот так и сказал, даже в рифму получилось. Не валяйте, говорит, дурака и отдавайте все деньги до последней копейки, а то пожалеете.

Но я упёрся. Нет, говорю, только через суд. И то если выиграете.

Он так совсем нехорошо на меня посмотрел и отвечает: «Ладно, если что – я вас предупреждал».

На этом наш первый разговор и закончился.

Через пару дней на меня напали хулиганы. Я возвращался вечером домой, и тут они втроём выскочили из кустов. Они хорошо подготовились: у нас во дворе стоят камеры наблюдения, но они подобрали такое место, которое на камерах не видно, там кустов много. И каждый из нападавших вооружился тяжёлым металлическим болтом, обрезанным по размеру кулака.

– Кастеты, – вставил Илья.

– Да, кастеты. Я не ожидал нападения... вернее, вообще-то ожидал, но в том смысле, что от Алексея Павловича я ожидал чего угодно. А вот тут, как бы, чисто технически оказался не готов. Они напали из засады. Я их даже и не видел, пока они не появились в пяти метрах от меня. Поэтому они успели накостылять мне по первое число, но в конце концов я избил всех троих. Двое из них убежали, а третьего я сдал в полицию.

В полиции, между прочим, узнали этого парня, он с ними раньше уже пересекался. Я рассказал всё как было. Рассказ вышел убедительный, потому что во время драки я получил фонарь под глазом и ещё пару видимых телесных повреждений. Ну и кастет вражеский ментам передал. Кроме того, я решил, что нападение связано с Алексеем Павловичем и, естественно, сообщил о своих подозрениях полицейским. Они записали мои показания, мои контактные данные и стали дальше разбираться с пойманным мною хулиганом.

Через несколько дней у меня сожгли машину. Ну, тут уже всё стало понятно: один раз – может, и случайность, но два раза – это точно закономерность. Когда я общался с полицией по поводу машины, то, конечно, опять пожаловался им на Алексея Павловича.

Ещё через несколько дней мне позвонил какой-то мужик – причём с номера, который не определился – и сказал:

«Вам надо срочно встретиться с Алексеем Павловичем».

Я спрашиваю: «По какому поводу? Что, менты его за задницу взяли?»

Он говорит: «Дело в том, что он очень недоволен вашим поведением. И просил передать, что с этого момента сумма вашего долга увеличивается ровно в два раза».

«Ах, вот так? – говорю. – И что, если мы с ним встретимся, то сумма моего долга снова уменьшится?»

«Нет, – говорит. – Не уменьшится. Вам следует обсудить с ним процедуру и сроки оплаты вашего долга».

Ну, я послал матом их обоих и закончил беседу. Потом решил сообщить об этом разговоре в полицию, как дополнение к тем двум инцидентам. Но в полиции вдруг послали меня самого, правда, всё-таки более вежливо. Мало того: я узнал, что полиция отпустила хулигана, который на меня напал!

Я говорю им: «Да как же так?! У вас были все доказательства!»

Они отвечают: «Понимаете, в чём проблема. Во-первых, драка, в которой вы участвовали, не попала ни на одну видеокамеру. Во-вторых, нельзя доказать, что вас бил именно этот парень, которого вы нам сдали. Даже если вся ваша история – правда, то вполне возможно, что вас бил не он, а только двое его дружков...»

Я говорю: «Так задержите их! Очную ставку им сделайте. Меня туда пригласите. Глядишь, всё и прояснится!»

Они отвечают: «К сожалению, он своих подельников не сдал, так что найти их не получится».

А один из ментов ещё с глазу на глаз мне сказал... ну так, вполголоса: знаете, Валерий Петрович, мы бы и рады вам помочь, а никак. Это, мол, приказ начальства – спустить ваше дело на тормозах.

Вдобавок ко всему я обнаружил, что второе дело, о поджоге моей машины, зависает «глухарём». Ну, в смысле, что не могут найти поджигателя.

Я озверел и стал жаловаться не только на Алексея Павловича, но и на полицию. Сначала обратился в их отдел собственной безопасности... ну, правда, там меня послали сразу. Потом написал телегу в прокуратуру, потом ещё в Следственный комитет, потом нашему депутату, потом в разные СМИ и так далее. И на всякий случай – как говорится, врага надо знать в лицо – я проконсультировался с одним из своих знакомых. Так-то у меня обширные знакомства, и есть один мужичок, он знает наши криминальные круги. Вот я у него и поинтересовался, что из себя представляет этот Алексей Павлович.

Он спросил, на что мне сдался Алексей Павлович. Я говорю: да вот, мол, я тут с ним поссорился. Он сразу изменился в лице и как заорёт: «Ты что, совсем дурак?! Нашёл с кем ссориться!» Ну, стал меня расспрашивать, при каких обстоятельствах мы поссорились, я объяснил. Он говорит: «Значит, так, Валерка: собирай все деньги, сколько он требует, и отдавай ему как можно скорее. И не забудь ещё извиниться. Тебе повезло, что он пока не разозлился на тебя по-серьёзному. Если разозлится, тогда ты и деньгами не отделаешься. Порешит тебя, и всё».

Я говорю: «Спасибо за совет, но на всякий случай хотелось бы как можно больше узнать про Алексея Павловича: чем он занимается и так далее». Он рассказал, что знал... ну, сейчас я всё не помню, но в частности, этот Алексей Павлович руководит подпольным тотализатором и, одновременно, ещё и коллекторским агентством. Это кроме должности в банке. Может, он и ещё чем-то занимается, тут я не в курсе. Настя, наверно, вышла на него как раз через подпольный тотализатор, когда искала себе подходящие букмекерские конторы. В общем, такой предприниматель с криминальным уклоном.

Ну вот. Из тех инстанций, куда я жаловался, мне отвечали по-разному, но в конечном итоге никто реально не помог. Пока, во всяком случае. Зато мне часто звонили от Алексея Павловича по обоим телефонам – и по городскому, и по мобильному, – всячески угрожали и требовали вернуть долг. А неделю назад он позвонил сам...

«Ну что, – говорит, – господин Дроздов, будете и дальше упираться?»

Я отвечаю: «Послушайте, если вы ещё раз перепутаете мою фамилию, я приеду и дам вам по башке».

Он только посмеивается: «Не советую, я мастер спорта по кикбоксингу. Ладно, поговорим о деле. Я в курсе, что вы жаловались на меня и в полицию, и в прокуратуру, и в Следственный комитет, и даже депутату. Но всё это вам никак не помогло. И не поможет. Значит, так: я даю вам последний срок, чтобы заплатить ваш долг, который, как вы знаете, удвоился...»

«Двенадцать миллионов восемьсот тысяч?»

«Двенадцать миллионов восемьсот тысяч. Если вы его не заплатите, мы, конечно, не слишком обеднеем, зато на вашем примере будем учить уму-разуму других должников, и поверьте, они все очень испугаются. Я даю вам ещё десять дней, чтобы собрать деньги. Сегодня у нас тринадцатое. Последний день, когда вы сможете с нами расплатиться – это двадцать четвёртое мая».

– Так это же... ближайший вторник, – сообразил Илья.

– Да. Ближайший вторник.

– И что ты собираешься делать?

– Кое-что собираюсь. Но тебе об этом лучше не знать...

– Ладно, я не настаиваю. Давай ещё выпьем!


ГЛАВА 4

...Они продолжали выпивать и вспоминали школьные дни.

– Валерка, а помнишь, ты собирался организовать самую тяжёлую и отмороженную в мире рок-группу? Правда, я забыл, какое там название ты для неё придумал...

– «Гром гремит, земля трясётся». У тебя чего, склероз, что ли?

– А, ну да, точно. «Гром гремит, земля трясётся»!

– Слушай, Илья! А помнишь, что ты выкинул на выпускном вечере? Только не в школе, а потом, когда неофициально на озере отмечали!

Тут Илья поморщился, как будто съел что-то очень невкусное, и заметно покраснел...

* * *

В школе они тусовались одной дружной компанией: Валерка, Настя и Илья Стукалов. Это не совсем типично – двое парней и девчонка – но, в принципе, бывает и такое. У каждого из них имелись свои достоинства. Валерка, получивший прозвище «Колобок» (за свою комплекцию), был самым сильным в классе, а с пятнадцати лет – и во всей школе. Но учился он неважно, так как по характеру был немножко раздолбай. Илья, наоборот, учился очень хорошо, но имел проблемы с физкультурой, которая изрядно портила ему всю успеваемость. Ну, а Настя сочетала в себе достоинства каждого из них: великолепно развитая физически, она в то же время блестяще училась – ещё лучше, чем Илья, поскольку не имела ни малейших проблем с физкультурой. Она была круглой отличницей и закончила школу с золотой медалью.

Так вот, примерно с третьего класса по одиннадцатый Валерка, Настя и Илья оставались лучшими друзьями. Но к концу одиннадцатого класса эта дружба стала потихоньку перерастать в скрытое мужское противостояние между Валеркой и Ильёй, потому что Настя очень нравилась им обоим. Правда, внешность у неё была не совсем классическая и уж точно не фотомодельная – скорее на любителя, но у обоих пацанов, как назло, оказались примерно одинаковые вкусы. Рост она имела небольшой, метр пятьдесят пять, зато отличалась пышными формами и крепким телосложением. Так-то ей тоже можно было дать прозвище «Колобок», только оно уже закрепилось за Валеркой.

С большим беспокойством Илья заметил, что она, кажется, постепенно начинает отдавать предпочтение Валерке, который вроде бы вообще не предпринимал для этого никаких усилий – всё у него получалось будто само собой. Илья очень нервничал и искал способы изменить ситуацию. И вот на повторном выпускном вечере он решил, что такая возможность у него есть...

* * *

Через несколько дней после официального выпускного вечера ребята устроили ещё один, неофициальный. Значительная часть класса, в том числе и наши герои, отправились отдыхать за город, на пляж. Погода стояла отличная: тепло, на небе ни облачка, солнце вовсю сияет. И безветрие. Однако, это был первый хороший день после продолжительных дождей и холодов. Настя, единственная из всей компании, решила искупаться и взяла с собой купальные принадлежности. Больше никто не додумался до такого экстрима, зато многие, конечно, привезли спиртное.

Народу на озере было маловато, опять же из-за того, что хорошая погода установилась только сегодня. Ребята разместились на пляже и стали весело отдыхать. Сперва выпили, потом все вместе сфотографировались, потом Олег Сизов взял гитару и исполнил две песни, потом ещё выпили, потом опять сфотографировались...

И вот, наконец, Настя собралась купаться. В это время в воде не было ни одного человека. Не только из их компании, а вообще. Кое-кто стал её отговаривать, но всё без толку.

Настя переоделась в купальник – и пацаны уставились на неё с нескрываемым восхищением. Особенно Стукалов. Лишь один Валерка, флегматичный и разморившийся на солнышке, казался совершенно невозмутимым.

Пусть она не подходила под стандарты официального конкурса «Мисс Вселенная», зато её фигура буквально искрила эротикой. Её большая грудь и могучие бёдра так и приковывали внимание к себе. Возможно, у неё присутствовал лишний вес, но он очень равномерно распределялся по фигуре, благодаря чему становился совершенно незаметным. Кроме того, у Насти было исключительно красивое интеллигентное лицо без малейших следов ожирения. При взгляде на такое лицо никто бы не додумался обозвать её толстушкой.

Хотя она хорошо смотрелась и в обычной одежде, но это не шло ни в какое сравнение с тем эффектом, который она произвела сейчас. Саша Леонтьев, известный весельчак, подтолкнул Илью локтём в бок и, расплываясь в улыбке, шёпотом констатировал:

– Вот это настоящая секс-бомба! Причём с ударением на втором слове!

«Да, точно… эффект разорвавшейся бомбы», – рассеянно подумал Стукалов: его мысли стали довольно-таки бессвязными от увиденного и от выпитого.

Между тем Настя продолжала шокировать публику. Не проверяя температуру воды, она с разбегу кинулась в озеро. Все ожидали, что сейчас она громко завизжит от холода, но не дождались. Отбежав на пару шагов от берега, она подпрыгнула, пролетела по воздуху, вошла в воду головой вперёд и надолго исчезла. Через полминуты, когда присутствующие уже стали беспокоиться, она вынырнула метрах в тридцати от места своего исчезновения и помчалась дальше великолепным спортивным кролем.

Вот тут, кажется, обалдели не только одноклассники, но и все очевидцы. Кроме Валерки, по-прежнему сохранявшего невозмутимый вид.

– Она что, на другой берег собралась?! – шокированным тоном произнесла Марина Воронцова.

Озеро имело ширину не меньше километра.

И вдруг Илье пришла в голову гениальная идея. Правда, гениальной она показалась только ему самому, с окружающими он не консультировался. Надо сказать, к этому моменту Стукалов напился больше всех в компании, так что идеи у него были соответствующие. Ему захотелось сделать две вещи: произвести впечатление на Настю и... и ощупать её хорошенько со всех сторон, но обязательно под каким-нибудь благовидным предлогом, чтобы ни у кого не вызвать недовольства своим поведением. И вот он придумал, как можно провернуть это одновременно. Естественно, Илья не полез за ней в озеро (пусть он и напился, но не до такой степени), а стал дожидаться, когда она выйдет из воды.

Настя отплыла метров на триста, потом вернулась назад. Выбравшись на сушу, она не выглядела ни запыхавшейся, ни замёрзшей. Вероятно, даже в такой холодной воде она смогла бы переплыть озеро туда и обратно, просто поленилась. Когда она взяла полотенце и стала растираться, Илья обратился к ней:

– Слушай, Настя! А можно с тобой... побороться?

Все уставились на него. Настя удивлённо засмеялась:

– Ну... в принципе, можно. А зачем?

На волнах пьяного вдохновения Стукалов тут же нашёл ответ:

– На спор. Давай, если я тебя победю... в смысле, побежу... то ты за меня замуж выйдешь!

Одноклассники изрядно развеселились, предвкушая ещё одно интересное зрелище. Настя чуть-чуть подумала и, хитро улыбаясь, кивнула:

– Давай.

Не зря же говорят: когда бог хочет наказать человека, он исполняет его желания.

Дальше события развивались ещё более феерично. Моментальный захват, подсечка, жёсткое падение, затем болевой приём на руку – и Стукалов был вынужден сдаться. Он даже не успел её ощупать: у него просто не оказалось такой возможности. Весь «чемпионат по борьбе» продолжался несколько секунд, как будто Илья был первоклассником или манекеном для отработки приёмов.

Настя помогла ему подняться:

– Извини. Но ты сам это предложил.

Трудно сказать, разгадала ли она полностью его замысел. Скорее всего, нет. Зато она, конечно же, заметила, что Илья выпил лишнего и ведёт себя не вполне адекватно. Вот и решила его вразумить – беззлобно, но весьма впечатляюще. Чисто технически, как выяснилось, ей это было вполне по силам.

Но для самого Стукалова всё произошедшее обернулось страшным конфузом. Его план полностью провалился: уж такого-то молниеносного разгрома он никак не ожидал. Самое неприятное, что это видела масса народу, и свои, и посторонние. Он был просто в шоке и не знал, как теперь общаться с Настей. В результате ему не удалось остановить начавшийся процесс – Настя неторопливо «уплыла» от него к Валерке, а Стукалов всё меньше и меньше контактировал с ними обоими. Правда, они пригласили его на свадьбу, но это был последний раз, когда Илья с ними виделся. Он даже подумал, что лучше бы не приглашали.

После выпускного вечера прошло много времени, Стукалов и сам женился, у него родились уже двое детей и он был очень доволен своей семейной жизнью. Однако, вспоминая тот случай, он по-прежнему тушевался и чувствовал себя не в своей тарелке.


ГЛАВА 5

– ...Ну ты и лопух! – смеялся Валерка. – Как тебе вообще это в голову пришло?

Стукалов страдальчески морщился, но винить ему следовало только себя: ведь он сам целенаправленно напоил Валерку, вследствие чего тот и начал бестактный разговор.

– Да я же просто... пошутить хотел.

– Ну, пошутил, молодец.

– Да и потом, я думал, я с ней всегда справлюсь при необходимости. Она же девчонка, да ещё маленькая...

– Какая она тебе «маленькая»? Если ты не в курсе, то в единоборствах идёт разделение не по росту, а по весовым категориям. А по весовым категориям она была ничуть не меньше тебя. Скорее всего, даже больше...

– Я ещё подумал, если я ей действительно нравлюсь, то она поддаваться будет.

– Значит, ты ей не настолько нравился. Не, ну слушай, твой поступок был просто нереально тупой. Даже если убрать всю лирику и посмотреть на это дело чисто технически – ты что, забыл, чем она занималась?

– Да я не забыл, я запутался. Чем она только не занималась!

– Это верно, но основных увлечений у неё было три: плавание, самбо и конькобежный спорт. Хотя она и от природы ещё здор-ровая была, и даже если бы вообще ничем не занималась, я б тебе всё равно не советовал так шутить.

Илья мечтательно вздохнул:

– Между прочим, вот знаешь, чем мне больше всего нравилась Настя? У неё была... совершенно контрастная внешность. Лицо утончённой аристократки – и фигура здоровенной колхозницы...

– Но-но! Ты чего это такое тут несёшь?!

– Да не, я же в хорошем смысле. Ух, люблю я такие контрасты! Сочетание несочетаемого. Это вот как в музыке, когда автор специально хочет шокировать публику. Он сочиняет песню с лёгенькой расслабляющей музыкой и сопровождает её ядрёным нецензурным текстом, с матюгами через каждое слово. Или поступает наоборот: сочиняет слащавый, чисто попсовый текст про любовь и сопровождает его сверхтяжёлой рок-музыкой, устрашающей кого угодно. Такие вещи никак не сочетаются между собой, и именно поэтому производят особенно сильное впечатление...

Валерка немного помолчал, подумал и ответил:

– Слушай! По-моему, ты уже перебрал.

– Да нет, тебе показалось. Ну что, выпьем ещё?

– Давай...

* * *

Илья продолжал усиленно поить Валерку, при этом сам пил намного меньше. Нальёт себе рюмочку – и долго-долго отпивает из неё малюсенькими глотками, так что одной рюмки ему хватало чуть ли не на целый час. Такое поведение могло бы показаться даже где-то подозрительным. Но у Валерки никаких подозрений не возникло. Во-первых, он знал низкий предел алкогольной выносливости Стукалова (одна история на выпускном вечере чего стоила!), и, во-вторых, был слишком поглощён своими проблемами.

– Слушай, Валерка! А как ты всё-таки собираешься выкручиваться? Ну, из той задницы, в которую попал?

– Элементарно, Ватсон! Я собираюсь свалить из города, чтобы они меня не нашли. Ну и с работы уволился как раз из-за этого. А заодно ещё сделал себе документы на другую фамилию.

– Вот это да-а-а!! Но как тебе удалось сделать документы на другую фамилию?

– Я обратился к этому своему знакомому, который знает наши криминальные круги. Попросил помочь. Он помог...

– А он тебя не сдаст?

– Надеюсь, что нет.

– Дорого, наверно, стоила такая услуга?

– Ну, в общем, да. Ну как дорого? Гораздо меньше, чем с меня требует Алексей Павлович. Правда, это ещё дело принципа. Алексею Павловичу мне просто впадлу что-нибудь платить. Ни копейки с меня не получит.

– Валерка, а ты не задумывался, что когда ты исчезнешь, он начнёт прессовать твоих родственников?

– Это кого, интересно? Родители у меня померли, близких родственников нет. Ну, правда, есть ещё дальние родственники, но такие, седьмая вода на киселе. Алексей Павлович о них явно не знает. И, по правде говоря, меня в этом городе вообще ничего не держит...

– Нет, погоди... я немного перепутал. Я, скорее, имел в виду Настиных родственников. Ну, раз вы поженились, так теперь они и твои тоже. Неудачно выразился. Насколько я помню, у неё есть отец, мать, бабушка, брат...

– ...и сестра. Только они недавно за границу уехали, на ПМЖ. Уж там-то их никакой Алексей Павлович не достанет. Кстати, ты знаешь, они со мной больше общаться не хотят, оборвали все контакты. Думают, то, что случилось с Настей, это исключительно из-за меня. Прозевал, мол, не уследил. Бар-раны. Были бы они на моём месте, посмотрел бы я на них. Главное, ведь ни хрена же толком не знают, а все выводы уже сделали! Дедукция так и прёт...

Валерка говорил с нарастающим раздражением, а последнюю фразу произнёс прямо-таки с нескрываемой злостью.

– А на чём ты собираешься покинуть город, на поезде или на самолёте?

– О-о, этот вопрос я продумал как следует! Он один из самых главных. Как ты понимаешь, свалить из города нужно совсем незаметно, чтоб не отследили. Никаких именных билетов, даже по новому паспорту. Я сделаю так: сяду на пригородный автобус, на нём уеду из города, потом перейду пешком с одного шоссе на другое, там сяду на другой пригородный автобус и поеду на нём до кольца. И только там уже пересяду на более серьёзный транспорт.

– Слушай, шикарный план! А можно будет тебя проводить?

– Ты чего, совсем спятил??!

* * *

Но вот они выпили ещё.

– Ну Валерка, возьми меня в поход! Я же совсем заработался, чёрт знает сколько времени не отдыхал на природе.

– Да ты соображаешь вообще, что несёшь?!

– А что такого? Я только пройдусь немного вместе с тобой по лесу, потом вернусь обратно. Кстати, а сколько километров ты собрался идти пешком?

– Шестьдесят.

– Ну-у-у... в принципе, я могу и все шестьдесят пройти. Обожаю пеший туризм!

– Что-то я не припомню, чтоб тебе нравился пеший туризм.

– Раньше не нравился, да. А сейчас нравится. Разве сидение в офисе – это жизнь? Вот это настоящая жизнь!

Валерка совершенно растерялся. Он не знал, как отнестись к предложению Ильи. Может быть, Стукалов ведёт себя просто неадекватно? Валерка, сам будучи вдребезги пьяным, не мог понять этого – по крайней мере, сейчас. Он понял только одно: у Ильи совершенно другой ход мыслей, не такой, как у него. Но можно ли тут говорить о неадекватности?

– Чего молчишь? – не отставал от него Стукалов.

– Я... в шоке.

– А что тебя так напрягает? Смотри, я ведь даже не пытаюсь выяснить, в каком месте ты собираешься гулять. Я понимаю, что это секретная информация, когда приедем на место – тогда и узнаю. И уж тем более я не пытаюсь выяснить, какой будет твой новый адрес. Валерка, ну неужели ты думаешь, что я как-то связан с Алексеем Павловичем и хочу тебя заложить?!

Тут Валерке стало стыдно.

– Ну ладно, хрен с тобой... можешь меня проводить. Только не слишком далеко, а то домой опоздаешь.

– Отлично!!! Когда отправляемся в поход?

– Послезавтра, в воскресенье. В девять утра.

– От твоего дома или от моего?

– Стукалов, не борзей. Я что, ещё за тобой зайти должен? Конечно, от моего! Жди меня у крыльца, на скамеечке.

– Годится. Но... вот ещё что...

– Ну что ещё?

– Пообещай мне, что ты не свалишь без меня.

Валерка опешил от такой догадливости и, стараясь сохранить невозмутимый вид, ответил:

– Да на фига мне это нужно? Я и не собирался.

– Нет, ты дай честное слово. Повторяй: «Честное слово, что я никуда не свалю без тебя и мы вместе отправимся в этот поход».

У Валерки возникло желание дать Стукалову по башке, чтобы он выпал в осадок, и спокойно уйти. Но, естественно, он сразу устыдился своих мыслей и, немного помедлив, повторил:

– Ладно. Честное слово, что я никуда не свалю без тебя... и мы вместе отправимся в этот поход.

Илья кивнул головой:

– Вот так-то лучше. Если что – ты обещал!


ГЛАВА 6

Поздним-поздним вечером, практически уже ночью, Валерка и Илья Стукалов шагали по улице. В тех местах, где не работало уличное освещение, было темно. Валерка, в качестве охраны, провожал Илью домой. Надо сказать, вместе приятели смотрелись несколько комично: они были совершенно одинакового роста, но при этом один вдвое шире другого. И оба под хорошим градусом.

Время от времени они дружно орали песню, состоявшую из четырёх строчек:

А ты водку любишь? – Ага!
А пить со мной будешь? – Ага!
Так будем же в стельку, так будем же в доску
Бухие всегда!

– Что-то я перебрал. Провожу тебя и пойду отсыпаться.

– Но смотри, Валерка, не вздумай послезавтра удрать без меня! Пойдём в поход вместе. Ты мне честное слово давал!

– Да помню я, помню…

Они уже входили во двор, где жил Стукалов, как вдруг его настроение резко испортилось. Впереди по курсу, в центре двора, развалились на скамеечке трое местных хулиганов и хлебали что-то из бутылок. Что именно, Илья не смог разглядеть издали, но это большой роли не играло. Он схватил товарища за рукав.

– Валерка, подожди. Не ходи через двор. Давай обойдём по этой дороге, вдоль домов.

– Почему?

– Там Борька сидит. От него лучше держаться подальше.

– Это кто?

– Хулиган здешний.

– А-а.

Валерка невозмутимо двинулся вперёд. Не из какой-то преднамеренной бравады – нет, просто он по пьяни сразу забыл всё, что сказал ему Илья. Как в одно ухо информация влетела, так в другое тут же и вылетела.

– Валерка, стой! Ты куда?!

Ноль внимания. Стукалов затрясся от ужаса и немного постоял на месте, пытаясь из всех зол выбрать меньшее; наконец он последовал за Валеркой, отставая от него на несколько шагов.

Гопники, естественно, не могли не заметить приятелей: те направлялись почти прямо к ним, а освещение во дворе работало нормально. Все трое поставили бутылки на землю, поднялись со скамейки и вышли на дорожку. Борька, плечистый и крепкий детина, встал прямо на пути у Валерки, а его кореша расположились слева и справа. Валерка подошёл поближе и остановился. Борька, оказавшийся чуть выше ростом, презрительно уставился на него сверху вниз.

«Ой, мама дорогая... что же сейчас будет!» – подумал Илья и тоже остановился, в нескольких шагах ото всех.

– Слышь, мужик, у тебя деньги есть?

Валерка сделал отрицательный жест головой:

– Не-а... Уже всё пропил.

– А если найду?

– Да пошёл ты… Тоже мне, поисковик.

– Чё ты сказал, придурок?! – рассвирепел Борька и попытался схватить его за грудки.

Вслед за этим произошло нечто феерическое. Лёгким движением Валерка отмахнул его руки в разные стороны и тут же, не останавливаясь, нанёс собеседнику одновременный удар двумя ладонями по ушам.

Борька замер. Потом, постояв немного, покачнулся вперёд и упал на колени (Валерка отступил вправо, чтобы ему не мешать). Затем, постояв ещё чуть-чуть на коленях, завалился мордой вниз и остался лежать без движения.

Валерка обратился к остальным:

– Ещё вопросы будут?

Противники отреагировали по-разному. Один повернулся и бросился бежать со всех ног, пока не скрылся из виду. Другой, вероятно, хотел сделать то же самое, но его парализовало с перепугу, и он молча стоял как столб. Зато на его штанах неожиданно появилось мокрое пятно, быстро увеличивающееся в размерах.

Валерка захохотал так, что едва не свалился рядом с Борькой:

– Илья, ты где пропадаешь? Иди сюда, приколись!

Стукалов осторожно приблизился и захохотал ещё громче Валерки. Хулиган по-прежнему стоял с обалдевшим видом, вытаращив глаза, и не мог сдвинуться с места. Его штаны намокали всё больше, а Илья и Валерка ржали на весь двор, показывая на него пальцами.

– Парень, у тебя пробоина ниже ватерлинии!

– Валерка, спасибо тебе огромное за это представление! Я давно так не смеялся!

– Это прям как у Маяковского: «Озеро в штанах»!

– Да нет, ты перепутал! У Маяковского было «Облако в штанах»!

– Да какая разница!

Наконец, устав смеяться, Валерка потянул Илью за собой:

– Фу-у-ух... ладно, пора дальше идти.

– А с этим что будет? – указал Илья на Борьку, который по-прежнему валялся лицом вниз, не подавая признаков жизни.

– Да ничего не будет. Полежит и оклемается. В компании с толстяком время летит незаметно.

– А... а кто тут толстяк? – не сразу сообразил Стукалов.

– Ты чего, сдурел? Я, конечно!

– А-а.

Товарищи двинулись дальше. Они так развеселились, что иногда им приходилось поддерживать друг друга, чтобы не упасть от смеха. Валерка добросовестно довёл Илью до самых дверей квартиры и только там попрощался с ним:

– Ну всё, пока.

– Спасибо, что проводил. Значит, собираемся в воскресенье в девять часов утра, у твоего дома. Не вздумай сбежать!

– Да не, ну как можно...

Обратно Валерка возвращался тем же путём. Борька уже понемногу шевелился и пробовал принять сидячее положение, но пока безуспешно – всё время падал. Его дружков поблизости не было. Чтобы не споткнуться об него, Валерка обошёл его на почтительном расстоянии.

«Чёрт, никак не могу понять: уж не сболтнул ли я чего лишнего сегодня? Я, конечно, старался держать язык за зубами, но Стукалов чего-то вдруг прицепился как пиявка. Даже не знаю, может, лучше было бы просто послать его? С другой стороны, школьный товарищ, неудобно как-то...»

* * *

На следующее утро Валерка просыпался с трудом. Его беспокоило похмелье, но не только. Ещё больше его беспокоили смутные подозрения, что вчера он разболтал какую-то важную информацию.

«Ну-ка, собираемся с мыслями… Вопрос первый: с кем я вчера пил? Так-так… вспоминаем, вспоминаем. Ага, вспомнил: с Ильёй Стукаловым. Хорошо, полдела сделано. Теперь вопрос второй: что я ему наговорил?»

Валерка лежал, уставившись в потолок, как будто там были написаны все ответы. Руками он вслепую пошарил по кровати вокруг себя, нащупал пульт дистанционного управления, повернул его в нужную сторону и включил телевизор.

По телику, видимо, шла какая-то развлекательная передача. Валерка продолжал пялиться в потолок, поэтому ограничился её прослушиванием. До него доносился бодрый голос ведущего:

– …Итак, наши участники преодолевают полосу препятствий! Кто же, кто же придёт первым к финишу?! Зал неистово болеет, причём зрители, кажется, разделились поровну! Участники идут ноздря в ноздрю! Поднажмите, поднажмите, ребята! До финиша осталось несколько метров! Ещё немного… Ещё чуть-чуть… Всё!!! Пётр – первый! Екатерина – вторая!

– Пётр – первый… Екатерина – вторая, – лениво пробормотал вслух Валерка и начал подниматься с кровати.

Он уже принял сидячее положение и засунул одну ногу в тапок, как вдруг застыл на месте, сразу вспомнив все подробности вчерашнего вечера. Потом с ужасом схватился за голову.

«Ох, ё… Я же всё разболтал!! А если нас ещё и подслушали?! Что делать, что делать??!»

Он стал прикидывать, насколько это может быть опасно.

«Ну, в самом худшем случае Алексей Павлович уже знает мои планы. Но даже если нас никто и не подслушивал, я всё равно крепко осложнил себе жизнь. Стукалов может сам проболтаться! Например, ещё с кем-нибудь выпьет и будет рассказывать, как он меня провожал...»

Тут Валерке пришла в голову идея, которая показалась ему оптимальным выходом из положения.

«Конечно, накосячил я вчера здорово, но надо попробовать исправить всё что можно. Значит, так: Стукалов хотел меня провожать – хрен ему! И так слишком много знает. Завтра утром свалю на час раньше, а куда я поеду, он не в курсе».

Нет, он не забыл, что давал честное слово. Но…

«Из всех зол надо выбирать меньшее. Стукалов тоже хорош! Если б я не знал его со школы, я бы даже решил, что он ведёт себя подозрительно. Сначала прицепился ко мне, потом напоил, потом вытянул из меня информацию, которую я вообще-то рассказывать не собирался… А потом ещё заставил меня дать это честное слово! Ну, обману его разок… так он сам виноват. Я что, своему слову не хозяин? Хочу – дам, хочу – обратно заберу…»

Подавив угрызения совести, Валерка стал готовиться к отъезду. Он давно продумал, что следует взять с собой, а что оставить. Собирался он неторопливо, время от времени отвлекаясь на питание, просмотр телика и интернета. Почти весь день он провёл дома и только вечером вышел в магазин за продуктами.

«На сколько там мы с ним договаривались? На девять утра? Ну что ж, выйду в восемь, и никаких проблем...»


ГЛАВА 7

Следующим утром, без пятнадцати восемь, Валерка вышел на балкон, только не в своей квартире, а у лестничной клетки: оттуда было видно все подходы к крыльцу. Он посмотрел вниз и...

«Вот падла!!»

На улице, на скамеечке у крыльца, уже сидел Стукалов с рюкзаком на коленях. Валерка, потрясённый, вернулся в квартиру.

«Твою мать, эта сволочь реально умеет мысли читать, не иначе. Как он просёк, что я собираюсь делать? Мда-а-а... А если мне договориться с соседями из квартиры № 2? Или № 3? У них окна и балконы выходят на другую сторону дома. Выберусь через балкон и свалю по-тихому, а этот пусть сидит, дожидается... Да ну, это уже глупо. Клоунада какая-то».

Он тяжело вздохнул, оделся по-походному, взгромоздил на спину рюкзак и покинул свою квартиру.

Заметив его выходящим из подъезда, Стукалов удивлённо вскинул брови.

– Привет, Илья, – первым заговорил Валерка, обмениваясь с ним рукопожатием. – Я увидел тебя с балкона. Конечно, мы договорились выйти в девять, но раз ты уже явился, то зачем тянуть? Пошли.

– Правильно. Как говорится, раньше сядешь – раньше выйдешь! Пошли.

Они направились к автобусной остановке.

– А ты не слишком мало вещей с собой взял? – поинтересовался Илья.

– Сколько нужно, столько и взял. Можем поменяться рюкзаками.

– Да не, спасибо, не надо.

– А-а. А то мне было интересно посмотреть, сможешь ли ты устоять, если повесить мой рюкзак тебе на спину. И если всё-таки сможешь, то через сколько метров упадёшь...

Сначала они ехали на городском автобусе. Потом пересели на пригородный, который вывез их далеко в лес. На одной из остановок, немного не доезжая до кольца, они сошли.

Погода стояла солнечная и тёплая, но не жаркая, для туризма самое то. Пройдя ещё метров двести по ходу автобуса, Валерка свернул на лесную дорогу, отходившую влево. Почти сразу, в сотне метров от шоссе, дорога сузилась, превратившись в тропинку.

– А ты местность хорошо знаешь? – спросил Илья.

– Хорошо. А ты?

– Нет, я здесь первый раз.

– А я тут на велосипеде катался. Иногда даже с ночёвками.

– Ни фига себе... Это когда?

– Ну, где-то начиная со старших классов.

– Вдвоём с Настей катались?

– Сначала ещё один. Потом вдвоём, да.

– А тут люди вообще появляются? Что-то вокруг ни души. И на остановке тоже, кроме нас, никто не вышел и никто в автобус не сел.

– Так это же хорошо! Я специально такое место и подбирал. Нет, вообще-то люди тут, конечно, бывают – иначе кто бы сделал эту дорожку – но всё больше грибники. А грибов и ягод сейчас нету, так что им ловить нечего. Ну, правда, есть ещё и рыбаки, и обычные туристы... с кем-нибудь, наверно, пересечёмся.

С обеих сторон раскинулся могучий лес. Тропинка довольно сильно петляла, часто поворачивая то влево, то вправо, так что дистанция прямой видимости тут была невелика. Валерка держался настороже: он ещё не мог поверить, что спасся от Алексея Павловича, и беспокоился, что тот его догонит и перехватит.

В паре километров от шоссе приятелям попались двое пенсионеров, мужчина и женщина, неторопливо идущие навстречу. Десять минут спустя Валерку и Илью обогнали парень с девушкой на велосипедах.

– На озеро едут, – предположил Валерка.

– Там есть озеро?

– Есть.

Следующие два часа приятели шагали по лесу в гордом одиночестве. Перед их глазами проплывала изумительно красивая природа, и в другой ситуации Валерка с Ильёй, конечно, достали бы мобильники и понаделали фотографий. Но только не сейчас. Расклад был такой, что сделанные в лесу фотографии могли помочь врагам вычислить и поймать Валерку. Да и мобильника он с собой не взял, чтоб не отследили – решил купить на новом месте и мобильник, и сим-карту.

Потом навстречу проехали те же парень с девушкой на велосипедах. Поглядев им вслед, Стукалов произнёс:

– Слушай, не пора ли устроить перекур?

Вообще-то термин «перекур» здесь можно было применить только формально, так как ни Валерка, ни Илья не курили.

– Скоро дойдём до озера, там и устроим. По-моему, до него осталось около километра, от силы два.

Ещё минут через пятнадцать они добрались до лесного озера. Озеро было среднего размера: в ширину метров пятьсот, в длину немного больше. На берегу, поближе к тропинке, сидели трое парней с удочками и ловили рыбу, рядом лежали их велосипеды. Кроме них, вокруг никого не было.

– Пойдём вон туда, там пляж, – показал Валерка.

Приятели прошли немного по берегу и остановились на небольшом песчаном пляже. Оба сильно проголодались, поэтому в первую очередь достали еду.

Валерка съел несколько самодельных бутербродов с котлетами и запил их чаем из термоса. Илья же пообедал покупными булочками и пирожками (две сдобы с сыром да ещё два пирожка с луком и яйцом), запивая их также покупным апельсиновым соком из литровой прямоугольной ёмкости. Валерка посмотрел на эту ёмкость и вспомнил анекдот:

– Спонсор боёв без правил – соки и нектары «Добрый».

Стукалов рассмеялся. Потом спросил:

– Слушай, а мы сейчас далеко от города?

– А чего ж ты, сам не можешь посчитать?

– Не могу, я тут плохо ориентируюсь.

– Ну ладно. Если отсчитывать от ближайшей границы города, то отсюда до неё... хм... около пятидесяти километров. Это по прямой.

– Ага... Понятно.

Валерка постепенно утрачивал свою первоначальную настороженность: он всё больше склонялся к мысли, что теперь никакие опасности ему не грозят. Закончив обед, он спустился к воде и пощупал её рукой:

– Ну что, я думаю, пора открыть купальный сезон.

– А не слишком рано?

– Да не, в самый раз. Сейчас, конечно, ещё май, но последнюю неделю погода тёплая была.

Если бы Валерка в аналогичных обстоятельствах оказался здесь один, он бы не решился идти купаться, боясь каких-либо неожиданностей – например, на пляже могли появиться посторонние и свистнуть что-нибудь из рюкзака. Но Стукалову он доверял, поэтому позволил себе расслабиться.

Плавал он великолепно, как и полагается настоящему моряку. Правда, не слишком долго: всё-таки вода ещё не очень прогрелась. Илья купаться отказался и, сидя на берегу, погрузился в раздумья о чём-то своём.

Выбравшись из озера, Валерка растёрся полотенцем и между делом на всякий случай ощупал свой разгрузочный жилет, в карманах которого были зашиты новые документы и часть денег (ещё часть, на текущие расходы, лежала в незашитом кармане, но основные деньги он спрятал в самом низу рюкзака). Затем повернулся к Илье:

– Ну, всё. Думаю, тебе пора возвращаться домой. Пока дойдёшь до шоссе, пока вернёшься в город – будет уже вечер. Тебе же завтра на работу. Я бы на твоём месте дальше не ходил.

Стукалов хитро ухмыльнулся:

– Я забыл тебе кое-что сказать. Дело в том, что я сейчас в отпуске! В пятницу, когда мы с тобой встретились, у меня был последний рабочий день. Так что в понедельник мне ни на какую работу не надо и я могу идти с тобой куда угодно.

– Что ж ты сразу не предупредил! Ладно. А докуда ты вообще собрался со мной идти?

– Ну, как... насквозь. Все шестьдесят километров, пока не выйдем из леса. Там ты сядешь на один автобус, я сяду на другой – и вернусь обратно в город.

– Только смотри, я ведь собираюсь ночевать в лесу: за один день нам шестьдесят километров не пройти. Ты как относишься к ночёвкам в лесу?

– Да нормально отношусь.

– Тогда пошли.

Они двинулись дальше. Тропинка, кажется, сузилась ещё, а лес ощутимо сгустился и помрачнел, будто предвещая недоброе. Вокруг не было ни души: последние люди остались на берегу озера.

* * *

Дело близилось к вечеру. Валерка, как хороший экскурсовод, начал рассказывать:

– На ночь мы остановимся в районе «Бутылочного горлышка». Это такой перешеек, длиной несколько километров и шириной метров триста. По нему, по самой середине, идёт вот эта тропинка, и на нём тоже такой же лес, как тут. А слева и справа от него – непроходимые болота...

– Так, может, не надо там останавливаться?

– Да я же говорю, он триста метров шириной. Чего ты испугался-то?

– А далеко ещё до этого «Бутылочного горлышка»?

– Сейчас точно не знаю, но начинается оно в семнадцати километрах от озера. Учитывая, что наша средняя скорость – около пяти километров в час... в общем, считай сам. Я просто не засекал время, когда мы от озера отошли. Решил, что это незачем: подумаешь, какие-то там семнадцать километров...

– Ничего себе! У меня уже ноги устали.

– Вот я же говорил тебе: отправляйся домой! Ладно, давай перекур сделаем.

Приятели сели отдохнуть. Илья подумал и ответил:

– Да и ладно, ничего страшного не случится, если мы посидим минут пятнадцать. Мы ж никуда не опаздываем.

– Это верно. Но мы ещё и полпути не прошли, а у тебя ноги устали. Это как-то напрягает. Смотри, чтобы мне не пришлось тебя тащить на себе!

– А когда будет полпути?

– Ну вот прикинь: от шоссе до шоссе – шестьдесят километров. От шоссе до озера – примерно четырнадцать километров. От озера до начала «Бутылочного горлышка» – семнадцать. Четырнадцать плюс семнадцать – тридцать один. Короче, как только доберёмся до начала «Бутылочного горлышка» – значит, полпути уже точно прошли.

– Понятно.

Вообще-то, судя по их комплекции, Валерка должен был устать первым. Здоровенный атлет, к тому же довольно толстый, он, казалось, не предназначен природой для дальних пеших прогулок. Стукалов, наоборот, обладал худощавым телосложением бегуна-марафонца или мастера спортивной ходьбы. Однако это был тот случай, когда телосложение обманчиво. Валерка относился к категории «двигательно одарённых» людей, имеющих хорошие перспективы во всех видах спорта; и поэтому, хотя пробежать марафон без подготовки ему бы, конечно, не удалось, но в плане выносливости он, пожалуй, намного превосходил среднего человека. Илья же к «двигательно одарённым» не относился, спортом не занимался и, главное, сам толком не знал своей выносливости. Неудивительно, что сейчас проблемы возникли именно у него.

Они продолжили путь. Прошло ещё около часа, и Валерка определил:

– Ну вот, подходим к «Бутылочному горлышку». Смотри, впереди просветы виднеются, слева и справа. Это те самые болота.

И точно: можно было заметить, что лес впереди стал более редким и через него просматриваются какие-то открытые пространства.

– Так что, значит, прошли полпути?

– Да.

– Урра-а-а!!

Валерка посмотрел на приятеля и усмехнулся. Потом сказал:

– Ну что, я думаю, ещё километра три – и остановимся. С ночёвкой. Костёр запалим... Я и спички взял, и зажигалку, и даже газету, а сухого хвороста тут полным-полно.

– Слушай, Валерка, я чего подумал... А змей тут не бывает?

– Ну, я пока не видел. А в чём проблема?

– Я их боюсь, а здесь болота всё-таки. Они, наверно, здесь должны быть.

– Ничего страшного, ночью их всё равно будет не видно.

– Шутник, ё...

Они шагали по перешейку. Теперь болота с обеих сторон уже отлично просматривались из-за деревьев. Змей пока нигде не было. Тропинка продолжала время от времени немного поворачивать влево-вправо, и сам перешеек, кажется, тоже имел несколько изогнутые границы. Вдруг Валерка молча остановился.

– Здесь будем ночевать? – уточнил Стукалов.

– Погоди. Ты ничего не слышишь?

Илья прислушался:

– Хм. По-моему, где-то вдалеке что-то такое... жужжит. Только не пойму, спереди или сзади.

– У меня такое ощущение, что и спереди, и сзади одновременно.

– Мотоциклы?

– Или квадроциклы.

– Да ну, разве на квадроцикле тут можно проехать?

– Думаю, можно. Тропинка узкая, так на нём можно и по бездорожью кататься. Что-то мне не нравится всё это...

– Да ладно тебе, Валерка. Ты же не думаешь, что это за тобой гонятся?

– Я не знаю. Может, и за мной. Ну-ка, сойдём с дороги.

– Да ты чего, обалдел? Как они могли тебя выследить?

– Понятия не имею, но лучше перестраховаться. Пошли!

Схватив Стукалова за руку, Валерка потащил его вправо. Быстрым шагом они добрались почти до самого болота и спрятались за деревьями потолще.

– Ну и что дальше? – спросил Илья. Судя по его голосу, он явно не верил ни в какую опасность.

– Дальше? Сидим и ждём, пока не проедут.

Подозрительный жужжащий звук, казалось, становился всё громче и шёл одновременно спереди и сзади (хотя такой эффект мог создаваться из-за рельефа местности – болота, леса, холмы...). Потом, наоборот, его громкость начала уменьшаться: сперва незаметно, но чем дальше, тем более ощутимо. Наконец этот звук совсем пропал.

– Ну что? – сказал Илья. – Может, пора отдохнуть?

Валерка задумчиво осмотрелся.

– Чёрт его знает. Что-то мне теперь тут не нравится. На этом перешейке нас могут взять в клещи, и прятаться будет почти негде. Сто пятьдесят метров туда, сто пятьдесят метров сюда, а лес не такой уж густой... Сделаем так: пройдём дальше, выберемся из этого «Бутылочного горлышка», потом сойдём с дороги в сторону и там уже остановимся. И надо ещё подумать, стоит ли разводить костёр. Пока, вроде, тепло.

– Не, ну у тебя точно мания преследования. Ты сколько ещё идти собираешься?

– Ну, километра четыре, пять.

– Блин... вот уж, действительно, дурная голова ногам покоя не даёт.

Приятели вернулись на тропинку и пошли дальше.

Начался вечер, но, благодаря длинному световому дню, до темноты было далеко. На физиономии Стукалова застыла недовольная гримаса: очевидно, он здорово устал идти. Впрочем, Валерка сейчас не обращал на него внимания. Устал – сам виноват, нечего было напрашиваться в этот поход. Гораздо сильнее Валерку беспокоил тот подозрительный жужжащий звук.

«Наверняка это звук двигателя, а что же ещё. И спереди и сзади, одновременно. Сначала он приближался, потом удалялся. Потом совсем прекратился... Что всё это значит?»

Пройдя пару километров после вынужденной остановки, приятели миновали очередной поворот и вдруг увидели, как впереди на тропинку выходят трое. Появились они из леса, с правой стороны. Валерка рассмотрел их издали и остановился как вкопанный. Илья не обратил на них внимания и мог бы спокойно идти дальше, но тоже был вынужден остановиться, потому что Валерка схватил его за шиворот и удержал на месте.

– Ты чего?

– Всё, – упавшим голосом констатировал Валерка. – Выследили, сволочи.


ГЛАВА 8

Стукалов, который совершенно не ожидал такого поворота событий, испугался до полной потери самообладания. Естественно, он сообразил, что с большой вероятностью может пострадать за компанию с Валеркой. Хватаясь за последнюю надежду, как утопающий за соломинку, он дрожащим голосом произнёс:

– А может, это... не они?

– Видишь мужика в центре, который выше других? Это Алексей Павлович! Так что они!

– О господи, что же нам делать???

Они стояли на месте и переговаривались. Как ни странно, те трое тоже встали на тропинке, не пытаясь приблизиться. Прокрутив в голове все возможные варианты, Валерка произнёс:

– С рюкзаком бегать неудобно, по крайней мере с моим. Иди назад, я с ними сам буду разбираться. Давай, давай, не задерживайся.

Стукалов развернулся, с перекошенной от страха физиономией бросился наутёк и исчез за поворотом, а Валерка медленно двинулся вперёд, навстречу судьбе. Алексей Павлович и двое помощников стояли и ждали. Вдруг Илья с ещё более перекошенной физиономией выскочил обратно из-за поворота, догнал Валерку и, не стесняясь, завопил в голос:

– Там сзади за нами ещё трое идут!!! Всё, пиз...ц!!!

Вот теперь окончательно прояснилась природа этих жужжащих звуков, доносившихся спереди и сзади одновременно. Алексей Павлович и его подельники, вшестером, приехали сюда на мотоциклах или на квадроциклах – вернее, их привезли и высадили. Трое злодеев, в том числе сам Алексей Павлович, высадились у выхода из «Бутылочного горлышка», а трое – у входа, после чего транспортные средства укатили обратно. Затем первая группа прошла немного, остановилась и стала ждать, а вторая двинулась следом за приятелями.

«И взяли нас в клещи», – мысленно подытожил Валерка.

– Ладно, не шуми впустую, – ответил он, продолжая неторопливо шагать вперёд. – Ты ещё, может, нормально выкрутишься, ты тут не при делах. Да и я тоже просто так сдаваться не собираюсь.

Они приблизились к троице «встречающих». Валерка, время от времени оглядываясь назад, увидел, как из-за поворота появляются ещё трое.

– Валерий Петрович! – заговорил Алексей Павлович, и в его голосе явно читались издевательские нотки. – Какая неожиданная встреча! Вы что это тут делаете?

– Да так. Погулять вышел.

– Да-а-а? Погулять вышли? А по-моему, вы хотите сбежать, не оплатив свои долги!

– Ерунда. Я собирался их оплатить завтра вечером. Деньги я собрал, но сегодня всё равно воскресенье, банки не работают.

– Вы что, меня совсем за дурачка держите? Я прекрасно понял, что вы решили сбежать из города и ничего не платить. И за это...

– У вас есть доказательства? – перебил его Валерка.

Алексей Павлович усмехнулся:

– Доказательства? Сейчас будут. Ну-ка, ребята, обыщите их обоих как следует!

Валерка понял, что весь его замысел вот-вот накроется медным тазом. При обыске злодеи обязательно найдут и пачки денег, и документы на другую фамилию... Этого никак нельзя было допустить.

– Да вы что, ох...ли?! – с неподдельным возмущением заорал он. – Не дам я себя обыскивать, ещё чего не хватало!

Не обращая внимания на его ругань, двое громил подошли и угрожающе нависли над приятелями, существенно превосходя их по росту. Валерка обернулся назад – вторая тройка вышла из-за поворота и неторопливо приближалась, но была ещё довольно далеко.

Неожиданно он толкнул в грудь парня, который приготовился его обыскивать. Злодей не устоял на ногах, отлетел и рухнул. Второй бандит, уже успевший засунуть одну руку в карман куртки Стукалова, отвлёкся от него и кинулся на Валерку, пытаясь схватить его сбоку.

Валерка вовремя развернулся вправо и встретил нового врага лицом к лицу. Они сцепились по-борцовски, но очень ненадолго: уже в следующую секунду Валерка обернул противника вокруг себя и отшвырнул в сторону. Тот пробежал немного по инерции и свалился.

Между тем Стукалов, оставшись без присмотра, решил удрать, но путь к выходу из «Бутылочного горлышка» ему преградил сам Алексей Павлович. Тогда Илья бросился вправо, к болоту. Но никто не собирался его так просто отпускать: Алексей Павлович молча показал пальцем в его сторону, и в погоню устремилась вторая тройка злодеев, подходившая сзади.

Двое пострадавших поднялись на ноги и стали маневрировать вокруг Валерки, собираясь напасть на него одновременно с двух сторон. Поначалу они явно недооценили его, так как сами были мощные ребята, настоящие тяжеловесы; но теперь ни о какой недооценке уже и речи не шло. Алексей Павлович пока держался поодаль, сам в драку не лез и, судя по выражению его лица, откровенно потешался над происходящим.

Валерка переводил взгляд то на одного врага, то на второго. Ему сильно мешал рюкзак за спиной, поэтому действовать нужно было очень продуманно.

Злодеи кинулись на него слева и справа, но Валерка, не поворачиваясь, метнулся вправо и саданул плечом в грудь одного из них. Солидный вес самого Валерки сложился с весом его рюкзака, и бандита отшвырнуло назад, словно он налетел с разбегу на скалу. Он грохнулся на спину.

Валерка развернулся ко второму, схватил его, обернул влево вокруг себя и отбросил в сторону, так что теперь уже оба злодея испытали этот приём на своей шкуре. Вдобавок ко всему Валерка продемонстрировал такую меткость, что второй громила опрокинулся прямо на первого, когда тот пытался встать.

Алексей Павлович изменился в лице: пренебрежительная усмешка сползла с его физиономии, уступая место раздражению. Но Валерка действовал по принципу «семь бед – один ответ» и, едва успев вывести из строя двух предыдущих противников, сразу бросился на него.

Алексей Павлович вынул из кармана пистолет. Раздался щелчок предохранителя…

Валерка подскочил к Алексею Павловичу и с разбегу засадил ему правый прямой в подбородок. Снизу вверх наискосок – из-за большой разницы в росте.

Вообще-то боксировать с тяжеленным рюкзаком за спиной, конечно, неудобно: во время проведения ударов рюкзак будет заносить вас то в одну сторону, то в другую. Но если рассчитывать на один-единственный удар, то можно попробовать. Главная проблема в том, чтобы метко попасть.

Валерке сказочно повезло. Опоздай он хоть на долю секунды, Алексей Павлович застрелил бы его в упор. Кроме того, этот удар с разбегу просматривался буквально за версту, так что любой мало-мальски подготовленный боксёр должен был бы от него увернуться. Но Алексей Павлович отвлёкся на пистолет и, очевидно, полагал, что успеет выстрелить. Не успел. Оружие вылетело у него из рук, а сам он отправился в глубокий нокаут.

Валерка подхватил выпавший пистолет и трусцой, чтобы не утомиться раньше времени, последовал за тремя оставшимися бандитами и Стукаловым. У Ильи был довольно увесистый рюкзак (который, впрочем, не шёл ни в какое сравнение с Валеркиным), к тому же он устал во время похода, так что злодеи почти наверняка должны были догнать его. Сначала все четверо бежали в направлении болота, затем Стукалов повернул влево и бросился к выходу из «Бутылочного горлышка». Валерка сильно отстал от них, но ещё видел вдали мелькающие между деревьями фигуры. Правда, со своим рюкзаком он двигался не очень быстро и отставал всё сильнее.

Оглянувшись назад, он заметил, что его самого догоняют два злодея, с которыми он уже дрался. Причём они должны были хорошо видеть пистолет в его руке, но, как ни странно, продолжали приближаться без всякой опаски и вскоре оказались буквально в нескольких шагах.

«Это как понимать? «Умри, но сделай»? Смерти боятся меньше, чем гнева руководства? Ладно, сами напросились...»

Впереди послышались громкие крики. Валерка всё-таки потерял из виду тех четверых – далеко убежали – но узнал голос Стукалова. Илья кричал что-то нечленораздельное. Затем другой голос очень внятно и разборчиво проорал: «Попался, с-сука!» Надо было торопиться, и, чтобы обезопасить себя от погони, Валерка обернулся, прицелился в ноги одному из преследователей и нажал курок.

Но, как ни странно, выстрела не произошло! Валерка нажал курок ещё два раза – результат оказался такой же! Сзади раздался издевательский комментарий:

– Придурок, это пистолет с автоматическим распознаванием владельца! У тебя отпечатки пальцев не те!

«Твою мать!!!» – мысленно выругался Валерка, но пистолет не бросил: нельзя было допустить, чтобы оружие опять попало к Алексею Павловичу. Далеко впереди он снова увидел Стукалова и трёх бандитов – теперь они вели его навстречу, заломив обе руки за спину, так что ему пришлось согнуться чуть ли не до земли. Вернее, вели его двое, а третий шёл сзади с рюкзаком Ильи.

Тут один из преследователей догнал Валерку и вцепился в его рюкзак. Валерка стянул лямки с плеч, выскользнув из них, освободился от рюкзака (правда, при этом второпях выронил пистолет) и повернулся. Противник выпустил рюкзак, но чуть-чуть не успел приготовиться к нападению, получил по зубам и грохнулся на спину. В следующую секунду Валерка сам пропустил тяжёлый удар в ухо от второго злодея, подскочившего справа.

К несчастью для своих врагов, он имел одно очень ценное качество: у него была поистине железная голова. Подобно великому чемпиону Николаю Валуеву, он обладал уникальным талантом ненокаутируемости. Он выдержал полученную плюху и, будучи гораздо ниже противника ростом, ответил не менее мощным ударом левой в пузо, с разворота. Злодей охнул, согнулся, и Валерка со всей богатырской дури засадил ему сцепленными руками по подставленному затылку. Отдохни, парень.

Этот тип вышел из строя надолго. Бандиты, поймавшие Стукалова, бросились разбираться с Валеркой, но предварительно обработали Илью, чтоб не смылся никуда. Один врезал ему по печени, второй – по макушке, и Стукалов как подкошенный рухнул лицом вниз. Рядом с ним злодеи бросили его рюкзак. Но прежде чем они успели добежать до Валерки, он подобрал пистолет и дал рукояткой по башке ещё одному противнику, поднимавшемуся на ноги. Тот завалился обратно и больше не двигался.

Трое врагов окружили Валерку, держась пока на почтительном расстоянии. С пистолетом в правой руке он оборачивался по сторонам, готовый к нападению. Рядом на земле лежал его рюкзак.

Затишье перед бурей продолжалось несколько секунд, а потом все три злодея кинулись вперёд. Валерка поступил точно так же – он бросился на противника, в данный момент оказавшегося спереди. Тот притормозил и провёл меткий правый прямой навстречу в подбородок. Валерка не успел никак отреагировать и устоял только благодаря своей ненокаутируемости. В ответ он с размаху тюкнул бандита в лоб рукояткой пистолета. Злодей отключился и опрокинулся назад, но в следующую секунду оставшиеся двое повисли у Валерки на плечах, вцепившись в него мёртвой хваткой.

Правую руку крепко держали, и воспользоваться пистолетом не получалось, поэтому Валерка его снова выронил, чтоб не мешал. Затем попытался вырваться. Судя по габаритам противников, вместе они весили больше двух центнеров, так что бороться с ними оказалось очень тяжело. Некоторое время сражение шло на равных – Валерка отчаянно выкручивался, но безуспешно, а злодеи пытались заломать его и раз за разом ставили подножки, но тоже без толку. Наконец Валерка, продолжая оставаться на ногах, начал демонстрировать явные признаки усталости: он прекратил метаться туда-сюда, остановился на месте и шумно задышал, открыв рот. Враги купились на эту демонстрацию и позволили себе чуть-чуть расслабиться, за что и поплатились. Неожиданно встряхнувшись, Валерка выскользнул из захвата, поймал обоих за шеи и столкнул их лбами друг с другом. И отшвырнул в разные стороны. 

Он подобрал с земли пистолет и внимательно пригляделся к бывшим противникам – не нужно ли кому-то добавить. Нет, вроде бы все нокаутированы надёжно, никто не шевелится. Но вдруг Валерка заметил одну странность: Илья Стукалов куда-то исчез.

Чисто технически ему было нетрудно исчезнуть. Сражение с последними двумя бандитами, которое продолжалось достаточно долго, Валерка в основном провёл спиной к нему, да ещё всецело поглощённый собственным выживанием. Но зачем Илья это сделал?

«Вероятно, от нервов. Оклемался чуть-чуть и решил сбежать. Надо бы найти его, а то вдруг заблудится или в болото попадёт».

Однако, прежде чем искать товарища, Валерка взгромоздил на спину рюкзак и решил избавиться от пистолета.

«Стрелять из него я всё равно не могу. А вот Алексей Павлович сможет, если оружие как-нибудь попадёт ему в руки. Значит, надо выбросить, причём так, чтоб не нашли».

Он дошёл до края болота и с размаху зашвырнул пистолет как можно дальше в трясину. Плюх!

«Отлично, теперь идём искать Илью».

Валерка развернулся и замер. Вдалеке между деревьями мелькнула длинная фигура Алексея Павловича. Он шагал прямо сюда!

Валерка даже не успел ничего обдумать – подсознание сработало автоматически, и он кинулся вдоль болота наутёк. Уже на бегу он сообразил, почему так поступил. Когда тот информированный знакомый рассказывал всё, что знает про Алексея Павловича, то, в частности, сообщил: раньше у него было прозвище «Два пистолета»!

Следовательно, хотя один пистолет у него удалось отнять, но мог остаться второй.

И, точно в подтверждение этой мысли, сзади началась стрельба. Пули засвистели где-то поблизости – хорошо ещё, что Алексей Павлович был далеко и ему заслоняли обзор деревья. Валерка изо всех сил бежал к выходу из «Бутылочного горлышка», до которого, по его прикидкам, оставалось приблизительно полкилометра (правда, ОЧЕНЬ приблизительно – здесь он не так уж хорошо ориентировался на местности). В голове промелькнула идея: может, пора выбросить рюкзак, чтоб быстрее драпать?

«Ни за что!»

В рюкзаке лежало слишком много денег, и Валерка оказался не готов с ними расстаться.

Он удирал, не оглядываясь. Некоторое время Алексей Павлович обстреливал его, не жалея патронов, потом прекратил это дело – то ли упустил врага из виду, то ли решил получше прицелиться. Впереди по курсу раскинулась большая поляна, плавно переходившая в расположенное справа болото. Никуда не сворачивая, Валерка подбежал к поляне и увидел на своём пути обрыв высотой около двух метров или чуть больше. Немного правее был пологий спуск на поляну, но сгоряча, стараясь уйти от преследования, он решил не терять времени, промчался почти впритирку с огромной сосной, росшей на краю обрыва, и...

Выстрел!

Уже в полёте, прыгнув с обрыва, Валерка получил удар в спину. Приземлившись на ноги, он не устоял и грохнулся лицом вниз. Он и сам не мог понять: то ли его швырнуло вперёд ударной волной, то ли рухнул с перепугу, сообразив, что в него попали.

Судя по ощущениям, его спас рюкзак, плотно набитый вещами. Во всяком случае, Валерка не чувствовал, что ранен. Он быстро огляделся по сторонам, прикидывая, куда бежать дальше, и вдруг заметил у себя за спиной хорошее укрытие. Прямо под деревом, растущим на краю обрыва, находилось большое углубление величиной чуть ли не с пещеру. Фактически громадная сосна стояла почти на весу и в конце концов, наверно, должна была обвалиться, но сейчас Валерку интересовало совсем другое. Не теряя времени, он спрятался в этом укрытии, снял рюкзак и собрал горсть земли. Он был уверен, что столкновения с Алексеем Павловичем не избежать.

Внезапно где-то наверху, почти над головой, раздался металлический звук, природа которого не вызывала сомнений: это Алексей Павлович заряжал новую обойму. Старая, значит, кончилась. Валерка, несмотря на своё паническое бегство, успевал считать выстрелы и пока насчитал их двенадцать. То есть, пистолет у него двенадцатизарядный.

Послышался деревянный стук. Очевидно, Алексей Павлович встал на корни дерева, под которым прятался Валерка.

«Прыгать будет? Или в обход спустится?»

Валерка приготовился. Прыгнув с обрыва, он появится совсем рядом, тогда нужно сразу бросаться на него.

Но Алексей Павлович двинулся в обход, по пологому спуску. Оказавшись на поляне, он пошёл по ней справа налево, с пистолетом наизготовку, осматриваясь и ища глазами противника. Наконец он попал в поле зрения Валерки, находясь боком к нему. Валерка выскочил из своего укрытия и кинулся на него, зажав в левом кулаке горсть земли.

Алексей Павлович заметил движение сбоку и повернулся, но Валерка, подбегая, швырнул землю ему в глаза. Алексей Павлович успел выстрелить, одновременно уклонившись в сторону отработанным боксёрским движением, так что попытка ослепить его не удалась. Но и Валерка избежал пули: последние два прыжка он сделал зигзагом – сначала вперёд-вправо, потом вперёд-влево. И, подскочив к Алексею Павловичу, вцепился обеими руками в пистолет.

Алексей Павлович нанёс тяжеленный удар по скуле, который вырубил бы наглухо обычного человека. Но он ещё не понял, с кем связался. Вместо того чтобы свалиться в отключке, Валерка мощным рывком выдернул пистолет у него из руки и отбросил подальше в сторону. Тогда Алексей Павлович отступил чуть назад и издали пробил два прямых удара в голову, левой-правой. Валерка снова устоял и двинулся на него. Алексей Павлович не стал его дожидаться и, пользуясь явным преимуществом в длине рук, провёл меткую четырёхударную серию в голову на отходе.

Валерку немного встряхнуло, но он продолжал наступать, как танк. Алексею Павловичу пришлось отскочить влево, и, судя по его физиономии, он был чрезвычайно удивлён. Валерка развернулся и опять пошёл в наступление, подняв руки повыше.

Алексей Павлович издали встретил его левым прямым в нос, умудрившись со снайперской точностью провести этот фехтовальный выпад между поднятыми руками противника. Нос потёк. Валерка по-прежнему шёл вперёд. Алексей Павлович, отходя, нанёс ему правый лоу-кик – удар ногой сбоку, который пришёлся по внешней части бедра. Валерка чуть-чуть пошатнулся, но упорно наступал, продолжая искать счастья в ближнем бою. Он совершенно не успевал реагировать на бомбардировку от Алексея Павловича и спасался благодаря своей ненокаутируемости. Если б не его железная голова, бой бы уже закончился.

Алексею Павловичу пришлось снова отскочить в сторону, на этот раз вправо. Преследуя его, Валерка размахнулся и выбросил левый боковой, да такой, что воздух загудел. Недолёт: Алексей Павлович вовремя отступил, а затем пробил двойку издали. Валерка получил левый прямой в глаз и тут же правый прямой точно в челюсть. Его опять слегка пошатнуло, но он продолжал свои атаки.

«Не останавливаться, только не останавливаться! Прессовать изо всех сил!»

Валерка уже понял, что противник имеет серьёзное превосходство в ударной технике. Что можно было этому противопоставить? Пожалуй, одно из двух: или свести поединок к борьбе и заломать Алексея Павловича, или срубить его мощным ударом. В любом случае, для победы требовалось навязать ему ближний бой. Теоретически, правда, существовала ещё вероятность, что Алексей Павлович просто-напросто устанет бить Валерку, «сдохнет» и сам упадёт, но практически на это рассчитывать не стоило: он был сухой подтянутый атлет и его телосложение, чисто визуально, предполагало большую выносливость.

Двигаясь вперёд, Валерка внезапно согнулся и сделал попытку прохода в ноги противнику, но опять не успел. Ответом ему был издевательский смех, доносившийся справа, куда своевременно отскочил Алексей Павлович. Валерка разогнулся, повернулся к врагу лицом и тут же получил левый прямой в глаз.

Он снова поднял руки повыше и пошёл за Алексеем Павловичем. Тот метко пробил левый лоу-кик в бедро и снова отскочил вправо. Валерка развернулся к нему и пропустил между руками правый навстречу в челюсть. На этот раз его ощутимо встряхнуло (он не видел удара, а Алексей Павлович вложился хорошо), но уже в следующую секунду он бросился вперёд, пытаясь поймать противника в охапку. Алексей Павлович едва успел отскочить влево, обалдев от такой неожиданной прыти.

Да, они были взаимно неудобны друг другу: один – намного более подготовленный боец, а второй – ненокаутируемый. Возможно, что Валерку остановил бы хороший удар по печени, но он сам это понимал и старался закрывать печень правым локтем; с другой стороны, Алексею Павловичу было неудобно туда бить из-за большого преимущества в росте.

«Всего чуть-чуть промахнулся! Ещё немного, и я его поймаю!»

Валерка воспрянул духом, развернулся и снова пошёл в наступление. Приближаясь к Алексею Павловичу, он как можно более неожиданно согнулся и сделал ещё один проход в ноги. Но противник всё-таки успел отскочить влево, а затем отбежал подальше, на несколько шагов.

– Зря стараешься... Всё равно догоню! – пообещал ему Валерка.

Опять подняв высоко руки, он двинулся на врага. Алексей Павлович дождался его и нанёс четырёхударную серию с дальней дистанции, но, видимо, плохо прицелился, потому что вся серия пришлась по защите – по подставленным кулакам и предплечьям. Валерка обрадовался, что противник потерял свою меткость, и уже хотел сделать очередную попытку схватить его, как вдруг...

Как вдруг Алексей Павлович провёл ещё один удар – ногой по мужскому достоинству.

Валерка остановился и согнулся. Правда, он тут же разогнулся, но драгоценное время было упущено, и противник перешёл в контратаку. На Валерку посыпался самый настоящий град кулачных ударов чуть ли не со всех сторон одновременно. Высоко поднятые руки только частично спасли его от бомбардировки: кое-что проходило и слева и справа в обход защиты, и между руками – и обрушивалось ему на голову.

Как долго это продолжалось, он не мог сказать, потому что потерял счёт времени. Неожиданно бомбёжка вроде бы прекратилась, но радоваться оказалось рано. После секундного перерыва Валерка пропустил комбинацию из двух ударов ногами: сначала правый лоу-кик в бедро, а потом «вертушку» в голову.

От лоу-кика его пошатнуло, а «вертушка» отшвырнула его в сторону. Пробежав несколько шагов, он с большим трудом удержался на ногах. Алексей Павлович, наблюдавший за его перемещениями, только усмехнулся.

– Надо было мне взять с собой железную трубу, чтоб ты не так мучился. Я же не знал, что у тебя голова как у пещерного человека! Да и яйца тоже. Хотя ладно, теперь-то уж недолго тебе осталось...

Валерка пошёл на хитрость. Он изобразил, что у него подогнулись колени, после чего зашатался и сделал пару неуверенных шагов сначала вправо, потом влево, будто бы с трудом сохраняя равновесие. Затем двинулся в наступление и опять, согнувшись, попытался проскочить в ноги Алексею Павловичу.

На этот раз Алексей Павлович не сделал попытки отпрыгнуть, а решил добить врага окончательно. Он встретил Валерку хорошо подготовленным одновременным ударом – коленом снизу по физиономии и кулаком сверху по затылку.

Валерка почувствовал, что его голова оказалась будто между молотом и наковальней. Но блестящий талант ненокаутируемости позволил ему довести свой замысел до конца. Приблизившись к Алексею Павловичу, Валерка наконец-то успел поймать его за ноги, оторвал от земли, поднял на воздух и в падении, с максимальной амплитудой, швырнул назад через себя. Потом, перекатившись по земле, навалился на него сверху, схватил за горло и стал душить...

Алексей Павлович отбивался изо всех сил. Он пытался отцепить Валерку от своего горла, сбросить его с себя и даже наносить удары пальцами в глаза и в гортань. Но уж теперь-то Валерка не выпустил врага! Ясное дело, он не имел ни малейшего желания снова драться с Алексеем Павловичем на ногах – этого ещё не хватало. В партере, и только в партере. Удерживая его на лопатках и тщательно закрываясь одной рукой от его ударов, Валерка душил его второй рукой. Наконец Алексей Павлович перестал сопротивляться и затих. Но, зная, с каким опасным врагом имеет дело, Валерка не отпускал его горло, а начал считать про себя:

«Один... два... три... четыре...

...девяносто восемь... девяносто девять... всё!»

Только после этого он прекратил душить бывшего противника и с трудом поднялся.

Алексей Павлович остался лежать, частично залитый кровью. Кровь была Валеркина, из разбитого носа. Валерка осмотрелся по сторонам – вокруг никого не оказалось...


ГЛАВА 9

Он тщательно высморкался кровью и стал обдумывать ситуацию.

Валерка ещё ни разу в жизни не убивал людей, но переживать по этому поводу ему было совершенно некогда. Во-первых, чтобы мучаться угрызениями совести, нужно хотя бы более-менее нормально чувствовать себя физически. Алексей Павлович перед смертью избил его как собаку, поэтому чувствовал он себя очень плохо. Во-вторых, рано было расслабляться.

«Чёрт, меня же теперь могут посадить за его убийство! Свидетелей-то нет – попробуй докажи, что это самооборона... Надо срочно избавиться от трупа!»

На самом деле, конечно, Валерка думал не о том. Ему следовало бы вспомнить, что остались ещё пятеро бандитов, которые могли очухаться после нокаута и появиться здесь. В принципе, он бы поступил гораздо умнее, если бы скрылся отсюда. Но те пятеро почему-то не появлялись, что уже становилось довольно странным. Вдобавок ко всему, Илья Стукалов тоже исчез и не давал о себе знать. Но Валерка упустил эти странности из виду: слишком уж много возникло проблем, а голова у него была только одна. И главное, после драки с Алексеем Павловичем она не очень хорошо соображала.

Валерка бросился к рюкзаку, боясь, что его украли. Рюкзак стоял на месте, в укрытии, но почему-то промок снизу.

«Он мой термос прострелил, паскуда! Я теперь без чая остался!»

Впрочем, не исключено, что как раз благодаря термосу он вообще остался жив. В самом низу рюкзака были спрятаны деньги, но за них Валерка не беспокоился: все они лежали в герметичных полиэтиленовых упаковках. Главное, что их не могло зацепить пулей – судя по входному отверстию в рюкзаке, она прошла гораздо выше. Выходное отверстие найти не удалось. Правда, Валерка не очень-то искал, некогда было.

Надев на спину рюкзак, он подошёл к болоту. У берега оно густо заросло травой, но на некотором удалении от берега виднелась открытая вода, этакий круглый «пруд». Валерка решил найти ближайшее топкое место и затолкать туда покойника.

Не снимая рюкзака, он поднялся на пригорок, осмотрелся и выломал небольшое дерево, молодую засохшую сосну. Потом, вернувшись на поляну, начал прощупывать этой жердью болото – сначала у самого берега, а затем всё дальше и дальше. Постепенно он сам зашёл в болото и стал удаляться от берега. Ноги сразу же промокли, но в данных обстоятельствах это был пустяк, не заслуживающий внимания.

Настоящая трясина обнаружилась как раз там, где начинался «пруд». Валерка пощупал его издали своей жердью, воткнул её около «пруда» в качестве ориентира – чтобы дальше не заходить – и повернул к берегу. Там он, подумав, всё-таки снял рюкзак, поставил на землю (очень не хотелось выпускать его из виду) и подошёл к трупу Алексея Павловича.

«Ох и здоровый, гад!»

Это точно: Алексей Павлович весил ничуть не меньше самого Валерки, а скорее всего, даже больше. Конечно, если б Валерка не пострадал в бою, проблем бы у него не возникло, но история не терпит сослагательного наклонения. Он прикинул, как лучше переправить покойника в трясину, чтобы при этом не провалиться самому.

«Пожалуй, лучше всего поднять его повыше – то есть на плечи – донести до места и потом сбросить вперёд через голову. Раз, два… взяли!»

Он попытался поднять труп – неудачно.

«Ты что, совсем охренел??! Ну-ка соберись, размазня! У тебя же первый разряд по тяжёлой атлетике был! Разве можно так позориться?!»

Самовнушение помогло. Разряд по штанге, в первом тяжёлом весе, у Валерки действительно был. Со второй попытки он взгромоздил на плечи труп Алексея Павловича и двинулся к болоту.

«Главное, не зайти слишком далеко… Один лишний шаг сделаю – и каюк!»

Осторожно прощупывая ногами почву, он подошёл к границе «пруда», остановился и нагнулся. Затем, перевалив покойника через голову, сбросил его вперёд.

ПЛЮХ!!!

Валерку залило болотной грязью с головы до ног, но результат того стоил. Труп погрузился в трясину и, подталкиваемый сильными ударами жерди, постепенно скрылся там полностью. И больше не всплывал.

Валерка довольно улыбнулся, перехватил жердь, как копьё, и зашвырнул в болото подальше от берега. На память пришёл весёлый анекдот:

«В детстве я читал две книги, посвящённых подводным плаваниям – «Двадцать тысяч лье под водой» и «Муму»».

Он нацепил на спину свой рюкзак и хотел убраться отсюда, но вспомнил важную вещь: где-то на поляне ещё лежал пистолет Алексея Павловича. Его тоже следовало выбросить в болото, чтоб не нашли. Валерка стал осматривать поляну в том месте, куда отлетел пистолет. Но – странное дело – он пропал, и найти его никак не удавалось.

«В принципе, застрелить меня из этой пушки никто не сможет: ведь у Алексея Павловича оружие имеет идентификацию по отпечатку пальца, а сам Алексей Павлович уже купается на том свете. Но, во-первых, будет очень плохо, если пушку найдут его подельники, или полиция, или даже посторонние. Во-вторых, если её действительно украли у меня из-под носа, значит, где-то поблизости, скорее всего, находится опасный враг... Иначе зачем ему эта пушка?»

Валерка попытался прочесать всю поляну, но она была слишком большая. И, как он ни старался, а пистолет найти не смог. Тем более что наступил поздний вечер и сейчас на улице постепенно темнело.

«Украли, суки! Видно, кто-то из этих пятерых недобитков. В любом случае, пора сматываться отсюда, только сначала нужно Илью найти. Кстати, куда он подевался?»

Проще всего было бы позвонить Стукалову. Но Валерка не взял с собой мобильник, рассчитывая купить новый уже на новом месте. А без мобильника он не помнил и номер Ильи. Правда, в пятницу они обменивались номерами, когда бухали, но Валерка вовсе не собирался заучивать его номер наизусть. То есть, даже если бы он нашёл где-то мобильник, позвонить Илье он бы всё равно не смог.

«Надо для начала вернуться туда, где я его видел последний раз. Там ещё лежали нокаутированные злодеи. Интересно, они оклемались или нет? Что-то долго никто из них меня не беспокоит... хотя это и хорошо, меньше проблем...»

Валерка направился к месту сражения с пятью бандитами. В принципе, оно было недалеко. Постоянно осматриваясь по сторонам и прислушиваясь – враги могли поджидать его на каждом шагу! – он без проблем добрался до этого места.

Ильи там не оказалось. Зато, как ни удивительно, все пятеро злодеев по-прежнему валялись в нокауте. Хоть бы один очнулся.

«Вот это да! Ну и молодец я – уж вырубил так вырубил! Но где же Илья?»

Валерка набрал воздуха в лёгкие и хотел громко проорать: «Илья, иди сюда! Опасности больше нет!» Но в последний момент он заметил такое, что потерял дар речи.

Пятеро бандитов были мертвы. Они валялись в лужах собственной крови: судя по всему, их буквально истыкали каким-то холодным оружием. Каждый из них получил множественные ранения в туловище. Валерка не видел этого издали, так как на улице темнело, но, приблизившись, разглядел всё достаточно хорошо.

Он снова осмотрелся по сторонам – вокруг никого не было.

«Что это значит?!!»

Рассуждая чисто теоретически, он мог бы предположить, что Илья Стукалов вернулся на поле боя, раздобыв где-то нож; увидел пятерых бандитов в беспомощном состоянии (то есть в отключке) и, пользуясь случаем, перерезал их всех. Но от этой мысли Валерка отмахнулся сразу, хотя именно она первым делом пришла ему в голову.

«Ну и фантазия у меня. Да он же «ботаник», отличник-зубрила! Замочить пять человек, да ещё холодным оружием? Да ещё с особой жестокостью??? Ну нет, этого не может быть, потому что не может быть никогда! Нужно придумать что-нибудь поумнее».

Но если не Стукалов это сделал, то кто?

Хотя сегодня Валерка не встречал здесь никого из посторонних – только Илью и банду Алексея Павловича – но, в принципе, посторонние могли тут оказаться. Какие-нибудь туристы. И что? Туристы увидели пять человек, находящихся в отключке, и добили их ножами, вместо того, чтобы оказать первую помощь?

И вдруг Валерка вспомнил одну фразу, которую произнёс Алексей Павлович в самом начале сегодняшней разборки.

«Валерий Петрович! Какая неожиданная встреча!»

Тогда он расценил эту фразу как издевательство. Но что, если её надо было воспринимать именно в буквальном смысле? Алексей Павлович НЕ ОЖИДАЛ его тут встретить!

«Не ожидал? Тогда почему он здесь оказался? Если он не ожидал встретить меня – что ему вообще тут понадобилось?»

Валерка задумался. Несколько минут он пытался реконструировать картину происшествия, и наконец ему в голову пришла любопытная мысль.

«Так! Значит, он не ожидал встретить меня. А что, если он ожидал встретить... кого-то другого? Может, это была «стрелка» с участием другой бандитской группировки?»

Вот теперь всё встало на свои места. Алексей Павлович и его пацаны хотели встретиться в «Бутылочном горлышке» с другой бандой. На свою беду, Валерка и Илья оказались в том же месте в то же время... точнее, чуть раньше. Началась драка, Валерка вырубил пятерых злодеев, а потом сюда явилась вторая банда. Увидев пятерых нокаутированных, они, недолго думая, их добили.

«Логика железная, не подкопаешься. Только ничего хорошего в этом нет. Это значит, что по «Бутылочному горлышку» шляется ещё одна банда. Может, они уже порешили Илью! Стоп, а как они сюда попали, это же место достаточно удалённое?»

На последний вопрос Валерка нашёл ответ сразу: учитывая, что их передвижение по лесу (в отличие от передвижения банды Алексея Павловича) оказалось совершенно бесшумным, они, скорее всего, использовали велосипеды. Возможно, электрические велосипеды, это ещё лучше.

«Какие будут предположения насчёт этой второй банды? Конечно, я не криминалист, но они полные отморозки. Причём отморозки неквалифицированные, дилетанты. Это видно по манере убийства. Численность банды неизвестна, но Алексей Павлович, наверно, не считал их серьёзными противниками: ведь его пацаны не взяли на разборку огнестрельное оружие. Пистолеты были только у самого Алексея Павловича. В общем, судя по всему, это какой-то оборзевший молодняк. Потом они украли у меня из-под носа пистолет и, наверно, уписались от радости, не зная, что стрелять он не будет...»

Сейчас Валерка с огромным удовольствием сбежал бы отсюда. Но он не мог бросить Илью! С другой стороны, на улице уже так стемнело, что полноценные поиски Стукалова можно было начинать только завтра.

Валерка чувствовал голод и особенно жажду. Впрочем, пить ему хотелось, наверно, в основном из-за того, что он остался без термоса. Дальше по маршруту, за пределами «Бутылочного горлышка», протекал ручей, но до него ещё нужно было пройти несколько километров. У Валерки возникла идея обыскать покойников – вдруг у них с собой есть какие-нибудь напитки – но он побрезговал этим заниматься. Пить воду из болота он тоже побрезговал, тем более, что в болоте можно было и утонуть.

«Да ладно, не так уж мне пить хочется. Чёрт, куда же теперь податься? Хорошенькое дельце: ночевать по соседству с бандой отморозков!»

Валерка вспомнил, что теоретически ему грозит и ещё одна опасность. Алексея Павловича с его пацанами привезли сюда на каких-то транспортных средствах, и эти транспортные средства могут приехать второй раз – чтобы забрать их назад. Забирать, конечно, уже некого, разве что трупы, но дело в другом: нельзя попадаться на глаза водителям.

«Впрочем, – сообразил Валерка, – я всё равно услышу их как минимум за версту. И легко успею спрятаться».

Заночевать он решил в том же самом укрытии, где готовил засаду на Алексея Павловича. Удобное место, да и со спины никто не нападёт.

Спрятавшись там, Валерка достал из рюкзака шапку-бейсболку и надел на голову. Затем вытащил универсальное средство от клещей и комаров и побрызгался как следует. Наконец нашёл бутерброды с котлетами и съел два из них. Действовать приходилось уже на ощупь (из-за темноты), но он знал, что где сложено.

Потом он закрыл рюкзак и задумался. Мысли перескакивали с одной темы на другую.

«А всё-таки: может, Алексей Павлович приехал сюда именно за мной? Рассмотрим этот вариант. Если так, то он должен был организовать за мной наблюдение, и когда я утром вышел из дома с рюкзаком, ему сразу об этом сообщили. И он устроил погоню. Вероятно, меня всю дорогу «пасли»: когда я ехал на автобусах, когда шёл по лесу… хотя нет, по лесу «пасти» не обязательно, там всего одна дорога. Но пока я ехал на автобусах, за мной точно должны были следить. Возможно, кто-то следовал сзади на машине или на мотоцикле. Может быть, наблюдатели меняли друг друга, чтобы я их не заметил. Ещё они могли прицепить мне на одежду маячок… Так, стоп, это уже какой-то шпионский боевик получается. Самому-то не смешно?

Нет, не смешно. Не знаю, насколько сильно их напрягал мой долг в тринадцать миллионов рублей, но, кроме того, я ещё успел обхамить самого Алексея Павловича! И в глаза, и за глаза, и жалобы на него писал… Если он меня персонально возненавидел, тогда всё может быть. Но кто же тогда убил пять человек?! Илья не мог этого сделать. Тут есть кто-то другой.

Кстати: а что, если мне отменить бегство и спокойно вернуться домой? Я же ликвидировал Алексея Павловича, значит, я больше никому ничего не должен!

Нет, не всё так просто. Во-первых, теперь на мне висит его убийство. Во-вторых, неизвестно, какие подельники были у Алексея Павловича и остались после него. Да может, он в своей банде даже не главный! А если за меня возьмётся кто-то ещё более главный – я вообще пожалею, что рыпался.

Завтра буду искать Илью, но больше одного дня на поиски тратить нельзя. Тут кругом опасности, да и продовольствия у меня мало, а питья просто нет. А если он утонул в болоте, то найти его невозможно в принципе. Так что… один день, и я по-любому отсюда сваливаю…»

Постепенно ему захотелось спать. Он страшно устал и физически, и особенно психологически. Организму требовался отдых, и Валерка, не выдержав, провалился в сон...


ГЛАВА 10

БАХ!!!

Он услышал выстрел и тут же проснулся.

«Что это?!! Где это?!!»

Валерка сжался в своём укрытии и пристально вглядывался в темноту перед собой, ожидая появления врагов. Впрочем, они не появлялись, да и вообще он ничего толком не мог разглядеть.

«А может, приснилось?»

Да нет, вряд ли. Явно посторонний звук. Правда, непонятно, с какой стороны и насколько далеко.

На память ему пришёл рассказ Роберта Говарда «Голуби из преисподней». Хотя там, вдобавок ко всему, действовали ещё и потусторонние силы, но общая атмосфера примерно соответствовала.

«Значит, неподалёку отсюда расположился как минимум один злодей с пистолетом, – стал дедуктировать Валерка. – Кстати... а ведь это может оказаться пушка Алексея Павловича, которую у меня украли. Его первый пистолет имел автоматический идентификатор по отпечатку пальца, поэтому я не мог из него стрелять. Но что, если второй пистолет не имеет такого идентификатора? Тогда из него может стрелять кто угодно!

Его обойма, как я посчитал в прошлый раз, состоит из двенадцати патронов. Алексей Павлович зарядил новую обойму и один раз выстрелил, осталось одиннадцать. Сейчас – если, конечно, это тот пистолет – кто-то выстрелил ещё раз. Осталось десять.

Даже не представляю, что сейчас переживает Стукалов, если он находится где-нибудь неподалёку. С его нервами он уже вполне мог свихнуться. Как только чуть-чуть рассветёт, начну его искать. Надо срочно забирать его и сваливать отсюда.

Где же он прячется? Конечно, если он утонул в болоте или хотя бы просто ушёл за границы «Бутылочного горлышка» – искать его бесполезно. Эти варианты можно вообще не рассматривать.

Когда я удирал от Алексея Павловича, Илья мне на глаза не попадался. Значит, логично предположить, что он, скорее всего, скрылся в противоположном направлении. То есть, я бежал к выходу из «Бутылочного горлышка», а он, наоборот, ко входу.

Там я и начну поиски. Прочешу всё «Бутылочное горлышко» от начала до конца. Одного дня мне на это должно хватить...»

Его глаза постепенно привыкли к темноте, а через некоторое время Валерка заметил, что приближается рассвет. Подождав ещё немного, чтобы видимость стала получше, он вылез из своего укрытия и, по-прежнему с рюкзаком за спиной, отправился на поиски. Он зашагал вдоль болота, двигаясь к началу «Бутылочного горлышка».

Прежде всего он добрался до места, где лежали пять трупов. И вдруг случилось такое, что его чуть было не хватил инфаркт. Едва он успел пройти мимо покойников, как прямо у него за спиной на бешеной громкости вжарила музыка!!!

Валерка, ничего не понимая, в панике метнулся в сторону, пробежал несколько метров и спрятался за деревом. Потом очень осторожно выглянул оттуда.

Оказалось, это сработал мобильник в кармане одного из бандитов. Теперь он издавал полифонический музыкальный сигнал в стиле русского шансона.

Валерка, от избытка чувств, несколько раз подряд перекрестился, сопровождая эти жесты нецензурной руганью вполголоса. Затем вышел из-за дерева и хотел отключить мобильник, но остановился на полдороге, вовремя сообразив, что тем самым выдаст себя.

«Да и хрен с ним – пусть дальше играет».

Для храбрости он даже негромко подпел вслух, в такт музыке:

– Ты зашухарила... всю нашу «малину»...

Но тут мобильник наконец-то заткнулся. Валерка, естественно, тоже замолчал и двинулся в прежнем направлении.

Вскоре он заметил впереди высокий шалаш треугольной формы. Это его очень заинтересовало. Вообще-то Валерка видел этот шалаш и вчера, во время погони, но тогда он никакого интереса не представлял. Теперь же логично было предположить, что именно здесь могли заночевать или Стукалов, или неведомые злодеи из второй группировки.

Валерка приближался к шалашу крайне осторожно, стараясь всё время укрываться за деревьями и переходя от одного из них к другому.

«Довольно большое сооружение – не исключено, что внутри целая банда засела. Размеры-то позволяют. А может, именно здесь и стреляли, когда я проснулся? Расстояние от шалаша до моего укрытия, наверно, метров четыреста. Хотя, даже если этот стрелок сейчас находится в шалаше, пальнуть он мог и в другом месте: сколько времени уже прошло...»

Наконец он остановился за ближайшим к шалашу толстым деревом.

«Надо бесшумно подкрасться туда и заглянуть внутрь. Снимать рюкзак или нет? Если надо бесшумно подкрасться, то лучше, конечно, без рюкзака, но если потом придётся удирать от вооружённой банды, то лучше сразу иметь рюкзак на спине... Чёрт, если бы не Стукалов, я бы давно свалил уже отсюда!! Только из-за него этой хернёй занимаюсь...»

И тут произошло нечто, положившее конец его размышлениям. Валерка услышал, как со стороны (а скорее всего, изнутри) шалаша кто-то громко фыркнул.

Это позволило отбросить сразу два предположения: первое – что там никого нет, и второе – что там кто-то есть, но он спит. Оставалось третье – что там кто-то есть и к нему вряд ли удастся подойти незамеченным.

«Пятьдесят на пятьдесят: или там Стукалов, или нет. Всё, достали меня уже эти прятки. Надо на что-то решаться».

– Илья, ты здесь? Это я, Валерка. Если это ты – выходи! Все опасности кончились!

Последнюю фразу он произнёс исключительно для того, чтобы успокоить товарища. Хотя Илья, конечно, должен был узнать его и по голосу.

Молчание.

«Значит, не Илья. Бандиты!»

Валерка снял рюкзак и опустил на землю. Пройти мимо шалаша и оставить врагов у себя за спиной было бы глупо. Сваливать отсюда, бросив поиски Стукалова, он тоже не собирался.

«Ну... рискнём!»

Шалаш стоял метрах в пятнадцати, и вход в него располагался почти что напротив Валерки, немного справа.

Без рюкзака, налегке, Валерка выскочил из-за дерева и зигзагом побежал к шалашу.

Из входного проёма высунулась рука с пистолетом.

Бах!

«Ох ты, чёрт!!»

Пуля просвистела справа. Валерка нёсся вперёд: останавливаться или драпать было уже поздно.

Бах!

К счастью, стрелок не смог быстро приноровиться к его зигзагообразным передвижениям. Пуля просвистела слева. Валерка подскочил ко входу в шалаш, перехватил руку с пистолетом и отвернул оружие в сторону от себя.

Бах!

Пуля улетела вправо. Мощным рывком Валерка выдернул пистолет. Противник тут же убрал руку и, вероятно, забился подальше в шалаш, но бежать ему оказалось некуда – вряд ли в этом строении был предусмотрен запасной выход. Завладев оружием, Валерка направил его внутрь шалаша и стал давить на курок.

Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! Бах!

Патроны кончились.

Конечно, он стрелял не в одно и то же место, а стремился нашпиговать пулями всё пространство внутри шалаша. Ведь он не знал, сколько там бандитов и чем ещё они вооружены. Где-то после пятого выстрела из шалаша донёсся громкий стон, за которым последовал шум падающего тела.

Потом наступила тишина.

Израсходовав все патроны, Валерка убрал пистолет в карман и взял небольшую паузу: он опасался, что в шалаше ещё кто-то уцелел и готовится напасть на него. Поэтому около двадцати секунд он стоял у входа, оглядываясь по сторонам (к бандитам могло подойти подкрепление снаружи). Наконец осторожно заглянул в шалаш…


ГЛАВА ПОСЛЕДНЯЯ

Валерка увидел в шалаше одного-единственного человека – и, рассмотрев его, похолодел от ужаса. Это был Илья Стукалов!!!

«... твою мать, что же я наделал?! Но почему он в меня стрелял?! Да как это вообще такое получилось??!»

Стукалов молча лежал на спине и не шевелился. Валерка подскочил к нему. Илья был ранен в грудь, но дышал. В правой руке он сжимал нож, который Валерка на всякий случай аккуратно отобрал у него, повертел в руках и обнаружил, что нож складной. И, сложив его, сунул к себе в карман.

– Слушай, я не нарочно, честное слово... Я думал, тут бандиты засели! Где твой мобильник, надо «Скорую» вызвать...

– Да какая там «Скорая»... – слабым, но удивительно спокойным голосом произнёс Илья. – Всё уже, не поможет мне «Скорая»... метко стреляешь. Слушай, что я скажу...

Говорил он негромко, но чётко, уверенно и без всяких эмоций, время от времени останавливаясь и делая маленькие передышки.

– Я ненавидел тебя со школы. Сначала я тебе завидовал: ты был и сильный, и умный, а я только умный. Ты мог бы учиться не хуже, чем я... если б не твоё раздолбайство. Но это мелочи. А вот когда ты увёл у меня Настю, я тебя реально возненавидел на всю жизнь...

От этих признаний Валерка охренел до такой степени, что, забыв о тяжёлом состоянии Ильи, заговорил с ним на повышенных тонах.

– Ты что, совсем дурак??! Ты хоть понимаешь, что все мои проблемы начались из-за неё?! Да ты мне «спасибо» должен сказать, идиот несчастный!!

– А это неважно. Главное, что ты её увёл... Когда я увидел тебя в пятницу, я по твоей роже понял, что у тебя большие проблемы, и решил расспросить поподробнее – мне было очень приятно слушать про твои проблемы. Но когда ты сказал, что имеешь поддельные документы и хочешь исчезнуть, я подумал: а что, если тебя убить? Ночью, в лесу, угостить ножом в спину... и оставить с поддельными документами, а настоящие забрать и уничтожить. Тебя бы даже никто не опознал...

Стукалов ошибся в одной детали: настоящие документы Валерка не взял с собой. Впрочем, это было несущественно.

– Мне и в голову не приходило, что эти уроды выследят тебя прямо в лесу... зачем я сюда попёрся, не надо было им мешать. А теперь, получается, я тебя спас...

Валерка даже задохнулся от возмущения.

«Во молодец: он меня, оказывается, спас! Какая наглость!!»

– Ну и этих пятерых я прирезал... я-то ведь никуда бежать не собирался... а они могли найти меня в городе и прессануть. Вынужденная мера... А потом я пошёл за вами с Алексеем Павловичем... и увидел, что он валяется уже мёртвый, а ты лазаешь по болоту... Мне попался на глаза его пистолет... я спрятался, и, пока ты тащил покойника в болото, я свистнул пушку... Ночью решил проверить, как она стреляет... Жаль, не получилось тебя завалить...

Он взял передышку побольше.

В полной растерянности Валерка спросил:

– Ну... и что мне теперь с тобой делать... после твоего рассказа?

Стукалов беззвучно засмеялся.

– «Что делать»... Ты уже всё сделал... Повезло тебе, Колобок... и от дедушки ушёл... и от бабушки... ушёл...

Он замолчал – на этот раз насовсем.

Валерка, вконец обалдевший, выскочил из шалаша. Остановившись на улице, он схватился за голову, не в силах осмыслить услышанное.

«Спокойствие... только спокойствие. Осмысливать будем потом. Сейчас надо решить несколько важных вопросов. По порядку. Первое: найти мой рюкзак».

Валерка побежал за рюкзаком и, взвалив его на спину, вернулся в шалаш.

«Второе: посмотреть, нет ли у него питья – жажда мучает сильно».

Рюкзак Ильи стоял в шалаше. Обыскав его, Валерка нашёл две литровых ёмкости с апельсиновым соком. Одна из них оказалась заполнена примерно на треть, и он выдул подчистую всё, что там было. Вторую, похоже, Илья ещё не открывал. Валерка пока тоже не стал её открывать и сложил обе ёмкости в свой рюкзак. Пустая, конечно, была ему не нужна, но Валерку беспокоило, что он оставил на ней отпечатки пальцев.

«Да, лучше её с собой унести. Третье: я вчера купался в озере, а он присматривал за моими вещами. Раз уж он хотел меня убить – нужно проверить, не украл ли он чего-нибудь. Я и тогда проверил, но надо тщательней...»

Выйдя из шалаша (там было темновато), он стал исследовать свой рюкзак и все карманы. Некоторые карманы Валерка специально зашивал перед началом похода – и теперь ему достаточно было поглядеть, не вскрыты ли они, не нарушены ли швы.

Как выяснилось, из рюкзака ничего не пропало, из карманов тоже. Правда, запасная одежда в рюкзаке пострадала от пули Алексея Павловича. Нашлась даже сама пуля. Валерка переложил её в карман, чтобы выкинуть по дороге.

«Самое главное – все документы и деньги на месте. Четвёртое: надо избавиться от трупа. Если его найдут, его смерть обязательно свяжут со мной, и, как и в случае с Алексеем Павловичем, мне будет очень трудно доказать, что я действовал в рамках самообороны... Значит, он должен исчезнуть!»

Внезапно полёт его мысли остановила серьёзная морально-этическая проблема.

«Выходит, родственники Ильи никогда не узнают, что с ним случилось? И будут считать его пропавшим без вести?»

Валерка задумался над этим вопросом, но ненадолго. Конечно, он был знаком с родителями Стукалова и прекрасно понимал, сколько горя им причинит, однако...

«Из всех зол надо выбирать наименьшее. Ну, расскажу я им правду – и что, лучше от этого станет? Да ни фига подобного: тогда ведь придётся рассказать, как он пытался убить меня! Они-то его хорошим парнем считают, а тут... Это не говоря о том, что меня наверняка посадят за его убийство. Нет уж, пусть он станет пропавшим без вести».

Валерка подошёл к болоту, прикидывая, куда спрятать труп. Открытой трясины поблизости, кажется, не было. По сути, он выбирал из двух вариантов: или тащить Стукалова туда, где покоился Алексей Павлович, или искать топкое место здесь. Валерка чувствовал, что второй вариант ему нравится гораздо меньше. Нервы его были на пределе после всех пережитых приключений и шокирующих открытий. И он очень боялся утонуть в болоте.

«Значит, предстоит либо заняться переноской тяжестей на дальние расстояния, либо рискнуть. Нет уж, рисковать я больше не хочу, лучше тяжести потаскаю. Одно подходящее место я вчера нашёл, им и буду пользоваться. Стукалов лёгкий, да и тащить его придётся всего-то метров четыреста...»

Конечно, расстояние он прикинул очень приблизительно, так как не имел времени измерить его точно. Нет, меньше четырёхсот метров здесь быть никак не могло. А вот больше – запросто.

Он вытащил труп из шалаша, затем вынес оттуда рюкзак Ильи. Труп Валерка взгромоздил на плечи поверх своего рюкзака, а потом подхватил правой рукой ещё и рюкзак Ильи. Лень было сюда возвращаться – хотелось унести всё сразу.

«Ничего-о... дотащу!»

Стукалов весил немного, килограммов шестьдесят – шестьдесят два. Рюкзаки, конечно, были тяжёлые, особенно Валеркин, но за время путешествия они заметно полегчали из-за съеденных продуктов и израсходованных напитков. В общем, нормально, нести можно. Правда, приходилось выбирать себе дорогу, чтобы труп не цеплялся за деревья.

Аккуратно обходя пятерых мёртвых бандитов, Валерка неожиданно сообразил:

«Так ведь это же убийство, совершённое в состоянии аффекта! И как я сразу-то не просёк! Тогда бы я понял, что это наверняка дело рук Ильи!»

Да, именно так – убийство в состоянии аффекта. Впрочем, он ведь не был профессиональным криминалистом, поэтому сначала и не разобрался, что к чему.

И ещё ему пришло в голову, что Стукалов его действительно спас. Это не было бессовестным хвастовством, как могло показаться. Разумеется, Илья не умел драться и не смог бы противостоять бандитам даже один на один, но очень хорошо отвлекал их на себя, спасаясь бегством по лесу. Только благодаря этому Валерка сумел разбить их по частям – в одиночку у него бы ничего не вышло. Не говоря уже о том, что Стукалов, совершив убийство пятерых злодеев, избавил его от огромных проблем. Сам Валерка не смог бы такое учинить...

«Но, с другой стороны, – продолжал он дедуктировать, – точно так же и бандиты помешали Стукалову убрать меня. Он придумал стопроцентно надёжный план, против которого я был бессилен: уж конечно, я не ожидал от него удара в спину. Но из-за нападения бандитов у него сдали нервы, и вместо того, чтобы реализовать свой первоначальный план, он в состоянии аффекта начал делать одну глупость за другой. Вот нахрена ему вообще понадобилась эта пушка, например?

Короче говоря, – мысленно подытожил Валерка, – каждое покушение по отдельности должно было увенчаться успехом, но в результате киллеры сорвали планы друг друга. Как это называется... минус на минус даёт плюс, или что-то типа того».

Он вышел на поляну, между делом отметив, что тащить Стукалова пришлось не четыреста метров, а, кажется, все пятьсот. Впрочем, и эта оценка была весьма приблизительной.

Остановившись у опасного «окна», границу которого он запомнил довольно точно, Валерка швырнул в трясину сначала рюкзак Стукалова, потом его самого, потом пистолет, нож и даже пулю, найденную в своём рюкзаке. Чем меньше останется следов, тем лучше.

И вдруг он вспомнил:

«Ну а те пятеро? Ведь они приехали, чтобы охотиться на меня, никакой другой банды тут не было. Значит, их убийство тоже будут связывать со мной. Хотя уж здесь-то я точно не виноват, но поди докажи... Значит, и они должны исчезнуть. Отправлю их сюда же!»

Вот это была не слишком умная идея. Да, тех пятерых не требовалось тащить так далеко, как Илью, но и они лежали больше чем в двухстах метрах отсюда. Вдобавок они были здоровые ребята, гораздо тяжелее Стукалова. Вдобавок их было пятеро. Но – сработала инерция мышления: зачем ещё что-то изобретать, когда всё давно придумано? И, главное, искать топкое место поближе Валерка очень не хотел – острых ощущений он и так пережил достаточно.

Этих пятерых он уже не пытался поднимать и носить. Тащил по земле волоком, за руки или за ноги, не снимая своего рюкзака. Каждого из покойников по очереди перемещал на небольшое расстояние, потом шёл за следующим. Чисто психологически это было лучше всего: создавалось впечатление, что он очень быстро работает. Не тащить один труп до самой трясины, а перетаскивать всех пятерых шагов на пятнадцать, потом ещё на пятнадцать, и так далее.

Когда работа была в самом разгаре, Валерке внезапно пришло в голову, что за этим делом его, не дай бог, могут заметить посторонние. Конечно, люди тут появлялись крайне редко в силу удалённости и труднодоступности «Бутылочного горлышка», но всё же иногда появлялись: кто-то ведь построил здесь шалаш, например. И если, по закону подлости, прямо сейчас сюда нагрянут какие-нибудь туристы...

Он вздрогнул и, стараясь об этом не думать, продолжал таскать мертвецов. Вдруг у одного из них зазвонил в кармане мобильник. Валерка сейчас тащил другого покойника, но сигнал был громкий и чрезвычайно раздражал. Тогда он всё бросил, подошёл, достал мобильник из кармана трупа и, не отключая, с размаху зашвырнул его в болото как можно дальше. Потом продолжил свою работу.

«Эх, посадить бы вас при жизни на диету, сволочи паршивые... Правда, я и сам вешу примерно столько же... Ладно, буду худеть, когда состарюсь, чтоб меня хоронить было проще».

Наконец все пять трупов оказались вытащены на поляну и разложены там. Валерка, обрадовавшись, удвоил усилия. Сбросив рюкзак, он хватал покойников за ноги и по очереди перемещал в болото.

Естественно, сразу они не утонули, пришлось им помочь. Валерка побежал в лес, выломал там сухое деревце подлиннее и этим деревцем стал заталкивать мертвецов в трясину, находясь на безопасном расстоянии от неё.

Когда последняя выступающая часть тела надёжно скрылась из виду, Валерка перехватил свой вспомогательный шест, как копьё, забросил его в болото подальше от берега и выскочил на поляну. Расслабляться было ещё не время: он понимал, что вскоре начнутся поиски Алексея Павловича. Поэтому следовало как можно быстрее свалить отсюда.

Валерка нацепил рюкзак и трусцой побежал к выходу из «Бутылочного горлышка».

«Кое-что, конечно, осталось, – размышлял он на бегу, – и кровь, и пули, и гильзы... может, и ещё что-нибудь. Кровь хотя бы дождём смоет – да и то, пока никакого дождя не намечается – а пули-гильзы следствие, скорее всего, найдёт. Но тут уж такое дело... как говорится, лучшее – враг хорошего. Некогда мне больше заниматься уборкой: главное, чтоб меня самого не поймали».

Там, где заканчивалось «Бутылочное горлышко», он увидел чётко различимые следы разворота четырёхколёсного транспортного средства. Дальше тропинка, из-за отпечатков шин, сильно расширялась.

«Похоже, тут был задействован один квадроцикл. Судя по количеству злодеев, это квадроцикл, рассчитанный на четверых. Трое пассажиров и шофёр. Приехали, пассажиры вышли, а шофёр уехал назад. Вероятно, и с другой стороны «Бутылочного горлышка» можно увидеть то же самое. Трое высадились здесь, трое – там, и взяли нас в клещи...»

Пробежав ещё минут пять, Валерка наконец устал и решил передохнуть. Тем более, ему надо было срочно кое-что проверить. Он свернул вправо, в лес, отошёл метров на сто пятьдесят, чтобы его не видели с тропинки, и стал изучать свои вещи на предмет наличия маячков, по которым его могли отследить. Он вполне допускал, что кто-то из подчинённых Алексея Павловича тайно прицепил ему такой маячок.

Сперва он внимательно осмотрел рюкзак – вроде бы ничего. Потом принялся за разгрузочный жилет. Шапку-бейсболку проверять не стал: она вчера лежала в рюкзаке, и Валерка надел её только ночью, когда и Алексей Павлович, и его пацаны уже отправились на тот свет.

Вроде всё чисто. Остались штаны... нет, ещё носки и обувь. Если, например, маячок прицепили в автобусе, то могли это сделать с выдумкой, с фантазией.

И тут судьба-злодейка преподнесла ему новое испытание. Едва Валерка успел снять обувь и штаны, как со стороны тропинки донёсся рёв двигателей. Сначала еле слышный, а потом всё громче и громче.

«Алексея Павловича искать едут... Твою мать, если у меня есть маячок, то они запросто могут и меня найти!»

Валерка лихорадочно искал маячки, а шум двигателей приближался, и приближался, и приближался... Причём, судя по звуку, на этот раз сюда ехали как минимум два квадроцикла или даже больше.

Он прекратил разглядывать штаны и приготовился их надевать. Если квадроциклы сейчас остановятся, придётся срочно хватать всё и бежать дальше в лес. Правда, там Валерка ни разу не бывал и, соответственно, не знал местности, но другого выхода нет...

Он затаил дыхание и ждал.

По звуку двигателей он определил, что транспортные средства сбросили скорость...

«Нет, нет!!! Только не это!!!»

...но не остановились. Около минуты Валерка стоял ни жив ни мёртв от страха, потом заметил, что шум двигателей, по-прежнему перемещаясь справа налево, начинает медленно удаляться.

«Проехали!!! Пронесло!!! Урра-а-а!!!»

Ещё не до конца веря своему счастью, он завершил обследование штанов и обуви, надел штаны, снял носки и тоже внимательно изучил.

«Ну вот: никаких маячков. И чего я паниковал, спрашивается?»

Вообще-то, Валерка мог их просто не заметить, но старался надеяться на лучшее. Он заулыбался, натянул носки, обувь и направился в сторону тропинки. Вражеских квадроциклов было уже не слышно. Может, они решили прочесать всё «Бутылочное горлышко» и далеко уехали, а может, остановились с выключенными двигателями, чтобы не жечь топливо. Во всяком случае, когда их последний раз было слышно, они явно находились на приличном расстоянии отсюда.

«Ищите, ребята... ищите».

Валерка вышел на тропинку и зашагал по ней. Теперь, благодаря квадроциклам, она по ширине уже напоминала проспект. Сколько же их там? Хотя это неважно, главное, чтобы они обратно не поехали – тогда опять придётся прятаться.

Через некоторое время впереди показался ручей. Валерка подошёл к нему, устроился на берегу и стал отмываться: после вчерашних и сегодняшних приключений он был грязен, как свинья, да ещё весь в крови, своей и чужой. Сняв бейсболку, он вымыл лицо и голову, потом принялся за одежду и в конце концов сумел привести себя в более-менее пристойный вид.

«Ладно, в случае чего всегда можно отовраться. Почувствовал себя плохо, упал в грязь, пошла кровь из носа... Вполне правдоподобно. Хотя, по-моему, я всё отмыл».

Он заглянул в одно из отделений рюкзака, где лежали наручные часы. Валерка уже давным-давно ими не пользовался, проверяя время по мобильнику; но для этого похода ему пришлось купить часы специально, так как мобильник он с собой не взял. К счастью, часы были противоударные: пуля Алексея Павловича не задела их, а всё остальное не могло им повредить, поэтому они работали исправно. Валерка посмотрел время и прокрутил в голове расписание автобуса, на который он собирался сесть. Автобус ходил довольно редко, примерно раз в два часа, и Валерка решил идти с такой скоростью, чтобы поменьше торчать на остановке – там можно было привлечь к себе излишнее внимание. Расписание автобуса он заранее, при подготовке к походу, нашёл в интернете и выучил наизусть.

«Так, надо сбавить скорость, а то приду на остановку с большим запасом по времени. А на предыдущий автобус уже точно не успеть... Идём помедленнее».

Он съел пару бутербродов с сыром (один из них, между прочим, зацепила пуля Алексея Павловича) и двинулся дальше.

Пока непосредственной опасности не было, но Валерка понимал, что ещё может пересечься с кем-нибудь из банды Алексея Павловича или с полицией. Поэтому сохранял бдительность.

Когда до шоссе оставалось километров пять, навстречу проехал велосипедист. Вскоре стали попадаться и другие отдыхающие: они гуляли, катались на великах, сидели у костра... Валерка с удовлетворением отметил, что его внешность, судя по всему, не вызывает ни у кого подозрений.

«Значит, хорошо отмылся... А теперь пора вскрывать карман с новым паспортом».

Он сошёл с дороги в лес, чтоб никто не видел, достал ключи от квартиры и, выбрав среди них наиболее острый, аккуратно разрезал нитку на одном из зашитых карманов. Потом извлёк оттуда паспорт, открыл и рассмотрел.

«Красота! В целости и сохранности. Уж в каких разборках я только ни участвовал, а паспорт ничуть не пострадал. Правда, он вроде и не должен был пострадать, но закон подлости... мало ли что могло случиться. Прощай, Валерий Петрович Гусев – здравствуй, Александр Александрович Серебряков! Главное, самому не перепутать: не хватало ещё спалиться на такой ерунде».

Тщательно рассчитывая время, он пришёл на остановку за несколько минут до автобуса. Автобус оказался не очень заполнен, так что нашлись и свободные сиденья. Он оплатил проезд до самого кольца и устроился на одном из них. И только теперь почувствовал себя в безопасности.

Автобус тронулся и, набирая скорость, повёз его к новой жизни.



Игорь Екимов

Отредактировано: 08.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: