Цена его ревности Книга 2

Глава 39. Спор

Едва англичане вышли, Ракеш повернулся к Вике.

– Вызови рабочих. Я буду в переговорной, они мне не помешают. А пока можешь собираться, как только починят кондиционер – поедешь домой собираться.

– Ракеш, оставь ее в покое, – отозвался Санджей. – Ее не переубедить. Не дави, она и так чуть живая. Пусть живет, где хочет.

– Да как ты не понимаешь?! – развернулся к нему Ракеш, но вовремя спохватился, едва не проговорившись о покушении. – Она абсолютно несобрана и неорганизована. Ты что, хочешь предъявить ее своей невесте в таком состоянии? Ты посмотри на нее, – он указал на прошедшую за стойку Вику. – Сегодня она упала в обморок, но едва стало лучше от укола, снова отказывалась есть.

– Я не хочу на нее давить и не хочу, чтобы давил ты, тоже. Если сможешь уговорить, я буду только рад, но не переусердствуй, – закончил Санджей и прошел в свой кабинет.

Не желая ввязываться в пререкания на которые не было сил, Вика сняла телефонную трубку, чтобы вызвать рабочих, а Ракеш, полагая, что разговор закончен, прошел с конференц зал, куда вскоре подошел и ремонтник.

– Извините, меня отправили посмотреть, что с кондиционером, – парень в спецодежде с поклоном обратился к Ракешу, а тот взмахом руки дал понять рабочему, что может приступать, и он нисколько не мешает.

Паренек открутил панель агрегата и обследовал внутренности. Не найдя неисправности, он полез в блок за окном, едва не вываливаясь из окна, но поломки не было и там. Озадаченный, он замер, не понимая в чем дело и почему кондиционер не работает. На всякий случай взял пульт – может, поломка в нем.

– Эй! – возглас паренька привлек внимание Ракеша. – Так здесь же нет батареек! Конечно, он не будет работать.

– Видимо, какой-то кретин достал и не поставил новые, – проворчал Радж. – Поставьте батарейки и, если все работает, можете быть свободны. Ракеш облегченно выдохнул – теперь можно забрать Вику и перевести ее в, бывший свой, а теперь, дом брата.

– Виктория, собирайтесь. Мы уходим, – распорядился Ракеш, подходя к стойке Вики.

Девушка подняла на него вопросительный взгляд.

– Вы забыли? Вы переезжаете в дом Санджея.

– Нет, – ровным тоном, но твердо ответила она.

– Вы не можете не подчиняться моим распоряжениям. Вы на меня работаете, – Ракеш еле сдерживал закипающий гнев, который девчонка пробуждала с особым талантом.

– Увольте меня. Я уже предлагала. Увольте, и с ваших плеч свалится чрезмерный груз заботы о моей персоне. И вы сможете полностью заняться своей жизнью.

– Так ты хочешь, чтобы я тебя уволил? – уточнил он, проигнорировав последнюю часть Викиной речи.

– Хочу, – подтвердила она. Ракеш заметил в ее глазах огонек надежды, и его снова начали накрывать волны ярости из-за поразительного упрямства девчонки, которое даже физическая слабость не способна была сломить.

– Хорошо, – в голосе Раджа слышалась неприкрытая угроза. – Раз ты этого хочешь. Пиши заявление.

Вика смотрела не него широко открыв глаза. Она не верила в то, что слышит – сколько времени продолжалось их ожесточенное противостояние. Сколько раз, она брала себя в руки и, смирив гордость и желание послать всех далеко и надолго, выполняла все, что от нее требовалось, а, как оказалось, свобода была так близко – надо было всего лишь, хоть раз, отказаться выполнить распоряжение Раджа, и он бы ее сразу уволил. Только в самой глубине души что-то перевернулось и начало болезненно ныть. Фантазия уже вовсю рисовала картинки, как Вика уходит из компании, уезжает из страны и больше никогда не видит никого – ни Роя, ни Раджа, ни Майкла, и чем больше было картинок, чем ярче они становились, тем сильнее была боль и тем большее пространство она занимала.

Ракеш наблюдавший за эмоциями, то робкой надежды, то недоверия, то уже явной радости, сменяющимися на лице поганки, все больше и больше приходил в ярость – каких трудов ему стоило притащить сюда упрямицу. Несмотря на всю ее распущенность, он продолжал держать себя в рамках, не позволяя ничего, что она не готова от него принять, а неблагодарная паршивка мечтает только сбежать от него. Куда? К кому? Что за человек, к которому она так стремится, что готова бросить и подругу, и сестру, а его оставить в полной темноте, на самом дне пропасти, куда бросит его своим отъездом.

Ракеш наблюдал, как шариковая ручка порхает над листом бумаги, пока укравшая все его мысли и душу ведьма пишет заявление на увольнение.

– Закончила? – холодно поинтересовался он, когда перо, поставив точку, замерло. – Теперь пиши приказ на вызов Лалит из отпуска – место помощника руководства пустовать не может.

– Ты так не поступишь, – прошептала Вика. – Ты не испортишь медовый месяц кузену.

– Хочешь проверить? – скрывая злость, иронично спросил Ракеш, продолжая внимательно наблюдая за девушкой и стараясь предугадать, что в ней пересилит – жажда свободы или жалость к подруге. – Давай сюда заявление и ты узнаешь, способен я на это или нет.