Будни ребёнка "индиго"

Глава 17

Глава 17-я: "Воздействия"

"У 'индиго' собственное понимание окружающего мира…

— Или, скорей, его полнейшее непонимание".

Скука кругом, липкая, утягивающая в сон скука. Даже, если сама я скучать не умею, очень неприятно ощущается, что все повсюду нескончаемо скучают. Им нечего делать? — Им лучше ничего не делать! Проводить так время, между прочим, настаивают другие. Девчонки со двора смотрят телевизор: "абы глядеть". А про книги — "зачем тебе?" Это всё их мамаши внушают: "Так и положено!" и через дочек-лентяек стараются подсунуть своё мнение: проще целый денёк просидеть на скамье у подъезда, людей обговаривать, семечки лузгая, чем тот самый подъезд потом подмести. Да, я оценила немного так называемых взрослых. Чаще они не умеют, не хотят и не могут найти даже в себе что-то путное. Обманчиво считают всех одинаковыми, им недосуг оглядеться вокруг. Сами равнодушные и нарочно учат равнодушию раннему, да заодно всего бояться, и чтоб бороться за себя отвык с детства. Так будет проще в жизни. 

Ах, эти неповоротливые тётки! В ответ им стоит пока промолчать, иначе точно сглазят. А насчёт стоящих вещей, хоть и житейских, они сами молчок, как в рот воды набравши. Вот и мамуля никогда мне добровольно не расскажет, что такое происходит с девочками, когда они начинают взрослеть. Ей стыдно говорить об этом, как и другим мамкам моих одноклассниц.

— Прочти обо всём в "Энциклопедии семейной жизни". Вон она стоит на полке! — папа всегда делает вид, что спешит на помощь маме.

Конечно! Придётся самой мучиться с невесть откуда взявшимися: потливостью, сонливостью и головокружением, ненужными волосинками, пробивающимися в стыдных местах, и прочими организменными изменениями. Наверное, это они, казусные изменения, делают меня медлительной и безразличной, как остальных одноклассниц. Но им-то, от меня в отличие (плюс Индри, что помешана на математике, и Натали, задумавшую стать врачом) не нужно учиться на "отлично" или стремиться поступать куда-то после школы. Вдобавок, для нас троих есть особо трудная и совершенно непроходимая дисциплина: "физ-ра" называется! Мы так и помечаем в дневниковом расписании уроков — "физ-ра", а не сногсшибательная и опрокидывающая навзничь физкультура, а наш физрук непонятно почему возмущается и дуется. Ну, его!

И так мне не хватает сил, быстроты, настроения, бодрости, которая у всех, как говорят, избыточно бывает по утрам. У папули первого! Но это не про меня. Терпеть не могу просыпаться так рано! Кто всё-таки придумал, чтобы занятия начинались ровно в 8-00? Ненавижу утро! Терпеть не могу дорогу в школу! А там моя головушка уже трещит от обязанности соблюдать усидчивость, сосредоточенность и быть внимательной, чтобы в своём роде послужить примером для остальных. Ещё раздражают обидные реплики одноклассников, застревающие непременными соринками в расписании каждого дня. Как ухитряются эти отставшие по большинству предметов копировать, высмеивать, коверкать мои манеры, а заодно то самое у Индри с Натали? Себе про это лучше не напоминать.

Замечания красными чернилами в моём дневнике, достающиеся от классной руководительницы (она же — географичка по совместительству) и то пристойней выглядят: "На уроке Плаха вертелась по сторонам!" — Хорошо, что не вращалась, учитель географии и не такое придумает! "…глазела в окно!" — А почему и не поглазеть? На проходящих по двору парней из старших классов! "…кидалась на перемене огрызком!" – Ну и что, попала в кого? А надо было! Прицелиться хорошенько и в лоб.

Впрочем, классная решилась написать и самое грозное своё замечание: "Товарищи родители, примите к сведению, что ваша дочь не будет подчиняться нигде, никому, никогда!" Представив себе полный родительский "ой-ё-ёй" по поводу я чуть не со смеху не подавилась. Ну, это хоть интересней будет, а то "после уроков отказалась убирать классный кабинет!" — Ага, и, кстати, подбила на это других: оттого, что кабинет не такой уж и "классный", а душный, пыльный и пустой. Да и не нравится мне убирать за кем-то, особенно в школе. Того хватает, что каждый день учёбы повязывай на шею пионерский галстук, который, как сказано в правилах для пионеров: одного цвета с кровью героев. Или с пламенем революции? Придумают же такое!

Пионерами нас с Индри и Натали объявила ещё Евгеха в середине третьего класса за отличную учебу и примерное поведение, тогда как всех должны были принять только по окончанию начальной школы. И мы, порядком рослые дурищи, выглядели в этих галстуках, как жалкие второгодницы, которых за школьные прегрешения не допустили в средние классы. Над нами потешались одноклассники. "Зубрилки очкастые! Удавки на шеях! Глядите, не задушитесь!" — хихикали про нас троих. Я, конечно, обижалась, ещё как! Я ведь дисциплины не зубрю и совсем не очкастая, как остальные подружки. А в пионеры не очень-то набивалась. Когда-то в первом классе, заболев, пропустила приём в октябрята. Позже мне нацепили на форму остроконечный значок, так я его сразу и потеряла. Вообще, больше люблю хулиганить, чем вести себя примерно, просто мне пока легко учиться, и того вроде, смешно признаться: у меня случались пионерские поступки.

Неплохо, конечно, подсыпать в кормушку крошек птицам или выйдя из магазина с налитою банкой сметаны, крышечку отковырять, а первого подошедшего котяру за шкирку схватить и окунуть туда носом: хлебай, сколько влезет, сегодня я добрая, прямо по-пионерски. Даже дряхлую бабку-каргу можно спокойно сопроводить до аптеки, невзирая на то, что по дороге она доймёт тебя пуще собственной ба-Мари. А вот в одиночку вытащить из глубокой лужи с льдистыми краями провалившуюся туда первоклашку! Пока много кто из школы равнодушно проходил поодаль. Ага, потом это ревущее в голос дитё пришлось отряхивать, утешать и проследить заодно, чтобы оно наверняка отправилось домой, а не лазило дальше по лужам. Уф, тяжела должна быть доля пионерская, если правила те самые, как нужно, соблюдать! А личной ответственности у меня и так хватает, безо всяких  навязываемых со стороны правил.