Цена его ревности Книга 2

Глава 81. Халди

Снова заиграли барабаны, женщины принесли миски, наполненные пастой халди, но Ракеш и здесь столкнулся с непредвиденными осложнениями – как только Вика увидела, что руки чужих женщин тянуться к ней с намереньем прикоснуться испачканными желтой пастой пальцами к лицу, она резко распрямилась и напряглась, наблюдая как приближаются руки, а, когда они оказались совсем близко, с обреченным видом закрыла глаза и закусила нижнюю губу.

– Хватит, остановитесь! – услышала Вика голос Ракеша, и распахнула глаза – он стоял рядом, а испачканной руки женщины уже не было около ее лица.

Ракеш совершенно не понимал в чем проблема, что женщины нанесут на Вику пасту, но фибрами души ощущая ее неприятие и не мог допустить, чтобы его невеста, почти жена, чувствовала хоть незначительный дискомфорт.

– Все хорошо, – сказал он, усаживаясь у ног невесты. – Никто к тебе не прикоснется против твоей воли.

– А ты? – спросила Вика. Она попробовала изобразить ехидную усмешку, но получился лишь жалкий оскал, бритвой полоснувший Раджа по сердцу – как же он ее измучил и что ей еще предстоит пережить.

– Я – почти твой муж, и, как уже сказал, могу прикасаться к тебе, когда захочу, – с этими словами он опустил ладонь в пасту и оставил желтый след на нежных щеках, потом на хрупких плечах, а в довершение нанес пасту и на точеные лодыжки, скользя ладонями и слегка сжимая совершенные формы. – Теперь твоя очередь, – Ракеш взял безжизненную руку Вики, и опустив ее в пасту, так же провел испачканными пальцами по своей щеке.

Вика чувствовала подушечками пальцев колкость успевшей пробиться щетины и тугие мышцы рук, когда Ракеш провел ее ладонью по своему предплечью, и пальцы сами собой впились в теплую кожу. Ракеш, не сводивший глаз с лица Вики, недоуменно посмотрел на ее пальцы, обхватившие его руку, но и сама Вика смотрела туда же с не меньшим удивлением, а потом оба подняли глаза и посмотрели друг на друга. Вспыхнув, Вика, тут же разжала пальцы и попыталась встать.

– Куда? – тут же отреагировал Ракеш.

– Как же я намажу твои ноги? Или ты поставишь их мне на колени?

– Обойдусь, – усмехнулся он и, поднявшись, принес блюдо с нарезанными фруктами. – Смотри представление и ешь, – он протянул наколотый на шпажку кусочек груши.

***

– Дорогая, не переживай из-за дади, – говорила Канти, укладывая волосы Айрин в замысловатую прическу. – Она очень любит своих внуков. После смерти старшего сына они стали смыслом ее жизни, – в ее голосе проскользнула легкая нотка грусти. – И когда убедится, что Санджей счастлив с тобой, то полюбит и тебя. Она любит все, что делает ее внуков счастливыми, – Лалит уже с ней ладит. Правда, дочка? – обратилась она к невестке. Лалит в ответ на вопрос свекрови только что-то невразумительно пробормотала. – Жаль, что ты не застала свою свекровь – мать мальчиков – удивительная была женщина. С очень сильным характером, – продолжала говорить Канти, а Ирина внимательно слушала – Санджей никогда ничего не говорил о своих родителях, а она не решалась спросить, полагая, что, если сочтет необходимым, то расскажет сам; а также была благодарна Канти, что она своим рассказом отвлекает от мыслей об опаздывающей сестре. – Ты чем-то на нее похожа. Нет, не внешне, – сразу же оговорилась Канти, поймав брошенный в зеркало взгляд Айрин. – Характером. Она, наверное, была единственным человеком, к которому прислушивался отец Ракеша и Санджея. Он тоже был очень сильным человеком и своевольным. Если что решит, сделает все, чтобы было именно так, как он решил. Ведь и брак их был не договорным. Отец мальчиков просто сказал отцу и матери на ком хочет жениться и женился, хоть его мама и была против. Подозреваю, что она ревновала сына к невестке – очень он любил свою жену. Но и со свекровью их мама смогла найти общий язык, и, несчитая своего мужа, была почти единственным человеком, который мог перечить дади и настоять на своем. Потом один за другим появились мальчики, и дади просто в них растворилась, – в голосе Канти опять промелькнула нотка грусти. – И когда ты подаришь ей правнуков, то счастливее прабабушки не будет на свете, – на этих словах Ирина инстинктивно положила руку на живот, вспомив утренние слова Санджея и свой ответ. – Вы с Санджеем будете прекрасной парой. Он больше похож на свою мать – сильную, способную настоять на своем, но более гибкую, более уравновешенную, способную прощать и находить компромиссы. А Ракеш не такой, – Канти улыбнулась. – Он больше похож на отца и на саму дади. Непримиримый, категоричный. Я не знаю, как он жил после ухода из дома, но пока я его знала, честность и порядочность Ракеша никогда не ставились под сомнение, равно как и преданность семье.

– А из-за чего он ушел? – решилась спросить Ирина – после того давнего разговора, когда Санджей ясно дал понять, что не желает разговаривать на эту тему, она больше не поднимала вопрос об уходе Раджа из семьи.

– А Санджей тебе ничего не говорил? – поинтересовалась Канти. Она уже закончила колдовать с волосами и сейчас с видом художника орудовала карандашами и кисточками.

– Нет, не говорил, – отозвалась Айрин.

– Тогда и я не буду сплетничать, – решила Канти. – Это дела братьев, и посторонним не стоит вмешиваться. Но я верю, что рано или поздно они решат свои проблемы и, возможно, вы им в этом поможете. Какая же ты хорошенькая, дорогая, – Канти приподняла голову Айрин, коснувшись кончиками пальцев ее подбородка, и покачала головой. – Пусть тебя никто не сглазит, – с этими словами она поставила метку за ухом невесты.