Будь моим палачом

Размер шрифта: - +

Глава 17

Опасаясь новой ссоры, принц поспешил развести своих близких по разным углам.

— Э-э… Папа, если вы закончили обсуждать деловые вопросы, то можно я утащу Юлиану к себе? – попросил он. — С тех пор, как она стала инкатором, мы с ней почти не видимся!

— Забирай ее с глаз моих скорее, пока я не передумал, и вызови к ней врача! – разрешил король. – А ты, Юлиана, с завтрашнего дня в двухнедельном отпуске! Подлечись и отдохни — ты нужна нам с сыном здоровая. Вернешься – расскажешь, кого выбрала себе в помощники! Все, идите отсюда, не мешайте мне злиться!

Принц взял девушку под локоть и быстро повел в свои покои.

— Легко сказать: выбери себе помощника! – расстроено бурчала по дороге она. – Кандидатов всего два и от обоих у меня мурашки по коже! Я, конечно, понимаю, что один их вид будет наводить страх на допрашиваемых, но сработаться у меня с ними точно не получится!

Тони распахнул перед ней дверь комнаты:

— Сейчас мы с тобой все это обсудим! – пообещал он. – Глядишь, что-то и придумаем!

Она остановилась у входа и покачала головой.

— Прости, не в этот раз. Мне не терпится вернуться домой и прийти в себя после этого сумасшедшего дня. Мечтаю поскорей помыться и переодеться, — касаясь загрубевшего от засохшей крови мундира, сказала она.

— Но ты ведь можешь сделать это и здесь! Твоя комната навсегда останется твоей, и в ней есть все необходимое, — попробовал удержать ее Энтони.

Она понимала, что должна принять его приглашение — это самое малое, чем она смогла бы отблагодарить принца за помощь, но оставаться в одних стенах с асакурийцами ей было невыносимо. Да даже без них дворец, со всей своей роскошью, проигрывал ее старому, но такому уютному особняку, при одном мысли о котором девушку укутывало мягким пледом умиротворения.

— Прости, Тони, но я очень хочу домой! — повторила она.

— Разве здесь ты не дома? — огорчился он.

— Нет... С тех пор, как здесь поселились Альбиньи с Морреем — нет. Извини, что расстраиваю тебя в то время, как должна благодарить. Без тебя отец ни за что бы не помиловал Квентина. Мы с ним оба в долгу перед тобой!

— Перестань! — оборвал ее принц. — Мне не нужно от тебя благодарностей. Я хочу лишь одного — чтобы ты была здорова и счастлива. И ради этого я готов скандалить с отцом хоть каждый день!

— Мне так стыдно, что вы поссорились из-за меня, — пробормотала Юлиана. — И за то, что нагрубила Его величеству тоже...

Лицо принца исказилось, а руки сжались в кулаки.

— А мне стыдно за то, что отец с Карминским сделали с тобой! Если бы не их прихоть, ты не стала бы инкатором! Не подвергалась бы ежедневно опасности!

Ты переживаешь, что нагрубила ему, но он нисколько не переживает, что лишил тебя детства, заставил заниматься тем, что тебе глубоко противно и позволил этому извергу Карминскому изломать твою психику! Никогда не прощу ему этого! Им обоим не прощу!

— Тони, не говори так! — ужаснулась Юлиана.

— Почему? Ведь это правда! Не вмешайся отец в твою судьбу, ты бы жила совсем по-другому, куда счастливей, чем сейчас!

— Но я счастлива, — неуверенно проговорила девушка. — Наверное...

— Да ну? — усомнился Энтони. — Когда ты в последний раз была на вечеринке с друзьями? Когда ходила на свидание? Когда загорала и купалась в океане?

С каждым его словом герцогиня все больше и больше мрачнела.

— Когда каталась на лыжах, была в казино или хотя бы в аквапарке, посещала кутюрье? Это ведь нормальный образ жизни для светских дам! Молчишь? Тогда задам вопрос попроще: когда ты могла хоть неделю заниматься тем, что тебе нравится? — не унимался принц.

Юлиана закусила губу и отвернулась, рассматривая завернутую в мраморную тогу статую. Вот зачем он это делает? Зачем ворошит то, о чем она так старается не думать? Черт возьми, зачем он это делает именно сегодня, когда ее нервы похожи на измочаленные, готовые рассыпаться в труху нити?

— Можешь не отвечать, я и сам знаю, что никогда! Тебе даже платья носить некогда, а ведь ты их так любишь...

— Ты сам говорил, что мундир мне к лицу, — тихо ответила Юлиана.

Тони приблизился к ней и с нежностью притянул к себе. Ее щека прижалась к тонко пахнущей лавандой рубашке. Они оба любили этот запах с самого детства. Ее постельное белье тоже всегда так пахнет...

— Прости, сестренка, я не хотел еще больше тебя расстраивать. Просто хотел избавить тебя от чувства вины. Никогда не смей думать, что ты в долгу перед отцом — это он тебе задолжал всю твою загубленную юность.

Он отстранился и натянуто улыбнулся.

— Все, моя лекция окончена, можешь идти домой. Только сперва пообещай, что перед уходом зайдешь к врачу!

— Обещаю...

— Спокойной ночи!

Лба герцогини коснулся мимолетный теплый поцелуй, а в следующий момент Энтони закрыл за собой дверь, предоставляя девушку самой себе.

Она обхватила себя за плечи и побрела по коридору в сторону медицинского кабинета. Из-за слабого здоровья принца во дворце всегда дежурил кто-то из врачей, а обработать ссадины ей и правда не помешает. И обезболивающее тоже неплохо бы взять.

— Я счастлива, я счастлива, — всю дорогу шепотом убеждала она себя, не обращая внимания на вытягивавшихся при ее приближении в струнку караульных. В приглушенном свете ламп их застывшие лица казались масками, а сами они — такими же истуканами, как статуи.

— Не старайся! У тебя эта аффирмация не сработает!

Юлиана вздрогнула от до отвращения знакомого голоса и повернулась. На пьедестале какого-то древнего бога сидел Карминский, почти полностью невидимый из-за его мраморного плаща.



Дэй Лекса

Отредактировано: 03.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться