Черный Барон

Размер шрифта: - +

IV

Сон как рукой сняло. Дмитрий резко сел на постели, буквально оглушенный страшным известием. Несколько секунд парень молчал, пытаясь осознать услышанное. Мысль о том, что Олега не стало, казалась какой-то дикой и жестокой. Еще несколько часов назад они вместе сидели в баре, обсуждали разную чушь и опустошали бутылку коньяка. У Койота были планы на завтрашний день и на последующие годы. Этот парень хотел жениться, построить себе огромный дом и купить телепорт – устройство, о котором так часто шелестели газеты и галдели в телевизионных программах.

Нужно было что-то ответить Ивану, но все слова будто испарились. Казалось, вообще никаких слов никогда не существовало, была только ослепительная, оглушающая пустота.

Дима смог задать лишь один единственный вопрос, и его голос прозвучал как-то глухо и незнакомо:

– За что?

– Не по телефону, – сухой, будто щелчок хлыста, голос Ивана. – Встреть меня через три часа в Шереметьево.

С этими словами друг положил трубку.

В телефоне раздавались гудки, но Дмитрий будто не слышал их. Он смотрел невидящим взглядом куда-то в стену, все еще пытаясь осознать случившееся. Все вопросы отступили на задний план, оставив одну отравляющую мысль: возможно, если бы он не ушел, его лучший друг до сих пор был бы жив…

– Чё там у тебя? – сонно поинтересовался сосед по комнате. Он вернулся с ночной смены всего полчаса назад и едва успел задремать, как внезапно настойчивый телефонный звонок вырвал его из сна. Мужчина уже собирался было разораться на Лескова за проклятый мобильник, однако, взглянув на его бледное лицо, понял, что сейчас не самое подходящее время. – Слышь, пацан, чё у тебя?

Дмитрий отрицательно покачал головой, мол, ничего, а затем начал молча собираться. Все привычные действия в это утро происходили у него на автомате в каком-то непонятном тумане. Сосед пытался спросить еще что-то, но Лесков продолжал игнорировать его. Он не желал, чтобы посторонние сейчас лезли к нему. В данный момент хотелось только одного – поскорее увидеть Ивана.  Раз Пуля отказался разговаривать по телефону, скорее всего, у него было что рассказать. Быть может, он даже знал имя убийцы.

При этой мысли сердце Дмитрия заколотилось быстрее. В такие моменты он обычно глотал несколько капсул успокоительного, чтобы вновь не вернулась та безумная боль, которую Лесков впервые почувствовал в стенах интерната.

Но сегодня о таблетках парень не вспоминал.

Дмитрий отправился в аэропорт почти сразу же: находиться сейчас в квартире было невыносимо. Хотелось куда-то идти, подставив лицо холодному ветру и дождю, словно это могло уничтожить, смыть странную тупую боль, которая свинцом начала разливаться в груди. Сознание отчаянно цеплялось за мысль, что звонок Ивана – всего лишь очередная дурацкая шутка Олега, чтобы поржать, когда он, Лесков, ошалелый припрется в аэропорт.

Стоя в вагоне метро, Дима прокручивал в памяти весь вчерашний день. Он лихорадочно пытался вспомнить, говорил ли Олег что-то о своих возможных врагах, выглядел ли он хоть немного взволнованным. Но нет, Койот не нервничал. Напротив, казался расслабленным и чертовски довольным. Его встреча с Бранном состоялась весьма удачно, и теперь парень должен был вернуться с хорошими вестями к своему начальству. И к Милане.

Милана… Дима даже забыл о том, что Олега в Питере ждала любимая девушка. Иван наверняка уже сообщил ей о случившемся. Скорее всего, они прилетят вдвоем. Возможно, ей что-то известно о проблемах Олега? Койот не был особо скрытным. Если Иван молча запирался со своими неприятностями, то лидер их «стаи», напротив, любил обсудить все до мелочей. Так ему становилось легче, а большинство проблем и вовсе за разговором теряли свою важность.

Мысль о том, что придется успокаивать еще и горем убитую девушку, показалась невероятно тяжелой. Диме вдруг почудилось, что, если он увидит слезы Миланы, то все подтвердится: Олег действительно окажется мертв. Придется искать слова утешения. Но в таких случаях нет слов. В таких случаях вообще ничего нет, кроме адреса, где будет похоронен умерший...

В аэропорту было многолюдно. Люди встречались и прощались, держа в руках сумки или катя за собой внушительных размеров чемоданы. Кругом слышались разговоры, то и дело раздавались объявления, которые никто никогда не мог расслышать. Кто-то в спешке бежал на самолет, кто-то неторопливо попивал кофе в местном кафе. В этом здании поразительно ловко уживались надежда и разочарование, радость и тоска, любовь и ненависть.

Пуля не сильно изменился с тех пор, как Дима видел его в последний раз. От прежнего Ивана Бехтерева осталось практически всё, разве что взгляд парня стал более жестким, а одежда – более классической. На нем больше не было спортивных костюмов, мешковатых баек с капюшоном и потрескавшихся от старости кроссовок. Навстречу Лескову вышел молодой человек в черной кожаной куртке, темно-синих джинсах и теплых осенних ботинках.

В первый миг встречи они не сказали друг другу ни слова. Друзья крепко обнялись, хотя ни тот ни другой прежде не любили « сопливые обнимашки».

– Раз в жизни… Раз в жизни его оставил, – сдавленно произнес Иван, пытаясь сдержать слезы. – Знал же, что надо было ехать с ним... Если бы я только мог предугадать...

– Хватит, – резко перебил его Дима. Он не мог слышать этих слов, насквозь пропитанных отчаянием, потому что боль утраты была слишком свежа. В этот момент Лесков заставлял себя думать о чем-то другом, потому что в глазах стояли постыдные слезы. – Идем отсюда. Найдем более спокойное место.

Иван глубоко вздохнул и, отстранившись от друга, молча кивнул.

Позже они сидели в небольшом кафе, достаточно пустом, чтобы можно было поговорить о случившемся. Посетители не обращали внимания на двух парней, устроившихся за столиком поодаль, лишь официантка с иронией сообщила своей коллеге:



Дикон Шерола (Deacon)

Отредактировано: 12.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться