Царский курган

Размер шрифта: - +

Глава 9. Таинственная девочка

Рони вошла в зал дворцового храма. Ей нравилось здесь. Огромный, синий, украшенный звёздами купол, похожий на ночное небо… Таинственный полумрак светильников… Гулкая тишина сводов… С той поры, как девочка попала к «воронам», её жизнь изменилась. Князю Шагалу понравилась непосредственность и смелость Рони. И теперь девочка, удочерённая сотником Дэном Волинаром, училась в школе при дворце князя. Постигала тайны астрономии, математики, геометрии… Уже второй месяц она жила в Алате.

Рони прошла к мозаичной картине, изображавшей светозарный дворец Теоны, богини солнечного света и матери всего сущего. Ей нравилось смотреть на прекрасный сияющий дворец. Что-то тёплое и щемящее поднималось из глубин её души при виде сверкающих башен дворца. Как-будто когда-то давным-давно девочка уже видела сверкающие от солнечного света стеклянные башни под голубым небом…

«Великая Теона, Матерь всего сущего…» — начала она молитву. Внезапный шум отвлёк девочку. Что-то зашуршало позади, за стеной.

«Крыса, наверное…» — вздрогнула Рони — она боялась крыс.

– Тебя кто-то напугал, Ириша? — Рони не заметила подошедшего князя.

– Нет, князь, там просто крыса шуршит, наверное, — девочка поклонилась Шагалу.

– Можешь не кланяться, Ириша, — Шагал погладил Рони по голове. — Я всё время думаю про тот Храм, где ты прислуживала Дору… Ты видела там хунганских воинов?

– Да, князь. Они проходили туда иногда десятками, иногда сотнями, вместе с сотниками. Дор проводил обряды с зелёными камнями. И они… — Рони было тяжело вспоминать недавние времена. — Они сходили с ума. Они убивали жертвенных животных, рвали их голыми руками! А иногда Дор приводил пленников… Я не смотрела на это. Убегала в долину за храмом…

– Извини, Радуга, — иногда князь называл её так, переводя имя на маргийский. — Я знаю, тебе страшно… Но мне нужно знать о ниматах. Они стали слишком опасны.

***

– Что опять случилось? — Мэйт стоял над траншеей, в которую свалился транспортёр-автомат.

– Очередная поломка! — Ган сплюнул на траву. — Транспортёр пошёл в сторону и… Сами видите! Эта балда опять влезла! — Ган указал на стоявшую в стороне Лейну Руг.

– Лейна!

– Мэйт, транспортёр новый.  Его распечатали вчера, когда я была в Новом Алате, по твоему, кстати, заданию. И приехала час назад, когда транспортёр уже работал. К тому же, я не ремонтирую транспортную технику. Все слышали? Чтобы ко мне вопросов больше не было. Сломался транспортёр — к Кроггу!

– Разберите груз и проверьте, чтобы ничего не пропало.

– Боюсь, что часть находок безвозвратно раздавлена транспортёром, — Дэн покачал головой.

***

Мэйт сидел в штабе, оперевшись локтями на стол и тёр виски. Кто-то организовал крушение контейнера с находками из Главного зала. И кто-то в который раз подставляет Лейну… Вошёл Дэн.

– Всё цело?

– Несколько находок разбито. Две статуэтки, номер двести тридцать семь и двести тридцать восемь по каталогу и плитка с созвездиями, номер пятьсот тридцать два, а также несколько мелких украшений.

– Раздавлены или украдены?

– Не знаю… Осколки мелкие и все перемешаны. Чтобы восстановить, не один месяц понадобится…

– Ладно, что ещё?

– Временщики сделали вылазку — есть результаты.

– Давай. Зови команду.

***

Рида быстро развернула экран и начала доклад.

– Мы запустили робота.  К сожалению, наблюдать встречу к князю с «пришельцем» не удалось, — Рида жестом остановила поднявшегося было с места Станко. — Найти нужный исторический момент сложно. Обычно нам требуется несколько попыток, чтобы, как говорится, «попасть в вилку». Но мы, возможно, наблюдали князя Шагала и Эмельгайне, их беседу в дворцовом храме.

Рида включила проектор. На экране показалось внутреннее помещение Храма Неба. На переднем плане виднелась довольно хорошо проработанная мозаичная картина, изображавшая сверкающие постройки. Больше всего они напоминали пейзаж какого-то футуристического города.

– Можно подумать — панорама Саллейна, — усмехнулся Дэн.

– Или Москвы, — поддакнула Зина.

– Это Дворец Теоны, богини солнечного света. Именно ей посвящён монотеистический культ, распространённый на Эрте и поныне.

Перед картиной стояла девочка лет восьми в зелёном платье с красивой сине-красной вышивкой. Волосы девочки были подстрижены на уровне плеч и схвачены широкой синей лентой на лбу и висках.

– Вот и Эмельгайне.

– Вы уверены, Рида?

– Мы предполагаем…



Михаил Клыков

Отредактировано: 29.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться