Черная вдова или заложенная скрипка

Глава 9. Михель Якобсон

Утрехт открылся Барберу с удивительной стороны, как и любой старинный город он мог и привлечь и оттолкнуть, но в день приезда парочки солнце светило так ярко, а Рейн нес свои воды так неспешно, что сразу становилось легче дышать. Хью хотелось гулять, строить счастливые планы, но не работать! Он улыбался и щурился солнцу.

Юю Майер напротив оставалась деловитой и бесстрастной, словно не испытывала воодушевления от посещения этого осколка средневековья. Она шагала в полосатых джинсах и ковбойской шляпе по улицам так уверенно, что Хью стал подозревать в ней жителя этого города.

– Я три года кряду ездила сюда на каникулы к Берте Майер – родной сестре Лилиан Майер, – подтвердила его догадки Юю, – это было еще до пожара в «Синем вереске». Берта принимала меня охотно, она жила одна и доходами семьи Майеров не пользовалась. Лилиан кидала ей какие–то крохи со своего стола. Когда я приезжала, то отец щедро финансировал мое пребывание тут. Видимо, этим и объясняется радушие тетки.

Юю рассказала, что она жила в Утрехте как дикарка, бегала, где ей вздумается с детьми лавочников и садовников. Загорала на берегу Рейна, плавала на худых лодчонках с рыбаками и их детьми, иногда прибегая к Берте за полночь. После смерти тетки квартирку продали, и посещения Утрехта прекратились, о чем Юю сильно сожалела.

Парочка без труда нашла улицу Ватерстраат, где стоял когда–то дом Берты. Теперь жилых домов там почти не осталось, всюду появились офисы и общественные здания. Старые постройки либо снесли либо модернизировали до неузнаваемости. Юю вздохнула и сказала, что предаваться ностальгии сегодня она не хочет, когда впереди так много дел.

Позавтракав наскоро в первом попавшемся кафе, парочка двинулась в колледж, где когда–то преподавала Алиса Адденс. Директриса колледжа молодая мифру Вельц встретила их радушно, узнав, что молодые журналисты готовят краеведческую статью про выдающихся выпускников Лиссе. Сама она не знала Алису Адденс, так как работала в этой должности только семь лет, но любезно отправила парочку в отдел кадров. В отделе кадров их встретил хмурый мужчина в черном пиджаке, один рукав которого был заправлен в карман. Однако уцелевшей рукой он управлялся довольно ловко.

– Однорукий Грач, – шепотом прыснула Юю.

Без лишних расспросов он вытащил с одной из архивных полок личное дело преподавателя Алисы Адденс и положил его на стол перед Барбером. Удивлению Барбера не было предела, когда он открыл папку. Кроме выписки из ведомости о получении заработной платы преподавателем и справки о выделении материальной помощи на похороны Алисы ничего в папке не было.

– Что же это значит? – спросил детектив.

– Лет десять назад эту папку в последний раз открывали , – многозначительно сказал похожий на грача делопроизводитель. – А может, и раньше. Я тогда работал здесь, но простым инспектором отдела кадров. Пришла какая–то красотка, нащебетала что–то в уши начальнику отдела кадров, та папочку с полочки и достала! А когда спохватились – все документы Алисы пропали. Кому они могли понадобиться – ума не приложу. По чужим документам на работу не устроишься… Родственников у Алисы не было, хоронили ее за людские деньги. Все скидывались, кто сколько может.

– А красотку эту можете вспомнить? – спросил Барбер.

– Где уж, сколько лет прошло… – похожий на грача мужчина поморщил лоб, когда детектив протянул ему фотографию Алисы Гольдбах, – не могу сказать, может и она, может и не она.

– Но запомнили, что красотка,– уточнила Юю.

– Да это выражение такое, к слову пришлось.

Больше в отделе кадров было делать нечего, Барбер спросил только, кто из нынешних преподавателей работал с Алисой. Получив сведения о них, парочка откланялась. Уже из коридора Барбер вернулся к начальнику отдела кадров.

– Но Алиса училась тут, заканчивала этот колледж, – сказал он, – о ней, как о студентке могли остаться какие–то сведения.

– Если она заканчивала колледж более пятнадцати лет назад, а это уж точно, то все личные дела студентов за тот выпуск уже уничтожены. Вам только с сотрудниками останется поговорить.

Из всех сотрудников, указанных Одноруким Грачом, с парочкой согласился встретиться херр Михель Якобсон. Остальные сослались на занятость либо морщили лоб, тщетно пытаясь что–то вспомнить. Однако, херр Михель Якобсон даже пригласил парочку на чашку кофе к себе домой, сказав, что у него сохранились студенческие фото с Алисой, так как они учились на одном курсе.

Не веря своей удаче, Барбер был готов расцеловать этого одутловатого рыбьеглазого преподавателя, согласившегося помочь в поисках информации об умершей Алисе.

Юю обладала фотографической памятью. Она без труда воспроизвела текст, увиденный мельком в папке «Личное дело Алисы Адденс». В справке о перечислении пожертвований для захоронения ее тела значилось кладбище Святой Анны. Туда и направилась парочка.

Из окна такси Барбер с удивлением смотрел на Утрехт . Его старинные средневековые шпили не загораживали современные постройки. Архитекторам удавалось найти интересные планировочные решения, при которых современные здания не загромождали скверов и площадей, не скрывали старинных зданий. Таксист подкатил прямо к воротам кладбища. Пришлось подождать, когда пройдет длинная похоронная процессия.

– Зачем мы сюда приехали, – недоумевала Юю, – я запомнила адрес кладбища, но смысла искать тут могилу Алисы я не вижу. Мы и так знаем, что она мертва. Что нам даст, если мы осмотрим место захоронения?

– Просто развеются кое-какие мои подозрения, – пояснил Барбер, – к тому же время до вечера надо как–то убить.

Юю фыркнула, сообщив, что она лучше сходила бы на дневной сеанс кино, чем гулять по скорбному месту. Сторож поискал место захоронения Алисы Адденс на карте кладбища. В северо–западном квартале, в квадрате 14 была ее могила, но на ней стоял красный крест.



Ирина Соляная

Отредактировано: 06.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться