Чёрная королева: Альтер Эго

Размер шрифта: - +

Глава 25. Когда Боги смеются над нами

Это утро было совсем другим. Не похожим на их последнее утро в Лааре.

Они проснулись поздно, лежали долго в объятьях друг друга, и не выбрались бы из кровати раньше вечера, но за дверью уже в третий раз появлялась послушница, предлагая им завтрак. А за окном другие послушницы молотили подсолнухи, смеясь и переговариваясь друг с другом, и Рикард с Кэтрионой решили их не смущать, отложив свои желания до более подходящего момента.

— Ты всё ещё хочешь узнать, кто отдал приказ сжечь твой дом и кто донес? — спросила Кэтриона тихо.

— Хочу.

— Я могу это узнать.

— Но как?

— Мои вещи, они же у тебя?

— Да, — Рикард кивнул на седельные сумки, лежавшие в углу.

— А печать?

— Не волнуйся, радость моя, зная твой бурный нрав и острую саблю, я спрятал её в очень надежном месте.

Кэтриона улыбнулась. И пусть. Не нужно думать об этом сейчас. Этот день полностью принадлежит им.

Она хотела продлить это безмятежное утро и снова отодвинула мысль о Магнусе и печати. О том, что печать всё же нужно вернуть на место и закрыть Врата навсегда. А после этого она больше ничего не будет должна Ордену.

Но, она решит это позже. Не сейчас.

Они ещё поговорят о будущем. О королеве и Ордене. О том, кто кому служит и что им теперь со всем этим делать. А сейчас пришло время разобраться с прошлым.

После завтрака Кэтриона взяла сумки и, застелив покрывалом кровать, вытряхнула из них всё. Отложила в сторону то, что могло пригодиться.

Шкатулка, деревянная лошадь Рикарда, нож для бумаг из дома Текла, медальон Крэда и его бумаги. Вещи, в которых могла остаться нужна я ей память.

— Можешь дать мне твой перстень и медальон?

Рикард достал их из потайного кармана на ремне и положил на покрывало, а сам сел рядом, внимательно наблюдая за тем, что делает Кэтриона.

С чего начать?

С медальона Крэда.

Сейчас у неё достаточно сил, чтобы его взломать, а главное — она знает, что и где искать. И не нужно перебирать тысячи осколков памяти, оставаясь в Дэйе надолго — ведь Крэд все это время носил медальон при себе, и тот хранил множество дней воспоминаний. Единственное, чего не будет в этом медальоне — лица его убийц, Рошер об этом позаботился. Вот почему в прошлый раз она не смогла их разглядеть. Но теперь всё это было уже не важно.

— А я смогу это увидеть? — спросил Рикард.

— Ты хочешь видеть то, что вижу я? — спросила Кэтриона удивлённо.

— Да.

— Это может быть... очень больно, — произнесла она тихо, — ты можешь увидеть их снова... тех, кого любил... пережить всё ещё раз...

Глаза Рикарда потемнели, но он покачал головой и произнес:

— Помнишь, я говорил тебе про собаку, кусающую себя за хвост? Я хочу навсегда разорвать этот круг. Хочу узнать всё и, наконец, поставить на этом точку, чтобы жить дальше.

— Хорошо. Когда я найду то, что ищу, я возьму тебя за руку, и ты это увидишь. Но до этого момента не касайся меня, потому что тебе небезопасно бывать в Дэйе.

Она положила на ладонь медальон аладира и накрыла его другой рукой.

Рикард не знает о том, что Крэд однажды уже сжег дом этой девочки в Рокне. Но потом он нашел её снова, на этот раз в Талассе. А значит, нужно вернуться и узнать, как он нашел её в самый первый раз.

 

Серая трава колышется не от ветра. В Дэйе ветра нет. В Дэйе, как всегда, сумрачно и тихо, с неба падают хлопья, похожие на снег — воспоминания... И Кэтриона снова летит маленькой чёрной птичкой над призрачными полями...

Как ты узнал о ней, Крэд? О девочке, танцующей вайху? — шепчет Кэтриона, и Дэйя откликается на её вопрос.

Сквозь траву проступает море, башни и шпили Рокны, каналы и мосты, мощенные булыжником улицы Верхнего города, стриженые заборы зажиточных кварталов и разукрашенные окна богатых лавок. Таверна с вывеской в виде корзины, полной пряников и булок. Внутри чисто, пахнет выпечкой и в печи пылает огонь...

Двое мужчин у окна. Кэтриона видит их лица отчетливо.

И её сердце обрывается в приступе боли...

Это Крэд и Бертран.

Где-то там, в реальности, она нащупывает руку Рикарда и сжимает его пальцы.

Зачем ты искал меня, Бертран? — Крэд сосредоточенно ест похлебку, почти не глядя на собеседника.

— Мне нужно спросить кое о чем, ты, наверняка, про такое слышал...

Бертран ничего не ест. Он мнет в руках перчатки и разглядывает в окно, как хозяйка таверны заботливо поливает герань и метет крыльцо.

О чём?

Дай слово, что о нашем разговоре никто не узнает?

Крэд смотрит исподлобья, трет нос, а потом прикладывает кулак к правому плечу и говорит:

Даю слово Ирдиона.

Что ты знаешь об «огненном танце»?

Ложка Крэда замирает над тарелкой.

— О вайхе? А с какой стати ты интересуешься этим? — спрашивает он осторожно.

Просто любопытно.

Тогда я ничего не знаю. Но если объяснишь, зачем тебе вся эта айяаррская премудрость, я объясню, что о ней знаю, — и он, отламывая кусок хлеба, внимательно следит за тем, как хмурится лоб Бертрана.

Если представить, что где-то есть человек, который умеет её танцевать... Что это такое вообще? И то, что он дает другим — это безопасно? И как долго можно это использовать?

Крэд вымакивает хлебом остатки похлебки, отодвигает пустую тарелку и смотрит, чуть склонив голову, а потом говорит, не сводя с Бертрана глаз:



Ляна Зелинская

Отредактировано: 08.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться