Человечность

Глава 24 — Лиза

Энлиль слышит людской гомон,

Богам великим молвит слово…

«Шум человека меня донимает,

Спать невозможно в таком гаме.

Прикажем — пусть чума нагрянет!

(Миф об Атрахасисе)

 

Это было несправедливо. Ей приходиться бороться с кошмарами, призраками прошлого, инопланетянами, недовольными соседями, а теперь еще и с простудой. Почему Вселенная ее ненавидит?

Лиза часто болела с самого детства. Мама пичкала ее разными таблетками для улучшения иммунитета, но особого эффекта они не давали. Но лишь сейчас можно оценить, как велико было влияние мамы. Она сидела рядом, слушала ее бред, приносила горячий час, заставляла измерять температуру и гладила по голове. Лиза бы все отдала, чтобы мама сейчас была рядом. Но здесь лишь призраки, созданные ими самими.

Антона она встретила возле своих дверей, держа в одной руке чашку горячего чая, а во второй целую тарелку бутербродов, и неуклюже делая попытки открыть дверь локтем.

— Помочь? — с легкой улыбкой спросил Морозов.

— Была бы благодарна, — осипшим голосом произнесла Лиза.

Она выглядела никудышно. Еле держалась на ногах, кашляла, затравленно дышала… И впервые в жизни ей было все равно, что думает ее одноклассник. Она знала, что он ничего не скажет. А если бы и сказал, она одна из последних девушек на планете! Смысла беспокоиться о своем виде больше нет.

— Вижу: дела совсем плохи, — юноша приподнял её подбородок, будто, как великий врач, с одного взгляда был способен понять всю суть болезни. — Ты же не думаешь, что заразилась от Игоря?

— Нет, конечно. Уже столько времени прошло. Это простуда. Люди же раньше выздоравливали без лекарств как-то. 

Конечно, не все. Смертность явно была огромная, но об этом нет смысла думать. Это просто простуда: сильная, со многими симтомами, но самая обычная. Было бы проще, будь она религиозна. Она могла бы верить, что все будет хорошо, что для нее есть место в мире. Но Лиза стала атеисткой задолго до апокалипсиса, а сейчас лишь утверждалась в своей правоте. Впрочем, в какой-то мере она считала себя даже больше агностиком. Но если Бог и вправду есть, то у него чертовски ужасное чувство юмора.

Хотя… они ведь уже познакомились. Зеленые твари с большими головами – вот вам и те самые «создатели». Лиза много читала в последнее время. И не романов, как раньше, а именно Библию, чтобы отыскать ответы. Ей казалось, что в каждом слове была подсказка. Там прямым текстом сказано, что Бог создал человека. Церковь всегда описывала Его абстрактно, как некую благодать, спасителя и мученика. Почему они никогда не воспринимали это всерьез, имея ответы перед носом? Раз на них уже обрушили Потоп, они должны были подготовиться к следующей атаке.

Единственное, что смущало Лизу: в Библии не говорилось, что их кожа была зеленой, а головы огромными. Как этот факт упущен? Иисус похож на обычного человека. Боги Древнего Египта, Греции, Рима, Месопотамии, даже Киевской Руси – нигде нет зеленой кожи. Читая книгу под названием «Мифы Древнего мира», Лиза заметила, что многие «создатели» имеют одинаковый набор «сил». К примеру, известный каждому Зевс представляет собой, по сути, то же самое, что и римский Юпитер, скандинавский Тор, славянский Перун, египетский Амон-Ра и индийский Индра. Это лишь одна полная цепочка, которую Лизе удалось составить. Но совпадений, незамеченных ею в школе, было довольно много. То есть, каждая религия, культура, считавшая себя индивидуальной, описывала одних и тех же героев, одинаковые события и лишь толковала в своей манере.  Почему об этом не говорили в школе?

Стоило лечь на кровать, глаза закрылись сами по себе. И ей, правда, не хотелось засыпать, но температура и слабость делали свое дело.

Когда она проснулась, то была ни здесь. Она даже не являлась собой.

— Смотри на экран, — приказал голос. — Сколько полос ты видишь?

Лиза попыталась сосредоточиться и сфокусировать взгляд. Это получалось с трудом, но все же прогресс был. Постепенно она заметила перед собой три разноцветные линии и назвала это число.

— Молодец. А теперь?

Полосок стало больше, и все цвета были такими яркими, что хотелось закрыть глаза. Она начала считать, казалось, что цифры были в каком-то отделе ее мозга, но зацепиться за них представлялось сложной задачей.

— Семь.

— Правильно, — она посмотрела на лицо, с которым разговаривала. Наконец, взгляд сфокусировался. Ее собеседник был полностью зеленого цвета, с большими глазами, без бровей и с очень острым подбородком.

«Интересно, я выгляжу также?», — невольно подумалось ей, но все же ответ был скорее отрицательным. Где-то в глубинах сознания она помнила, что ее внешний вид отличается.

— Как тебя зовут?

Опять приходилось думать.

— Лиза.

Она искренне надеялась, что ответ верный.

— А полное имя?

— Елизавета.

Ее собеседник был доволен ответом, это читалось в его глазах. Потом последовала новая череда вопросов: кто ее родители, где жила, в какую школу ходила, на что у нее аллергия, сколько ей лет… Дальше становилось сложнее, ответы из одного слова больше не подходили. Было ощущение, что она на самом настоящем интервью. О чем мечтала? Была ли влюблена? Самый большой страх? Расскажи о своих друзьях. А теперь о родителях. И о себе.



Кэрин Смит

Отредактировано: 06.10.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться