Цена свободы

Глава 12.

   Арен любил подниматься рано. Это утро не стало исключением. Кинув беглый взгляд на приготовленную слугой форму, висящую у зеркала, юноша, сонно зевая, поплелся в ванную. Взбодрившись и одевшись, подросток равнодушно осмотрел свое отражение в зеркале и направился к выходу из покоев. Отец встал, как всегда раньше всех и юноша встретил его в коридоре, когда тот закрывал за собой дверь лабораторного крыла.

  - Доброе утро! – Арен улыбнулся, остановившись около мужчины.

  - С добрым, - ответил маг и, подойдя, взъерошил волосы сына, - сегодня мы с тобой будем завтракать вдвоем. Я уже распорядился, чтобы накрыли стол на двоих.

  - А мама и Эмилия? – спросил Арен, шагая рядом с отцом по коридору к обеденной.

  - Обе попросили рано их не будить, - вздохнув, произнес маг и, посмотрев на сына, подмигнул. – Мы с тобой, как всегда ранние пташки.

   Арен улыбнулся мужчине и оба вошли в просторную залу с большим круглым столом по центру, накрытым на две персоны. Недалеко от  стола стоял слуга, которому предстояло обслуживать их во время завтрака.

 Юноша любил такие завтраки вдвоем с Синтарой – у них было много общих интересов и увлечений, начиная от скачек на лесных драконах, заканчивая изучением магических фигур.

 Архимаг Крона долго шел к своему положению и титулу. Родился он в семье средних дворян и единственное, что отличало его от остальных сверстников – это наличие редких магических способностей. Поэтому уже в семь лет родители отдали его в Академию Магических искусств и, как оказалось, сделали правильный выбор. Способности юноши со временем развились в мощный дар, и тот на год раньше своих сверстников окончил Академию и ушел на службу, которую полагалось  проходить каждому выпускнику Академии.

    После десяти лет службы на границе с Мертвыми землями, откуда постоянно происходили набеги нежити, устав от грязи, зловония и смерти, Синтара вернулся в родовое гнездо. Несколько лет маг отдыхал, тратя, накопленные за время службы гонорары, поскольку в Мертвых землях их было тратить негде и не на что. Не прошло и месяца после его возвращения домой, как ему предложили место командующего легионом там же на границе с Мертвыми землями. Но Синтара отказался, аргументировав отказ тем, что  десять лет отдал беспрестанным сражениям с  нежитью и устал от запаха и вида мертвой плоти, крови и гноя.

     Отдохнув несколько недель, мужчина решил посвятить время обучению и без труда поступил на первую ступень магического конклава для получения степени магистра. Следующие два года были заняты работой и учебой, но он всегда вспоминал о них с теплотой, поскольку именно тогда встретил свою супругу.

     Они встретились в Академии на втором году учебы в магистратуре. Элиз была не из Крона, а из восточных земель, где располагалось государство Терпен, среди жителей которого встречались люди с редким аметистовым цветом глаз. Каждый день они виделись на учебе и все больше привязывались друг к другу. Отношения довольно быстро переступили грань дружбы, а вскоре оба обнаружили, что уже не смогут расстаться.

    В скором времени они поженились и вдвоем поехали изучать драконов на Даггерсоул (череда островов восточнее материка, с высокой вулканической активностью) . Там они провели семь прекрасных лет и даже тяжелый климат и окружающая недружелюбная природа, не стали помехой.

    Еще через несколько лет Синтару пригласили на пост Ректора Академии Магических искусств, а затем он сдал испытание и стал Архимагом. Элиз от мужа не отставала и стала профессором искусства трансмутаций минералов и руды, а так же рунической защиты от темных сил.

   Став Архимагом и заняв апартаменты при дворе, Синтара и Элиз некоторое время занимались исследованиями в различных областях магических искусств, а затем решили, что для них двоих такие апартаменты слишком большие и через некоторое время родились с разницей в четыре года Эмилия и Арен.

    Эмилия унаследовала рыжую шевелюру матери и зеленые глаза отца, становясь с каждым годом все прекрасней и все больше привлекая внимание воздыхателей. Так же девушка обладала довольно бойким живым характером и многие говорили о том, что та за словом в карман не полезет.

  А младший  - Ауренфель - с самого детства отличался застенчивостью и невероятным даром. Постепенно, конечно, излишняя скромность ушла, но ранимость осталась, и родители обратили внимание, что с посторонними людьми он постепенно начал держаться подчеркнуто холодно. Элиз винила в этом себя и то, что они всегда выставляли высокие требования к Ауренфелю, как наследнику и в результате юноша начал и окружающих мерить теми же мерками. Которым мало кто  соответствовал. Несмотря на то, что вокруг их сына всегда было много детей, Синтара точно знал, что друзей у Арена единицы.

    Для Архимага даже стало небольшим сюрпризом, когда в последние несколько месяцев он стал видеть Ауренфеля в компании Себастьяна. Они были абсолютно разными, и Синтара заметил, что основная инициатива исходит от принца, о чем не забыл сказать его отцу во время вчерашнего приема. 

   - Я пошел, - прервал размышления отца, Ауренфель, закончив с завтраком и поднявшись из-за стола.

  - Удачи, - кивнул сыну Синтара и, попрощавшись, тоже поднялся и направился в лабораторию.

   Ауренфелю нравилась учеба в Академии, несмотря на то, что он был младше всех в группе на три года. Он легко нашел себе друзей, а с остальными старался поддерживать нейтральные отношения, хотя, к сожалению, были и исключения. И сейчас одно из этих исключений направлялось прямо к нему с широкой наглой улыбкой. Ауренфель, напрягся и, приняв, как можно более отстраненный вид, старался смотреть в другую сторону, делая вид, что не видит приближающегося к нему человека.