Черничное колдовство

Глава 21

Марэ никогда не слышала о балах в честь Великой Мораны, но в детстве мама рассказывала сказки о том, как раз в год блуждающая по земле лунная богиня является подданным со всей своей свитой. И как оказалось, речь шла не о колдунах в живом мире, а о духах и жрицах в потустороннем. Сама девушка не относилась ни к тем, ни к другим, до сих пор Марэ находилась где-то между. И, по сути, не было ей места ни в колдовском тумане, ни на балу Великой лунной богини.

Девушка вернулась в тускло освещенную свечами земляную пещеру, бросая неловкий взгляд на Элона, но мужчина скрылся в тени. Белый волк, забежавший следом, снова привлек внимание Рисы, и живая колдунья нагнулась к зверю с черными блестящими глазами, чтобы погладить.

- Мы пойдем на бал все вместе? – Марэ подошла к духу своей матери.

- На бал соберутся все жрицы, опоенные ритуальным зельем, и духи леса, так что я тоже пойду с вами. Если ты имела в виду сестру и своих ухажеров, то да, вы пойдете вместе, - женщина обернулась на младшую дочь, играющую с прирученным зверем, - ведь Вам всем нужно вернуться в свой мир.

- Но ведь Риса жива, - удивилась Марэ.

- А это пусть она сама решает, - женщина нагнулась и вытянула на свет сундук, оставляя на полу глубокие борозды. - Но с Мораной будешь разговаривать только ты и попросишь сразу за всех.

- Почему?

- В таком случае плата возьмется лишь одна, - дух стряхнула с крышки сундука землю и со скрипом приоткрыла его.

- О чем ты говоришь? Какая плата?

- Ты думала, Морана просто так отпустит вас из своих владений? Она не Четырехликое Светило, чтобы быть благородной. Плата возьмется, но какая судить не стану. Моя задача подготовить свою дочь к встрече с Великой богиней.

Мать Марэ вынула из сундука просвечивающееся черное полотно муслина и причудливый головной убор, усеянный черными камнями похожими на те, что вставлены в глазницы белого волка.

- В этом ты должна предстать перед богиней. Черная пелена ткани скроет твое лицо и тело как символ колдовского тумана, в который ты попала. Иначе тебя примут за мертвую или сожрут прямо на балу.

- А как же остальные? – Марэ испуганно уставилась на мать.

- Они не пересекут границу магических печатей, что сокроют появление божества от посторонних глаз. Раздевайся, - женщина протянула дочери кусок черного муслина.

Объемную шапку лесной дух положила на стол, где на полках в ряд стояли минералы и шлифованные переливающиеся пластины. Откуда-то в ее ветвистых руках появились инструменты, а на пол посыпались темные кристаллы. Марэ стояла неподвижно, обнявшись с тканью, и смотрела, как сгустки каменной пыли исходят от шапки и втягиваются носом матери.

- У тебя есть специальный наряд для заблудших душ? – Риса поднялась с корточек и подошла к рабочему столу матери, внимательно изучая каждое ее действие.

- Когда-то оно шилось специально для меня двумя знакомыми жрицами, - движения духа были отточены и беспощадны к хрупким сверкающим кристаллам. – После того, как мы провалились в колдовскую яму у города, я просила Великую Морану вернуть нас с вашим отцом домой… Но цена оказалась слишком высока.

Марэ по-прежнему молчала, оставляя на ткани влажные складки от рук. Мать успела вставить в головной убор новые камни, прежде чем девушка отвела взгляд от свечей и ослабила хватку. Женщина выпрямилась и отошла от стола, протягивая старшей дочери шапку, усыпанную черными и серыми кристаллами.

- Раздевайся, - напомнила она Марэ, - ты должна быть нагой.

- На мне будет только эта занавеска и чудная шапка? – колдунья приняла второй элемент своего наряда из рук матери.

- Да.

Риса подошла к сестре, собрала муслин, что складками опускался на земляной пол, и отвела Марэ в угол, не позволяя больше сказать ни слова. За годы обучения у Арики она четко уяснила, что традиции в мире лунной богини непоколебимы, их непременно нужно чтить.

Лесной дух теперь не была занята работой, она подошла к Рисе и с теплотой почесала волка за ухом. На самом деле животное не было духом как таковым. По словам женщины, этот волк появился в колдовском тумане и никогда не видел цветного реального мира. Его сделал отец Марэ, выточил в растущем дереве, а после они оживили волка с помощью магии камней.

Женщина почесала черный нос зверя и со скрежетом размякшего дерева выпрямилась. Она вальяжно осмотрела присутствующих, и, медленно передвигаясь по своему жилищу, подняла в воздух руку. Походило на то, что женщина что-то нащупывала. Она перебирала деревянными пальцами, словно хотела уловить какой-то запах.

- Ооо, я вижу печать, - мать Марэ провела рукой в воздухе, адресуя сказанное Элону, - совсем свежую, - она принюхалась и пару раз чихнула.

- Неужели? – скептически пробубнил мужчина.

- Поэтому лес проник в тебя так быстро. Теперь на тебе лежит клятва.

- В мире колдовства разве бывает по-другому, вы ведьмы иначе не можете,  - Элон продолжал еле слышно бубнить.

- Магия ведь не проходит и не вылечивается, как болезнь, зачем тебе это понадобилось, человек?

Элон не торопился отвечать. Лишь под натиском общего гнетущего молчания и любопытного взгляда Рисы – взгляд Марэ он тоже ощущал, но старался не смотреть в ее сторону - он сдался.



Рита Филь

Отредактировано: 06.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться