Черная Жемчужина. Два мира на ладони

Размер шрифта: - +

Глава тридцать пятая. Прощание

Даже невольно подтолкнув Посланника Амерей к краю, освободив мир от его дара, обратной волной приносящего Скверну и подпитывающую ее, людей мы не спасли. Я по-прежнему видела печать смерти на лицах других – и на собственном лице, когда сталкивалась со своим отражением.

А воскрешенные Посланником – люди, вернувшиеся из небытия в родные дома, где их приняли, или же ставшие изгоями, умерли в тот же миг, когда сердце их воскресителя перестало биться. Говорят, они просто падали замертво, и раны, от которых лже-Посланник их спас, вновь открывались и кровоточили. Это означало лишь одно – мы – Джеральд, я и Ая – оказались правы. Посланник Амерей, чьего имени мы так и не узнали, был лишь талантливым некромантом. Куклы умерли со смертью кукловода.

Мы оказались правы во всем, кроме одного – смерть лже-Посланника ничего не решила. Слишком поздно мы его нашли – Скверна уже отравила этот мир без шанса на спасение. Магия умирала, и люди умирали вместе с ней.

И оставалась лишь одна слабая искра надежды.

– Черная жемчужина.

– Что? – Джеральд остановил на мне отсутствующий взгляд. Мы вернулись в дом Аи и уже очень долгое время молчали, ошеломленные поражением и новостями, которые обрушились на нас с приездом в Верцану.

– Черная жемчужина, – повторила я, снимая с шеи кулон, перевернувший всю мою жизнь с ног на голову. – Подумай, Джеральд. Денизе зачаровала камень, чтобы я смогла войти в ее мир. И точка входа, своеобразный портал – это день, когда я впервые здесь очутилась. Но что, если отыщется способ вновь вернуться туда? Тогда я буду знать о том, что надвигается, буду помнить о Скверне, и сумею вовремя ее остановить.

– Денизе? Но… ты же… – растерялась Ая.

– Прости, нет времени объяснять, – покачала я головой и вновь горячо заговорила, обращаясь к Джеральду: – Когда я обманула смерть – в тот день, в доме мага теней – я сумела двигаться дальше. Но чары… они по-прежнему здесь. – Я постучала ногтем по жемчужине. – Что-то ведь позволяет мне каждый день возвращаться в этот мир. И если бы мы могли найти способ возродить вложенные Денизе чары, если бы смогли отмотать время до того момента, как я впервые проснулась здесь…

Мои слова заставили Джеральда задуматься. Он принял из моих рук цепочку с черной жемчужиной, долго рассматривал ее, словно желая разгадать ее секрет, выудить на поверхность тайны, что она хранила.

– Ты права. Это наш шанс, – глухо сказал он, заглядывая мне в глаза. – Наш единственный шанс.

– Я только боюсь, что моих Сил не хватит. Денизе знала, что делает, когда зачаровывала жемчужину, а я… – Я невесело усмехнулась. – Она оставила мне дневник, в котором заключены все ее бесценные знания, весь ее опыт… вот только о последних в своей жизни чарах она и не думала написать. Не думала, что настанет день, когда мне придется к ним прибегнуть.

– И не нужно делать это в одиночку. – Джеральд шагнул ко мне. Улыбнулся такой редкой для него улыбкой, от которой повеяло теплом. – У нас есть еще немного времени, пока обратная волна чар Посланника Амерей не сметет этот мир с лица вселенной. Я вызову Эрцваля и Эйну. Вместе, вчетвером, мы сумеем возродить чары Денизе.

Сбитая с толку Ая даже и не думала расспрашивать меня – видела, что сейчас для этого самое неподходящее время. Джеральд призвал зачарованных птиц и послал весточки ворожею и магессе. Я ушла в заботливо предоставленную мне хозяйкой дома гостевую комнату, чтобы хоть немного привести в порядок собственные мысли, но мое уединение было нарушено очень скоро.

Джеральд вошел – бледный и сосредоточенный.

– Плохие новости? – поняла я. Было в его лице что-то такое… что-то большее, чем просто беспокойство об исходе нашей странной миссии.

– Я внимательно изучил черную жемчужину… Это не просто камень, а сосуд для чар, и сосуд очень хрупкий. Каждое твое перемещение из одного мира в другой понемногу подтачивает ее изнутри. И боюсь, ей не выдержать нашего вмешательства.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурилась я.

– Взгляни сюда.

Я взяла цепочку и поднесла ее к свету, чтобы лучше рассмотреть. Не сразу заметила трещину толщиной с волосок, разделившую жемчужину на две половины.

– Такого не было, когда я нашла ее в своем мире, – тихо обронила я. – Я внимательно тогда ее осмотрела.

– Именно об этом я и говорю. Полагаю, трещина появилась не сразу – а во время второго твоего пробуждения в моем мире.

– Когда маг теней убил меня, а чары повернули время вспять, – прошептала я. Помолчала, оглушенная пониманием. – Ты прав. И ты думаешь, жемчужина расколется, если мы снова попытаемся отмотать время назад?

Я вскинула голову – Джеральд отрешенно смотрел в окно, мыслями находясь где-то далеко отсюда. Нарушил возникшую было тишину, сказав:

– Может, она расколется до того, как позволит нам провести обряд. Может, уже после. Но пока есть надежда, надо использовать малейший шанс. Вот только…

– Только что?

– Каков бы ни был исход, после наложения чар ты больше не сможешь перемещаться между двумя мирами или – если хочешь – между прошлым и будущим одного мира. А значит, тебе нужно решить, в каком из миров остаться.

Слова Джеральда ошеломили меня, выбили воздух из моих легких. Осознание, что однажды мне придется сделать выбор, всегда присутствовало где-то на периферии сознания – зыбкое, робкое. Но я не хотела и не могла об этом думать. И вот настал тот час, когда я больше не могла оставаться на развилке двух дорог. Мне предстояло сделать выбор, который изменит все.



Кармаль Герцен

Отредактировано: 27.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться