Будущее

Лукас

Лукас, как ни странно, сразу поверил, что это я. Меня оставили с ним наедине - якобы, я всегда требовала это раньше. Оборотень ужасно побледнел, когда меня увидел, но потом принюхался, подошел и обнял меня:

- Сэм! Моя Сэм!

Этот мир окончательно спятил.

Я рассказала парню, что со мной случилось. Он вздохнул:

- Значит, ты ничего не знаешь? Сложно тебе будет.

- Я хочу обратно, в свой мир! - жалобно сказала я и неожиданно для самой себя заплакала. - Там моя семья жива! А здесь.... - Я захлебнулась слезами и отвернулась.

-  Это действительно ты, - Лукас погладил меня по плечу, -  единственный раз ты плакала при мне, когда рассказывала о своей семье. Давно это было.... Прости, что я тогда так поступил.

- Я.... Я тебя ведь простила, да? Иначе бы не общалась, -  я вытерла глаза платком, который он мне дал.

Оборотень вздохнул:

- Даже не знаю, что тебе ответить. Видишь ли, все сложно. У тебя была очень нелегкая жизнь, ты даже мне не до конца открывалась.

- С чего бы мне тебе открываться? У меня вроде как муж есть!

Лукас засмеялся:

- Ну да, конечно! Прости, если разочарую, но ты мало что чувствовала к Ремусу. Ты считала его отличным парнем, но тебе было не до него.

- Ты-то откуда знаешь? - возмутилась я. - Почему я рассказывала это тебе, а не Муне и Лейле? Господи! Лейла! Я совсем о ней забыла! Она жива? Ты ее вообще знаешь?

- Знаю, - Лукас замялся, -  но она теперь с тобой не общается…  Ни с кем из нас.

- Она..... А Дейн?

- Они с Дейном сделали выбор не в нашу пользу. Он обратил ее, она рассорилась со своей семьей и уехала вместе с Дейном во Францию.

Я схватилась за голову и застонала:

- Еще и это.... Ну а что не так у меня с Рэмом? Я что, его не люблю?

- Прости, но, по-моему, нет, - осторожно сказал парень. - И вряд ли ты сейчас его полюбишь.

- С чего ты взял?

Не то чтобы я верила его словам, но у меня уже просто ум за разум заходил, и было интересно, что он еще скажет.

- Ремус - наследник очень сильной и древней вампирской семьи. Многие вампиры следуют за ним, и ты решила этим воспользоваться, чтобы у людей появился шанс. Поверь, многие из твоих приближенных знают, что ты ничего к парню не чувствуешь, и согласилась на брак с ним только ради человечества.

- Если ты говоришь правду, то получается, что все знают, что я - шлюха!

- Все почитают тебя за жертву, которую ты сделала ради людей, - убежденно сказал парень. - Правда.... Если честно, у меня иногда возникала мысль, что со мной ты по этой же причине. Самопожертвование всегда было твоим кредо.

- Что? Ты хочешь сказать, что я и с тобой....

Лукас кивнул.

- Чем докажешь? - холодно поинтересовалась я.

- У тебя есть шрам на внутренней стороне бедра, как раз в паховой складке, - не задумываясь, ответил Лукас, - ты получила его в детстве, опрокинула на себя горячий чай и обожглась. Ты все время удивляешься: шрам как от пореза, а на самом деле - ожог.

- Откуда.... Откуда ты знаешь?

- Скажем так: у меня было много возможностей его рассмотреть во всех ракурсах, - пространно ответил Лукас, глядя в сторону и улыбаясь.

Я обвалилась в кресло и закрыла глаза:

- Потрясающе. Вампиры правят миром, мы дружим с оборотнями, ТОЗМС больше не существует, а я шлюха и предводитель восстания. И это не считая того, что моей семьи, - мой голос задрожал, - больше нет, а я каким-то образом оказалась на несколько лет вперед. Скажи, что мне делать? Я почти ничего не знаю, мало что понимаю, и абсолютно не представляю, что делать дальше!

Лукас ненадолго задумался, а потом ответил:

- Ты удивишься, но у меня есть предложение.

Сначала он велел мне отпустить своих сопровождающих:

- Пусть идут, сообщат всем, что глава Самиратов жива, -  сказал он мне, - это быстро соберет всех твоих последователей в городе. А мы пока сменим тебе прическу, но сначала кое-куда съездим.

- Почему ты им сам это не сказал? -  спросила я, когда мы уже ехали в машине.

- Меня бы они не послушали, - хмыкнул оборотень, - после твоей смерти мы остались без  командира. Рэм, конечно, пытался, но его не стали слушать  люди, а ламии вообще распоясались, и заявили, что если бы они хотели плясать под мужскую дудку, то пошли бы за Эрнестом.

- Ламии? С каких пор они хоть с кем-то сотрудничают?

- Ты сумела их уговорить. Ты смогла даже  суккубов и инкубов убедить объединиться и присоединится к самиратам. Все подчиняются тебе -  и не слушают больше никого.

- Как мне это удалось? - пробормотала я.

- Вот тут уж я не знаю, - признался Лукас, - но вряд ли ты там с кем-то переспала - тебе и с Рэмом хватало проблем.

- И с тобой, наверное, тоже,  -  устало вздохнула я. - Странно, что ты не сдружился с остальными моими... Друзьями.

Лукас засмеялся:

- Нет уж, спасибо! Думаешь, я не знаю, как они меня называют? Выродок! Это же надо такое придумать! Иногда они напоминают мне моего отца.

- Креасс.... Он жив? - осторожно спросила я.

Лукас помрачнел и закусил губу:

- Для моего отца люди тоже были скотом, как и для Эрнеста.... Эрнест не терпит конкурентов. Мой отец и брат были убиты вскоре после твоей семьи.

- Мне жаль, - тихо сказала я.