Будни ребёнка "индиго"

Глава 31

Глава 31-я: "Драма нашего быта"

"I must fight this sickness, find a cure…"*

"The Cure"

Перечислять для себя: то, что люблю, и в дальнейшем смогу для себя пожелать — лучшее лекарство от плохих воспоминаний и снов. Найти бы только это лекарство! Хотя, нет, пока мне нужно отыскать лишь средство, maman сказала бы, что: тонизирующее. Потому как, я ещё не больна тёмным. И не исследую нарочно обратную сторону сущего, похоже, это она давно меня исследует. Изнанка жизни тоже желает узнать, чего я хочу и что люблю. Только ничего из моих интересов не позаимствуешь применительно к будням.

Так, я обожаю неведомо кем исполняемую композицию "When love is the missing word"!* Особенно, когда разворачиваясь разноцветным веером электронных гармоний, звучит она в ночи. И под прозрачную мелодию и голос, трепещущий, словно упаковка дорогого подарка (о том я сама лишь мечтаю), можно грустить и ещё надеяться на подарки от своей судьбы. А когда я слышу "Wonderful life" томного и печального певца, укромно прячущегося за псевдонимом Black, то больше и не нужно ничего: ни слышать, ни знать, кроме того, что life местами всё-таки бывает wonderful!* Также мне нравится запах апельсинов, украшения на новогодней ёлке и время в конце декабря. А-а, вообще, то — любят все! Тогда, вместо поджигания бенгальских огней и хлопушек, предпочту пристально вглядываться в рассыпающиеся искры сварки, представляющиеся мне "иглами Солнца", так могут сделать немногие. И, наверняка, я полюбила б зарываться в снег, не будь сие чревато простудой. Остаётся изредка падать туда, неосторожно на льду поскользнувшись.

О, романтизм зимы! Снежный пир в остановившемся хрустальном мире... Время для кого-то одного, открытого нежности в ветре несущихся дней. Становящийся лиловым в наступлении заката ранний вечер. "Tombe la neige"*, пушистый-пушистый! Я сходила бы с ума по этой песне не в своём сердце, а в эмоциях восторга высказываясь громко, если бы папа вдруг не посчитал всё французское без исключения сентиментальным и приторным. Ну, и эксцентричным заодно. Как тогда готовиться к грядущей олимпиаде, а потом просить каждый месяц кого-нибудь из домочадцев: открывать наш заклинивающий почтовый ящик, где всегда оказываются заложниками присланные мне контрольные задания? Хорошо ещё, программа "Учим французский" показывается по телевизору днём! Так даже Мунк не мешает, потому что часто смотрит аналогичное, только с английским.

Я же люблю танцевать, когда никто не видит, и пытаюсь петь, но лучше не надо. Люблю затяжные дожди в глубоком "скорпионьем" ноябре. Люблю тающий март, когда всё вокруг развезёт, и обожаю грозы меж весной и летом — млею от вкуса озона в тяжкой воздушности. Люблю собирать землянику в лесу, хотя туда попадаю нечасто. Люблю смотреть, когда ребята во дворе запускают мыльные пузыри в таких количествах, что, кажется, это стеклянные шары последних одуванчиков вот-вот рассыплются от дуновения осколочками серых парашютов.

Люблю ходить с маменькой на сельский рынок, но, именно в хвосте августа, за фруктами и букетом красных гладиолусов для папеньки. Двадцатого числа у него день рождения, впрочем, не всегда отмечаемый семейными посиделками. Обожаю тогда же открывающиеся в магазинах "Универмаг" и "Детский мир" школьные базары, куда мы отправляемся все вчетвером за ручками, тетрадками, обложками для них и книг, альбомами, красками, карандашами и за ненавистными формами тоже. Хотя, самый ужас для нас с Мунком там их примерять, а для maman затем бесформенные формы расшивать, ушивать и подгонять под рост или, скорей, на вырост. И всё же… Люблю назло учителям постоянно черкать на тетрадях "остроконечные листья печали"! Моя впечатлительность (она же — впечатляемость) некстати прорывается в рисунках. Хочу я от неё избавиться со временем, а наброски и зарисовки словесные, подобные неловким случайностям, появляющимся от соприкосновения с книгами и музыкой, пусть множатся, наоборот: в геометрической прогрессии.

Вообще, желаю в жизни получить несколько немерено вместительных вещей: сперва записи всех исполнителей пропущенных мною 80-х и видео! Видеоклипы их, конечно, на каких-нибудь стойких носителях, и вряд ли это будут обещанные папулей бобинник с кассетником. Ведь яркие и танцевальные времена у нас здесь попросту украли! Чувствую себя слегка обворованной из-за стоящих фильмов и музыки рок- и поп-групп, с трудом проникающих за почти рухнувший, а с этой стороны, по-прежнему, "железный занавес". Потом, я надеюсь, у нас с Мунком когда-нибудь появится рыжий кот. Большой, полосатый и своенравный. Солнечная подушка на лапах, тигрёнок со своим характером! И в то же время я твёрдо уверена, что найду баланс между теплом и холодом в себе, а заодно гармонию и в окружающей меня сложности. Отыщется согласие меж золотом дождя, зелёной папоротниковою основой на земле, красным Солнышком и звёздной синью в дальней дали. А ещё я думаю, мне в этой жизни суждено стать кем-то значительным. Ну, или выдающимся точно. А может быть, это одно и то же? Но пока действовать избранным путём крайне мешает "бытовуха", которую я не люблю, терпеть не могу, ненавижу!!!

Драма нашего быта — вот как всё называется! Оно же одновременно простое и непростое житейское. Можно, как угодно, переворачивать эти слова на раздражённом от ругательств языке, а понятия в кипящем от проблем сознании. Кажется, ничто не поможет отладить непереносимую, но всепоглощающую бытность, что становится мне отвратительно чуждою, похуже школьной математики. Мнимый порядок, скрывающий хаос. Мнимые старания упрятать своё беспокойство. Нет, это попытки скрыть свою беспомощность! Потому что светлое будущее во всеобщем благе упрямо не наступает. Один на всех тут только дефицит и то не заканчивается никак. А злой капиталистический Запад загнивает и загнивает, загнуться окончательно не может.