"Царевна" с Петроградской

Font size: - +

Глава VIII

Промчавшись над Амахтонским заливом Охотского моря, самолет миновал прибрежную часть и понесся над бескрайним лесным пейзажем. От волнения у Антонины захватывало дух и пылали щеки, хотя беспощадный северный ветер хлестал пронзающим холодом.

- Ильюша... Ильюша, - витало в одурманенной голове женщины.

Вскоре показался порт магаданской авиации, удобно расположившийся в долине реки близ лениво распластавшихся сопок, припорошенных бледными плешинами снега. Вытянутое вдоль взлетно-посадочной полосы бледно-голубое одноэтажное здание аэропорта соседствовало с административныи и хозяйственными строениями, и техническими ангарами.

Самолет пошел на снижение и, громыхнув о взлетно-посадочную полосу, лихо побежал по грунтовке. Несмотря на утренние часы и относительно хорошую видимость, вспомогательное светосигнальное оборудование замелькало по обеим сторонам, придавая посадке некую торжественность.

Встретившие самолет работники аэропорта жестами направили его к стоянке, где ужеютились несколько самолетов и вертолетов.

- Магадан-тринадцать приветствует гостью из славного града имени Ленина, - шутливо объявила Евгения, вырулив на указанное ей место и заглушив мотор. - От лица командира авиакорабля и всего экипажа, то есть меня лично и только меня, мы благодарим вас, Антонина Николаевна, за то, что вы воспользовались услугами нашей авиакомпании. Погода в городе Магадан умеренно-терпимая, осадков не наблюдается, ветер северный, а другого здесь и не бывает... словом, добро пожаловать!

- Спасибо тебе, Жень, - улыбнулась в ответ Антонина, снимая шлемофон и очки.

- Вылазь, декабристка! Пойдем, позабочусь о тебе в последний раз.

Женщины соскочили на землю и на ходу разминая ноги, неспешно пошли к зданию аэропорта.

- А почему "тринадцать"? - оглядываясь по соторонам, спросила Антонина.

- Ну так.., - пожала плечами Евгения. - Чертовы куличики!

- Правда? - настороженно выдохнула женщина.

- А ты что? Суеверная?

- Не то чтобы очень.., - пробормотала Антонина, но тут же взяла себя в руки. - Я вообще комсомолка и...

- Вот и я шучу, - рассмеялась та. - Тринадцатый километр от города. Хотя и действительно окраина нашей великой страны... У черта на куличиках.

Семеня за уверенно шагающей и громко здоровающейся со всеми Евгенией, Антонина скромно кивала, ловя на себе взгляды сотрудников аэропорта.не сбавляя темпа, женщины вошли в приемную начальника аэропорта.

- Часы приема.., - не поднимая глаз, начала говорить секретарь.

- И для меня? - злорадно ухмыльнулась Евгения.

- Ой, здравствуйте, Евгения Евгеньевна, - заискивающе пролепетала девушка. - Остап Иванович еще не приходил... Хотите чаю?

- Антонина Николаевна? - обернувшись через плечо и по-прежнему строго хмуря брови уточнила Евгения. - Вы не хотите ли чаю?

- Чаю? - расстерянно переспросила та, переводя взгляд то на подругу, то на секретаря.

- Горячего, разумеется, - улыбнувшись лишь уголками губ, скрытно подмигнула женщина.

- Да, спасибо, - согласилась Антонина, все еще не понимая разыгрываемой сцены.

- Клара...

- Валентина, - уточнила секретарь.

- Меняетесь, как перчатки, не упомнишь, - буркнула Евгения. - Вы слышали? Сделайте нам два чая... пожалуйста.

Евгения по-хозяйски толкнула дверь кабинета начальника аэропорта и жестом пригласила Антонину войти. Секретарь замерла с открытым ртом и чайником в руках, но тутже получила многообъясняющий холодный взгляд Евгении.

- Ты же не хочешь предложить гостье из Ленинграда ожидать в приемной? - тихо прошипела она.

- Нет, нет, конечно, - часто закивала девушка. - Проходите, устраивайтесь.

- Вот это дело, - кивнула Евгения и закрыла за собой дверь.

Скинув пилотную куртку на выставленные вдоль стены стулья, Евгения облегченно вздохнула и, пройдя к креслу хозяина кабинета, плюхнулась в него.

- Располагайся, Тонечка! Не стесняйся.

- Но ведь...

- А он сейчас придет, - отмахнулась женщина, опережая вопрос ответом. - Крайне пунктуальный человек. Правда, мы без приглашения... Но мне тут всегда рады.

- А то, что было сейчас... в приемной?

- Что, понравилось? - рассмеялась та. - Я до войны хотела артисткой быть... да вот не задалось. А потом уж поздно было... А то, что ты сейчас видела, скажем, дезинформация сплетен и вынужденная маскировка. Мы ведь с Остапом не расписанны... Да и мое место в его паспорте пока еще занимает совершенно другая женщина.

- Жень! - осуждающе всплеснула руками Антонина.

- Вот только не надо читать мне лекций о моральном облике советского человека. Любовь - она штука такая, ни возрастов, ни чинов не жалует. Амур-тужур, екарный бабай.

В дверь осторожно постучали и та отворилась, впуская секретаря с чайным набором в руках.



Жан Гросс-Толстиков

Edited: 29.07.2017

Add to Library


Complain