Царевна ужей

22

***

- При всём моём к вам уважении, - медленно протянула Владимира, осторожно подбирая слова, - но это… немного подло, не находите?

Святослав лишь устало выдохнул.

- Что именно подлого ты здесь видишь? – бросив взгляд на вожака, категорически отказавшегося оставлять свою пару наедине с царём, дед Акулины хмыкнул. – Ты не забыла, что идея отдать Василису в предгорье была твоей?

- Помню, - спокойно кивнула волчица. – И, не спорю, что-то разумное в вашем предположении есть, но не проще ли рассказать Лине правду? Нет, если вы боитесь её реакции, давайте я, в чём проблема?

Боится! Если бы дело было в страхе!

Святославу пришлось ещё раз, более подробно объяснить Владимире, почему его внучке категорически нельзя соваться в предгорье.

- Я понимаю. Но… морок? - Мира склонила голову на бок. – Разве на Лину он действует?

- Полностью – нет, - признал Святослав. – А вот частично – вполне. Ужи просто слегка изменили её восприятие. Василиса написала ей письмо – внучка этого не забудет. Как и приход к Марьяне. Вот только теперь Акулина будет считать, что в письме сестра ей писала про замужество, но не за царевича, само собой. И если с этого момента Акулине ничего не будет напоминать о Василисе, всё будет хорошо. Поэтому я тебя и прошу не появляться пока в подземном мире. Заметь, не обрубаю доступ, а именно прошу.

- Ваша щедрость не знает границ, - приложив руку к груди, криво улыбнулась Владимира. – А Василеск в курсе?

- Да, - царь поморщился. – Ему пришлось всё рассказать. Недоволен, конечно, но понимает, что так будет лучше.

- Ну, хорошо, - Мира задумалась. – Допустим, я в царство не сунусь. Но что делать, если Лина сама решит навестить меня?

- Не сможет. Я лишил её возможности перехода.

- Сильно, - фыркнула Владимира. – А это у неё вопросов не вызовет?

- Придумаю что-нибудь, - отмахнулся Святослав. – Я вот что ещё хотел у тебя спросить. Скажи, когда ты общалась лично с Василисой, что ты ощущала?

- Хороший вопрос, - Мира задумалась. – Сначала, как только мы с Линой ввалились в квартиру, ещё до нашего прихода в подземный мир…

- С песнями и плясками, - не удержался от шпильки царь, вспоминая орущих частушки русалок.

- С этой проблемой мы с Акулиной справились! – возмутилась волчица.

- Нет, вы их просто прогнали от замка Василеска. Сказать, куда они отправились петь дальше?

- Не надо, - старательно сдерживая смех, Владимира помотала головой. – Так вот, о Василисе. В первую нашу встречу она ощущалась обычным человеком. Даже морок на неё действовал. В лесу, пока мы искали проход и Лина связывалась с ужами – Ваську змейки не приняли. Тут я тоже ничего не заметила, - Мира пожала плечами. – А вот когда я пришла проверить Александра – было две странности. Нет, даже три. Первая – Саша чувствовался сто процентным ужом, хотя змеями был ещё не признан. Вторая – на Василису морок не действовал. И, третья – от неё веяло чем-то, не знаю… - волчица пыталась подобрать слово, но никак не находила определение.

- Противоположным ужам? – подсказал Святослав и Владимира кивнула.

Царь задумчиво повернулся в сторону окна. Всё сходится. И нет ничего удивительного, что сущность внука начала проявляться до встречи с ужами. Вот только, что послужило толчком? И, нужно решить, как точно всё проверить. Предположения – это всё прекрасно, но факты царь любил в разы больше. А если всё окажется именно так… нужно переговорить с хранительницей рода. И Марьяну можно навестить, в конце концов, кому как ни ей знать о Василисе всё. Да, и чего греха таить, соскучился он по дочери. И простил давно.

Кивнув своим мыслям, Святослав попрощался с оборотнями. Его ждал совсем не простой разговор с дочерью.

 

***

С нашего последнего разговора со Всеволодом прошло больше недели. Он всё так же менял мне еду, отпускал к оборотням каждый день, иногда сопровождая. Вот, как сегодня. И, вроде я всё правильно сказала ему, вроде мне не должно быть так противно… а было.

Противно от самой себя. И не то, чтобы я хотела выглядеть в его глазах образцом человеческой нравственности, но избавиться от чувства неправильности происходящего не могла. Кажется, на нервной почве из-за бессмысленных переживаний, даже мёрзнуть стала больше. Уже и саламандра не спасала, хоть и начала ночевать не на подушке, как раньше, а вплотную ко мне, прямо под боком.

Вот и сейчас мы сидели в гостиной у Лены разномастной компанией и молчали. Я думала о вечном, наблюдая, как Кирилл усиленно изображает больного на всю голову альфу для Всеволода. Царевич сидел в кресле напротив, иногда бросая на меня мимолётные взгляды. Руслан с Катериной просто молчали. Катерина была немногословна из-за присутствия царевича – не нравился ей мой муж, если не сказать больше. Руслан же, кажется, впал в ступор. Я мало что поняла, но Всеволод принёс ему какой-то договор с новым переделом земель и горных троп. И вот, после прочтения бумаг, вожак сначала побледнел, потом покраснел, а затем и подписал, но, кажется, сам был в шоке от того, на что подписался. Всеволод, хоть внешне это никак не проявлялось, доволен был, как слон. Как я это понимаю? По глазам. Как? Понятия не имею. Просто знаю и всё.



Лоя Дорских

Отредактировано: 27.04.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться