Черный Ангел

Глава десятая КНИГА

Прежде чем поужинать, пришлось сходить в магазин за необходимыми продуктами: мама собиралась приготовить мое нелюбимое брокколи по-французски.

Итак, в шесть часов вечера, когда город накрыли сумерки и засквозил привычный мекксфордский холод, я вышла из дома с родительским кошельком, а именно — с маминым. Кстати, отныне я пообещала себе, что больше никогда в жизни не надену высокий каблук. После случая в школе мне хватило.

Я шла вдоль белого забора одного из частных домов, любопытно разглядывая все, мимо чего проходила. Мысли о маминых проступках грозились снова вонзиться в мозг, но я всяческими способами забивала голову другой ненужной и спасательной информацией. Спасательной — потому что любая другая информация поможет не разнести что-нибудь от злости. На самом деле да, я злилась очень сильно. Подросткам в моем возрасте далеко не нравится, когда ими так неумело командуют. Особенно те, кто их давным-давно бросил.

«Раз о маме думать опасно для моих нервных клеток, — размышляла я, — то лучше подумаю о Тренте».

Или даже лучше, если я его увижу.

Так или иначе, но его я не встретила за всю дорогу до магазина.

— «Солнце Мекксфорда», — прочла я название, — да, наверное, единственное.

Возле магазина я обнаружила дружную парочку, достаточно колоритную и всеми уважаемую — просто о них шепчутся много. Брюнетка со слегка синим отблеском волос, одетая в черный с головы до ног, и высокий голубоглазый блондин в кожаной куртке стояли возле байка и о чем-то оживленно болтали. Учитывая всю мою скромность, я постаралась пройти к входу как можно быстрее и незаметнее.

— Эй, Фиби! — крикнул тот блондин.

Я с провалом остановилась и повернулась к ребятам: они стояли на немаленьком расстоянии и все равно смогли увидеть меня. Ох, ну если я смогла…

Их зовут Анна и Люк, оба одноклассники. Общаться — не общаемся, но относимся друг к другу хорошо. Например, когда мы играли в волейбол на физкультуре, я нечаянно заехала мячом по Линкольну, тот разозлился и подошел ко мне, чтобы сказать пару ласковых слов, но Люк заступился и сказал Линкольну проваливать. А Анна однажды выручила на литературе: мы сидели за одной партой, и миссис Доэрти устроила тестовую проверку домашней работы. Я ничего не готовила, тогда как Анна — наоборот. Она помогла мне, точнее, сделала не только свой тест, но и мой. Я не знала, как ее отблагодарить, и Анна просто сказала «не за что».

— Как дела? — спросила я, подойдя поближе.

— Так, стоим, болтаем, — махнул рукой Люк. — А у тебя?

— Голодная, — неловко улыбнулась я и кивнула в сторону магазина. — Я, наверное, пойду.

— Удачи, — растерялся Люк, рассчитывая, что уделю беседе хотя бы пару минут.

Этот парень, по слухам школьных сплетниц, любит спорт — что заметно — и ходит на бокс. Из увлечений ему нравятся байки, как раз на нем он и подогнал сюда. Еще говорят, он хороший и верный друг. За ним все девчонки бегают, включая Джулию. Хотя нет, она не бегает, она просто тайно влюблена. Но что теперь говорить, если она успела втюриться в Трента?

Анна — гот. Эта девушка из тех, кто любит мистику и кровь. Она холодна по отношению ко всем, а общительная только с Люком. Скорее всего, только он ее понимает. Цвет кожи у Анна очень бледный, как будто она ни разу не была на солнце, одета своеобразно, по-готски: короткая черная юбка, свисающий с шеи брелок в виде черепа, волосы собраны в два хвоста, над верхней губой слева — небольшая родинка. Думаю, настоящая.

Блондин смутно улыбнулся, глядя на меня, а Анна почему-то стояла боком ко мне и что-то читала. Не знаю, была ли она вообще в курсе моего присутствия. Я опустила глаза вниз и потопала к входу.

В магазине достала из кармана список, составленный мамой, и пошла искать необходимое, захватив корзину. Странно, что магазин назван не супермаркетом — слишком много товаров и огромное место. Идя с едущей передо мной корзиной, я невольно издавала стук обувью по кафельному оранжевому полу: подошва на балетках была очень крепкой.

Купив практически все, я потянулась за последним: за молоком для какао — Нил его обожает. Упаковка была слишком длинной и немного застряла между полками. Немного дернув за ее, я задела другую упаковку — и она шлепнулась на пол. Я мигом осмотрелась: в молочном отделе никого. Потянувшись, чтобы подобрать упаковку, я столкнулась с чьим-то лбом.

— Анна? — выпрямилась я.

— Услышала, как что-то упало, и прибежала сюда.

— Быстро это ты, — улыбнулась я и поставила молоко обратно на полку. — Спасибо.

— Слушай, мы вроде как не общаемся, но я услышала о происшествии и решила тебе кое-что рассказать. Я бы просто так ни к кому не подошла и не стала внушать никчемную ересь, просто мне стало интересно.

— Интересно? Что здесь интересного? — спросила я.

— Вся школа говорит, что на тебе ни царапинки. Некоторые считают это пиаром, а некоторые, например я, понимают, что тебе это не надо, но нельзя увернуться от грузовика и не заработать ни единого ушиба.