Черное море

Нота третья - Бал, интрига, леди!

Боевой корабль, относящийся к классу фрегат, бросил якорь недалеко от берегов дачного поселка улицы «А». Красивые деревянные домики выстроили для любителей уединенного отдыха, однако несколько морских кафе расположенных у воды, деликатно намекали на хороший досуг. По этой причине все столики, прилегающие к пирсу, были заняты. Люди пили кофе, горячие напитки, ели мороженое или заказывали шашлык – иными словами зрителей увидевших странного гостя оказалось немало. Многие думали, что он потерпел крушение: грязные черные паруса были кое-где порваны, орудийная палуба требовала ремонта или имела ржавые пушки. Хуже всего была носовая часть фрегата. Она обросла какими-то странными наростами, поэтому определить скульптуру украшающую корабль, не получилось.

Жуткая «лодка с парусами» также обратила на себя внимание береговой охраны, ведь ни команды, ни опознавательных знаков не имелось. Хотя что-то похожее на флаг было – грязная красная тряпка на ветру. Она очень нравилась посетителям пляжного кафе, поэтому люди доставали гаджеты и фотографировали галер. Однако фото выходили расплывчатыми, а, когда береговая охрана пожелала пойти с прибывшими странниками на контакт, то он стал таять на глазах, образуя грязное 3D пятно, а потом исчез из кругозора морской полиции.

 

 

***

 

 

Хозяйка кафе отнеслась к ночному визиту Виктории с пониманием. Она не стала задавать лишних вопросов: без разговоров приготовила гостевую комнату на втором этаже, подала пижаму и оставила на крою тумбочки стакан молока с успокоительными таблетками. Утром Вика узнала, что родителям сдержанно сообщили – Пикассо осталась на ночную смену в помощь пожилой даме. На выходных у старой женщины было много посетителей, поэтому Виктория была признательна за полу-ложь. В ответ девушка рассказала всю правду о своих приключениях. Она даже несколько раз открыто ругалась, а дальше заявила, что золотой мальчик перешел все дозволенные границы.

– Не вернусь туда, – сдавленным голосом продолжила гостья, – хватит с меня Никиты. Возьму больничный. Я накопила на липовую справку. Подумаешь, не куплю новую книгу.

– Виктория, – медленно начала хозяйка заведения, – почему ты не отказала? Выбор есть всегда, даже там, где его абсолютно нет. Ты умная девушка, но с этим юношей у тебя, – женщина заметила холодный взгляд гостьи и быстро перевела тему на иную, – Может, черничный пирог?

Вика вздрогнула. Место на руке зажгло с новой силой, будто на кожу поливали раскаленными каплями масла.

– Спасибо, Аллода. Чай сойдет.

– Хорошо. Итак, ты села машину, и?

– Он привез меня в страшное место! Он выбросил в каком-то ужасном переулке!

– А потом ты попала в тату-бар?

– Да!

– Но мастер отпустил тебя?

– Ник, заплатил большие деньги, и…, – простушка начала всхлипывать, обида душила горло, щеки зачесались, а хотелось столько сказать.

Старая женщина, осторожно взяла ее руку в свои ладони, и перевернула тыльной частью. От вида наколки Вики было неприятно, еще она смущалась оттого, что сидела на почетном месте за красным столиком и пила малиновый чай. В это время племянница хозяйки выполняла работу Виктории. Девушке хотелось немедленно встать и заняться привычными делами, но гостья ограничилась кивком, а девушка с пышной прической ответила ей тем же.

– Ваша племянница гость. Это неправильно, что она работает за меня.

– Ты сегодня в гостях, – сказала собеседница, – Каравелла понимающая девушка. Однако вернемся к твоей руке. Скажи, милая, кто выбрал этот рисунок?

– Вот, – девушка открыла толмут и указала пальцами на розу, – вообще, ее выбрал мастер. Он знает легенды моря, поэтому сделал рисунок меньше и сказал, что…– она опять подавилась словами, – черт…теперь я меченая корова.

– Именно розу, – задумчиво произнесла женщина, – «раскроет роза лепесток», – зачем-то добавила она.

– Мне кажется, что вы тайно пишите исторические романы для взрослых дам, – Вики внимательно посмотрела на пожилую особу, – ваши слова, как из старой книги.

– Я не всегда была хозяйкой кафе, милая. Когда-то давно старушка с седыми волосами была похожа на тебя, а теперь я пожилая женщина и от той жизни остались только книги как этот толмут, – она побарабанила длинными пальцами по переплету, – вот что скажу, Виктория. Хочешь узнать из какого ты теста, прими предложение своего врага. Поверь старой лисе. Скоро он жестоко пожалеет о том, как был глуп.

Гостья подавила тяжелый вздох. Легко говорить человеку с сильными жестами. Аллода была женщиной скромной, но никому не позволяла издеваться над собой, над работниками или над случайными нищими у заднего входа. Ее строгий взгляд говорил о том, что словами она не шутит.

Вика брала пример именно с нее, но сейчас, советы женщины казались ей такими далекими.

Тем временем собеседница продолжала:



Марина Галимджанова

Отредактировано: 26.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться