Человечность

Глава 22 — Роза

Кто, мой друг, вознёсся на небо?

Только боги с Солнцем пребудут вечно,

А человек — сочтены его годы,

Что б он ни делал — всё ветер!

(Эпос о Гильгамеше)

 

 

Инопланетяне вернули им еду – это хорошая новость. А вот и плохая: вследствие Любиного помешательства ребята составили график уборки и готовки. И сегодня пришла очередь Розы.

Сначала она страшно возмущалась, но потом, испугавшись, все же согласилась. Просто в новом мире нет сети кафе, принадлежащих её отцу, где можно бесплатно пообедать; и если она не примет условия – навряд ли кто-то накормит её за просто так.

Правда, суть в том, что готовить Роза не умела. Можно было свалить эти обязанности на Любу, улыбнувшись той, но учитывая нынешнее состояние девушки, сделать это будет нелегко. Поэтому Роза пошла на самый отчаянный шаг, а именно: попросила Миллер научить её.

Если бы кто-то пару месяцев назад сообщал, что Ольшанская будет общаться с Ритой, обсуждать с ней свое выпускное платье, плакать вместе на лестнице и просить чему-либо обучить, Роза бы рассмеялась этому рассказчику в лицо. Но жизнь, как показывает время, может здорово поменять людей и их принципы.

Хотя, какие у той Розы из прошлого были принципы? Она издевалась над непопулярными, высмеивала бедных, фыркала в лицо некрасивым, гуляла ночи напролет, зная, что папочка все решит за нее, спала с теми, кого не любила и не беспокоилась ни о ком, кроме себя. Неплохие времена были, что скажешь.

У Ольшанской есть постыдный секрет, который она никогда не признает вслух. Всю жизнь она таит зависть к Рите. Нет, не из-за популярности или поклонников, которых хватало, а из-за влюбленных глаз Герасимова, из-за его чертовой собачьей преданности. Если бы хоть кто-то так любил её, Розу, смотрел на неё, как на самое дорогое, хотел заботиться о ней и умилялся каждой улыбке... Возможно, она бы не стала такой сукой.

Когда-то психолог сказал девушке, что у неё недостаток внимания, на что Ольшанская лишь рассмеялась. «Меня любят все, — хохотнула она тогда. — Мне даже дурно порой от этого внимания».

«А скольких любите Вы, Роза?», — вот он, тот вопрос, который подверг ее в смятение.

Она даже залезла в интернет и прочитала о людях, не способных на любовь. По мнению интернет-психологов она и узнала, что так случается с теми, кого в детстве попросту «недолюбили». Разным девочкам, таким как Лиза, Инга или даже Рита Миллер, всю жизнь внушали, что они «принцессы», «солнышки», «ласточки», что они приносят счастье и радость в дом, и их любят больше жизни. Роза этого не помнила. Лишь няня говорила ей о том, какая она хорошая и славная, как в будущем толпы мальчиков будут бегать за такой красавицей, а девочки — тихо завидовать. Но и эта женщина ушла из жизни Ольшанской.

И самое страшное: она не скучает по родителям. Раньше она думала о том, что как только те умрут, ей достанется все имущество и огромные богатства семейства Ольшанских. И от этих мыслей самой становилось мерзко, но они не покидали голову. Родители были бизнес-партнерами, но не большим. Они посещали различные мероприятия, вместе фотографировались как счастливая семья, рассказывали репортерам, что никогда не жалеют времени друг для друга, а бизнес всегда будет на втором месте после их любви... а на деле они почти не встречались дома. Роза могла исчезнуть на пару недель, поехав на какой-то курорт с друзьями, и никто бы так и не позвонил ей. Разве что, если бы пришлось дать новое интервью, пропитанное фальшью.

Так способен ли на любовь человек, который любви не испытал? 

Да и кто способен влюбиться в куклу? Её можно лишь хотеть.

***

— Роза, прошу подожди!

Дима летел за ней, держа в руках букет каких-то полевых цветов, даже не перевязанных лентой. Закатив глаза от столь нелепого зрелища, Ольшанская ускорила шаг.

Этот школьный маньяк преследует её уже три недели, и она не знает, куда деться, чтобы их вместе не заметили. Был бы он хоть красивым, но ведь ничего особенного: хилый, с русыми, как солома, волосами и практически не заметными бровями, будто кто-то их выбрил... такого можно лишь пожалеть. К тому же, малец был на год ее младше, что уж точно не повышало его шансы.

— Роза, — он, задыхаясь, догнал её. — Умоляю, давай поговорим!

— Уйди с дороги, — фыркнула блондинка, желая пройти мимо, но юный герой-любовник засунул цветы в ее руку и перекрыл проход.

— Я написал тебе стихи! — закричал юноша, будто эта фраза могла спасти его и сделать доблестным рыцарем. Роза захохотала.

— Стихи? Серьезно? Ну, это что-то новенькое, давай почитаем.

Он всунул ей клочок бумаги в руку, и Ольшанская снова закатила глаза. Оставалось только молиться, чтобы её никто не увидел на улице с этим идиотом.

Она быстро развернула небольшой листочек, пробегая по коряво написанным строкам:

«Ты — девушка-мечта, достойная любви

И миллиона красных роз в придачу,

Я — лишь малец, и нежностью томим,

Испытываю каждый раз свою удачу.

Я не надеюсь получить ответ,

Но, может, лишь одну, хотя б улыбку?

И в этот день, и в этот час,

Я повторю свою нелепую попытку.

Попытку на мечту, которая есть ты.

Ты — все, хоть и сама пока не знаешь.

Ты — ветер и роса, и легкий шум грозы,

И нежность, та, которую скрываешь.

Ах, если бы ты только дала шанс,

Я чудо-сказку нам обоим сотворю,

И все лишь для того, чтоб тихо прошептать,

Как сильно-сильно я тебя люблю»

Некоторое время Роза молчала, притворяясь, что продолжает читать. Даже, если бы она разбирала каждую букву по десять секунд, время все равно бы уже вышло, но Дима вежливо молчал, не мешая ей.



Кэрин Смит

Отредактировано: 06.10.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться