Черничное колдовство

Глава 18

Открыть глаза – означало вернуться в серый бесчувственный мир. И пока Марэ этого не сделала, она могла представлять, как через окно и дымчатую ткань занавеса просачиваются солнечные лучи, согревая ее лицо. Она останавливалась на каждой пылинке, что преграждала путь солнцу, на ярких пятнах, которые огибали каменный подоконник и спускались на пол. А если бы окно можно было открыть, то легкий ветерок заставил бы невесомую ткань штор развиваться. Утро в объятиях мужчины ведь должно быть именно таким - солнечным и воздушным. Потому проснувшись, девушка не спешила открывать глаза, наслаждаясь присутствием Элона.

Марэ чувствовала на шее мужское дыхание, от которого колыхался ее локон в воображаемом солнечном свете. Элон обнимал ее со спины, положив теплую руку на живот и прижав девушку к себе как можно плотнее. Пожалуй, самое уютное положение, какое только возможно придумать для женщины.

И в какой-то момент колдунье даже захотелось выгнуться, как кошка, и поластиться к своему «хозяину». Но дыхание Элона неожиданно сбилось, и он поцеловал ее за ухом. Марэ невольно расплылась в улыбке и уже собралась с силами, чтобы открыть глаза – вдвоем справиться с тяжестью серого потустороннего мира куда проще, - как услышала тихий голос.

- Угораздило же полюбить колдунью, - Элон усмехнулся так, чтобы ненароком не разбудить девушку в своих объятиях. Марэ замерла.

Мужчина втянул аромат ее волос, будто это возможно в бесчувственном мертвом мире, и еле ощутимо провел пальцами по белоснежному плечу. Марэ едва сдержалась, чтобы не податься к Элону еще ближе. Неподходящий был момент сознаваться, что она совсем не спит.

У нее не было на этот случай слов. Чтобы Марэ ответила, если бы Элон сказал ей что-то подобное в лицо? Какое же это прескверное слово «любовь». Колдунье оно не по нраву еще с тех пор как из ее жизни исчез Норак, а ведь он говорил ей то же самое. Уже многие годы подобные фразы казались лицемерными и не более, чем комплимент ее женскому началу. Марэ привыкла в ответ дарить поцелуй, но сейчас… сейчас эти слова прозвучали из уст Элона.

- Ты меня слышишь? – улыбаясь мужчина пощекотал ее кончиком носа, отчего Марэ по-детски сморщилась и сдержала смешок. – Ведьма, ведь я знаю, что слышишь, - неожиданно для девушки Элон положил ее на спину и навис так низко, что не хватало вздоха, чтобы поцеловать Марэ. – Я люблю тебя.

И колдунья распахнула глаза. Вместо ответа Марэ потянулась к губам Элона и уже коснулась их поцелуем, как входная дверь скрипнула. В комнату вошла Риса, заставляя серые тени подскочить на кровати, но девушка всегда была лишь поддельной жрицей, оттого не видела ни чужого мужчину в своей постели, ни растрепанную сестру, натягивающую на себя край одеяла. И если бы потусторонний мир имел больше красок в своем арсенале, Элон бы даже заметил на щеках Марэ стыдливый румянец.

Закрыв за собой дверь, колдунья с выбеленными волосами прошла до своего «ведьмовского» уголка и поставила на него связку маленьких стеклянных баночек с  россыпью разноцветных порошков и комков грязи. Освободив руки, она вытащила из вместительных карманов сушеных скворцов, перевязанных за лапы, и несколько свертков с тонкими черными палочками. Оттряхнув платье от осыпавшихся на нее хлопьев ежиной кожи, Риса чихнула, устало опустившись на стул.

Ее бровь немного приподнялась от вида смятой простони и мелькающих складок одеяла, то и дело пропадающих и появляющихся в реальном мире. Риса уже открыла рот, собираясь что-то сказать, но лишь тяжело выдохнула, опустив понурый взгляд.

Подскочив с кровати, Марэ начала одеваться, по дороге пихая смеющегося Элона. Серое платье не налезало второпях на голову и путалось в руках. По эту сторону одеяла оказалось непривычно прохладно, видимо, Марэ действительно стала чувствовать куда больше, что не сулило ничего хорошего. Но пока девушка босыми ногами прыгала по студеному каменному полу, заблудившись в собственном платье.

И когда Марэ, наконец, справилась с одеждой, дверь вновь распахнулась, и в комнату влетел Норак. Девушка в этот момент опешила и застыла, как пятью минутами ранее. Она даже хотела повыше натянуть ворот, спутав его с одеялом.

- Вы уже в сборе, - заключил колдун, пытаясь скрыть отдышку. Его взгляд остановился на Марэ, и скулы напряглись, но далее с его стороны не последовало ни одного вопроса.

- Ты где был? – удивленно спросил Элон, стоя у окна – мужские сборы занимают куда меньше времени.

От такого вопроса по рукам Марэ пробежали мурашки, настолько он был, на ее взгляд, неуместным. Но еще раз взглянув на своего друга, она поняла с чем связаны подозрения Элона. Норак тяжело дышал, будто только что своровал десяток колдовских яблок и удирал от Бора, как в детстве. Его «человеческие» джинсы были в пятнах грязи с прилипшими сухими листьями, а край штанины разодран.

- Ты что на улице ночевал? – Элон пренебрежительно свел брови. – Или устроил себе утреннюю пробежку?

- Я же вас не спрашиваю, чем вы тут занимались, - раздраженно бросил Норак, а Марэ невольно опустила взгляд. – Что сказала старуха? – колдун отвернулся от подруги с разочарованным выражением на лице, будто не мог больше на нее смотреть.

Но Риса не ответила. Мужчина сделал два шага к «жрице» и, скрепя зубами, снова открыл рот, чтобы повторить вопрос, но тотчас понял, что девушка его не слышит и не видит. Для пущей уверенности он помахал рукой перед лицом Рисы, но колдунья никак не отреагировала.



Рита Филь

Отредактировано: 06.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться