Черный Барон

Размер шрифта: - +

IV

Сон как рукой сняло. Дмитрий резко сел на постели, буквально оглушенный страшным известием. Несколько секунд парень молчал, пытаясь осознать услышанное. Мысль о том, что Олега не стало, казалась какой-то дикой и жестокой. Еще несколько часов назад они вместе сидели в баре, обсуждали разную чушь и опустошали бутылку коньяка. У Койота были планы на завтрашний день и на последующие годы. Этот парень хотел жениться, построить себе огромный дом и купить телепорт – устройство, о котором так часто шелестели газеты и галдели в телевизионных программах.
Нужно было что-то ответить Ивану, но все слова будто испарились. Казалось, вообще никаких слов никогда не существовало, была только ослепительная, оглушающая пустота. Но вот наконец Дима задал единственный вопрос, и его голос прозвучал как-то глухо и незнакомо:
- За что?
- Не по телефону, - сухой, будто щелчок хлыста, голос Ивана. - Встреть меня через три часа в Шереметьево.
С этими словами Иван положил трубку.
В телефоне раздавались гудки, но Дмитрий словно не слышал их. Он смотрел невидящим взглядом куда-то в стену, все еще пытаясь осознать произошедшее. Сейчас все вопросы отступили на задний план, оставив одну отравляющую мысль: что было бы, если бы он, Дима, не ушел? Быть может, Койот до сих пор был бы жив, и самое страшное, что ему угрожало, было бы тяжелое похмелье?
- Чё там у тебя? – сонно поинтересовался сосед по комнате. Он вернулся с ночной смены всего полчаса назад и уже было задремал, как внезапно настойчивый телефонный звонок вырвал его из сна. Мужчина уже собирался разораться на Лескова за проклятый мобильник, однако, взглянув на его бледное лицо, понял, что сейчас не самое подходящее время. – Слышь, пацан, чё у тебя?
Дмитрий отрицательно покачал головой, мол, ничего, а затем принялся молча собираться. Все привычные действия в это утро происходили у него на автомате в каком-то непонятном тумане. Сосед пытался спросить что-то, но Дмитрий продолжал игнорировать его. Он не хотел, чтобы посторонние сейчас лезли к нему. В данный момент хотелось только одного – поскорее увидеть Ивана.  Раз Пуля не захотел разговаривать по телефону, скорее всего, у него было что рассказать. Быть может, он даже знал имя убийцы. При этой мысли сердце Дмитрия заколотилось быстрее. В такие моменты он обычно глотал несколько капсул успокоительного, чтобы вновь не вернулась та безумная боль, которую Лесков помнил со времен интерната. Но сегодня о таблетках парень не вспоминал.
Дмитрий отправился в аэропорт почти сразу же. Находиться сейчас в квартире было невыносимо. Хотелось куда-то идти, подставив лицо холодному ветру и дождю, словно это могло уничтожить, смыть странную тупую боль, которая свинцом начала разливаться в груди. До последнего хотелось внушать себе мысль, что звонок Ивана – эта очередная дурацкая шутка Олега, чтобы поржать над Лесковым, когда он припрется в аэропорт. Вот только Иван никогда бы не согласился на такой розыгрыш. Этот парень был в разы серьезнее Олега, и, как только он стал старше, то стал забраковывать подобную дурь, едва услышав о ней. Койот не раз пытался разыграть Диму разными нелепыми звонками. Последняя его шутка была о том, что Енот решил переключиться на мужиков, поэтому отращивает волосы и бешено худеет.
Стоя в вагоне метро, Дима прокручивал в памяти весь вчерашний день. Он лихорадочно пытался вспомнить, говорил ли Олег что-то о своих возможных врагах, выглядел ли он хоть немного взволнованным. Но нет, Койот не нервничал. Напротив, он казался расслабленным и чертовски довольным. Его встреча с Бранном состоялась весьма удачно, и теперь парень должен был вернуться с хорошими вестями к своему начальству. И к Милане.
Милана! Дима даже забыл о том, что Олега в Питере ждет любимая девушка. Иван наверняка уже сообщил ей о случившемся. Скорее всего они прилетят вдвоем. Возможно, ей что-то может быть известно о проблемах Олега? Койот не был особо скрытным. Если Иван молча запирался со своими неприятностями, то лидер их «стаи», напротив, любил обсудить все до мелочей. Так ему становилось легче, а большинство проблем и вовсе за разговором теряли свою важность.
Мысль о том, что придется успокаивать еще и горем убитую девушку, показалась невероятно тяжелой. Диме вдруг почудилось, что, если он увидит слезы Миланы, то все подтвердится. Олег действительно окажется мертвым. Придется искать слова утешения. Но в таких случаях нет слов. В таких случаях вообще ничего нет, кроме адреса, где будет захоронен умерший...
В аэропорту было многолюдно. Люди встречались и прощались, держа в руках сумки или катя за собой внушительных размеров чемоданы. Кругом слышались разговоры, то и дело раздавались объявления, которые никто никогда не мог различить. Кто-то в спешке бежал на самолет, кто-то неторопливо попивал кофе в местном кафе. В этом здании соседствовали надежда и разочарование, радость и тоска, любовь и ненависть.
Пуля не сильно изменился с тех пор как Дима видел его в последний раз. От прежнего Ивана осталось практически всё, разве что взгляд парня стал более жестким, а одежда - более классической. На нем больше не было спортивных костюмов, мешковатых баек с капюшоном и потрескавшихся от старости кроссовок. На встречу Лескову вышел молодой человек в черной кожаной куртке, темно-синих джинсах и теплых осенних ботинках.
В первый миг встречи друзья не сказали друг другу ни слова. Они крепко обнялись, хотя ни тот, ни другой обычно не любили дурацкие «обнимашки». Но, то ли ни один из них не мог найти подходящих слов, то ли это было единственное правильное действие.
- Раз в жизни! Раз в жизни его оставил, - сдавленно произнес Иван, пытаясь сдержать слезы. – Знал же, что надо было с ним поехать... Если бы я только мог предугадать...
- Хватит, - перебил его Дима. Он не мог слышать этих слов, насквозь пропитанных отчаянием, потому что вряд ли сумел бы сам сейчас сдержаться. В этот момент Лесков заставлял себя думать о чем-то другом, потому что в глазах стояли постыдные слезы. – Идем отсюда. Найдем более спокойное место.
Иван глубоко вздохнул и, отстранившись от друга, молча кивнул.
Позже они сидели в небольшом кафе, достаточно пустом, чтобы можно было поговорить о случившемся. Посетители не обращали внимания на двух парней, устроившихся за столиком поодаль, лишь официантка с иронией сообщила своей коллеге:
- Как тут выйдешь замуж, когда даже молодые и симпатичные начинают бухать, уже не дожидаясь вечера?
Дмитрий и Иван действительно заказали лишь по сто грамм коньяка. Когда девушка принесла заказ, Дима первым задал вопрос:
- Что тебе известно?
Иван знал немногое. Было известно, что такси, в котором ехал Олег, вылетело на встречную полосу. Произошло лобовое столкновение с грузовиком. Водитель фуры остался жив, а вот такси смяло до задних сидений, тем самым убив и таксиста, и его пассажира. Все выглядело, как несчастный случай, мол, Олег опаздывал в аэропорт, поэтому таксист заметно превышал скорость и стремился обгонять. Однако кое-кто из свидетелей утверждал, что была еще машина. Черная с тонированными стеклами. Именно она спровоцировала столкновение, после чего преспокойно скрылась с места.
- Это не авария, а спланированное убийство, - процедил сквозь зубы Иван. – И самое дерьмовое то, что заказчик – серьезная шишка, поэтому с тюряги он запросто соскочит. И вряд ли кто-то из наших рискнет устроить ему расправу.
- Ты знаешь заказчика? – Дмитрий резко подался вперед.
Иван криво усмехнулся:
- Старшие поговаривают, что это московские. В эту поездку Олег встречался в неким Бранном, и вроде бы разговор у них прошел нормально. Однако Бранн всегда славился своей непредсказуемостью. Он как бешеная псина: никогда не знаешь, набросится или позволит уйти. Он – больной на всю голову мудак, который может убрать неугодного даже за косой взгляд. Олег кичился, что с ним Бранн будет разговаривать с уважением, поэтому вполне мог нахамить ему. Говорят, Бранн даже отказался прийти на ужин в честь заключения сделки.
- Но он пришел, - еле слышно произнес Дмитрий. – Я видел его собственными глазами. И мне не показалось, что Олег каким-то образом проявил неуважение.
- То, что для тебя кажется нормальным, для Бранна – повод для убийства. Говорю, он ненормальный. Люди не хотят иметь с ним ничего общего, потому что он неадекватен. И если бы он просто был отбитым на всю голову быдлом, так нет – все его аристократические замашки, дорогие вина и любовь к классической музыке делают его еще большим психопатом. Старшие не хотели ехать к нему на встречу, потому что в прошлый раз он таким же образом порешил одного из наших. Сказал, что не потерпит неуважения. А в этот раз Олег сам вызвался. Мол, Бранн, как и мы, оказывается, детдомовец, может, в этот раз помягче все пройдет. Вот и прошло. Сука!
Дмитрий слушал, и в его памяти складывался портрет человека, который вероятнее всего был причастен к гибели Олега. Волосы цвета вороного крыла, болезненно-бледная кожа, темно-карие, почти черные глаза. Внешне он больше походил на какого-то колдуна, нежели на обычного человека. Высокий и худощавый, облаченный в строгий черный костюм, отчего выглядел еще бледнее. Говорил он тихо, двигался медленно, а лицо практически не выражало никаких эмоций. Было сложно понять, о чем думает этот человек, что чувствует. Он был безупречно вежлив и поразительно спокоен, словно кукла, в которую вдохнули частицу жизни. Если то, что говорил Иван, было правдой, что могло не понравиться этому человеку? Что могло оскорбить его? То, что все за столом в момент его прихода были пьяны? Но ведь Бранн отменил встречу, сообщив, что не сможет присутствовать. Или, быть может, его оскорбило присутствие за столом официанта? В какой-то миг Бранн действительно даже проявил к Лескову интерес. Неужели именно решение оставить Диму за столом стало для Олега роковым? Или произошло что-то еще, что-то более серьезное?
- Ты связался с теми ребятами, что сопровождали Олега?
- Они улетели раньше него – все живы и невредимы. Олег решил лететь следующим рейсом, потому что хотел встретиться с тобой. Он не ожидал, что встретит тебя вчера. Думал до вылета с тобой кофе выпить. И видишь, как все получилось... Сейчас старшие пытаются выяснить, что произошло у Олега с Бранном на встрече, но не думаю, что Тощий и остальные могли что-то заметить. Я знаю, что, если я пристрелю Брана, то буду уже не жилец. Однако я не могу закрыть глаза на то, что он убил Олега.
- А между Олегом и вашими не было никаких конфликтов? – решил все-таки спросить Дима. Он тоже склонялся к тому, что все это – дело рук Бранна, но все же посчитал нужным задать вопрос, ответ на который и так уже знал.
- Нет. Олега уважали и любили.
- Может, кто-то испытывал к нему зависть? Он говорил, что быстро поднялся...
- Говорю же, нет! Он был лидером и другом. Не знаю, решатся ли старшие отомстить за Олега, но сам я этого так не оставлю.
Дима молчал. Само собой, на убийство Олега нельзя было закрывать глаза. И, если Бранн действительно виновен в его смерти, он должен за это ответить. Но с этим человеком нельзя было играть в открытую.
- Не нужно его «пристреливать», - еле слышно произнес Лесков. – Если человек так любит несчастные случаи, нужно дать ему возможность почувствовать это удовольствие на себе.
- Что? Вытолкнешь его в окно? – усмехнулся Иван. – А затем получишь дюжину пуль от его охраны.
Дмитрий отрицательно покачал головой. Он не знал, получится ли у него провернуть то, что он задумал, но, если Бранн – заказчик, жить ему осталось недолго.
- Где я могу найти этого человека? Где с ним встречался Олег?
- Каждый вечер он ужинает в ресторане «Боно», якобы ему нравится вид на город. В семь часов вечера можно застать его там. Но что ты собираешься делать?
Иван непонимающе смотрел на друга. Лесков вел себя странно, а его нежелание объяснять ход своих мыслей нравилось парню еще меньше.
- Уж не собираешьcя ли ты явиться к нему и застрелить у всех на глазах? – снова спросил Пуля. Дима молча допил свой коньяк и произнес:
- На данный момент я хочу всего лишь поговорить с ним.
- С ума сошел? Как только ты выйдешь из ресторана, он убьет тебя! Ты не должен светиться.
- Лучше скажи мне, Милана уже знает? – Дмитрий решил перевести тему. То, что Иван может попробовать ему помешать, не сильно волновало его. В конце концов, когда Лескову было нужно, он умел убеждать. Хотя бы на пару часов.
Вопрос о Милане заставил Ивана помрачнеть.
- Знает. Я запретил ей лететь со мной, сказал, пусть временно поживет у подруги. Мало ли кто-то захочет расправиться еще и с ней.
- Как она?
- Нормально, - парень вздохнул и потер лицо руками. - Мне всегда казалось, что Олег любил ее гораздо больше, чем она его, поэтому, думаю, она справится. Расплакалась, конечно, девка все-таки, но мне не кажется, что она будет одна слишком долго. Милана не относится к безутешным вдовам, которые кидаются в могилу следом за мужем. Она даже замуж за него не хотела. Да... Со всем случившемся забыл. Позвонить же надо...
С этими словами Иван достал телефон и быстро набрал чей-то номер. Несколько секунд он слушал гудки, после чего раздался женский голос.
- Наталья Борисовна, здравствуйте. Как там мелкая? Температура спала? А, хорошо... И что врач сказал? То есть, простуда, не вирус? Ясно. А дайте мне мелкую?
Дима невольно усмехнулся, наблюдая за тем, как Иван разговаривает с ребенком. Он задавал ей какие-то вопросы, а на том конце провода детский голосок радостно щебетал, не заботясь о том, что не выговаривает какие-то согласные. Олег говорил, что тоже хочет заиметь детей, но хотел завести себе двух пацанов.
«Что с девчонками делать? Пока их замуж выдашь, поседеешь. А пацанов научил зарабатывать – и свободен», - говорил он.
Дима отвлекся от воспоминаний, заметив, что Иван пытается распрощаться с ребенком, но девочка начала всхлипывать и просить его вернуться домой.
- Я привезу тебе подарок, - попытался успокоить ее Иван, но не тут-то было. Благо, на той стороне подключилась няня, и новоиспеченный отец наконец положил трубку.
- Говорят, дети чувствуют, когда с их родителями может случиться какое-то дерьмо, поэтому начинают плакать и изо всех сил удерживать их подле себя. Даже заболевают. Я вот сейчас сижу и думаю, что с ней будет дальше, если начнется заварушка с Бранном. И при этом понимаю, что от друга я не отступлюсь. За Олега я буду мстить... Ромка приедет в ближайшие дни - он в командировке застрял. Как только вырвется, так сразу... Игорь в Турции, говорит, работы много, но на похоронах скорее всего будет. Предлагаю сейчас съездить в ментовку, там наши работают, расскажут, что по чем. И потом не забудь... Крестик тебе надо забрать.
- Какой крестик? – не понял Дима.
- Олег как только подтянулся к движению то и дело повторял мне, что, если с ним что-то случится, он хочет, чтобы его часы стали моими, а нательный крестик – твоим. Крест – единственное, что у него было от родителей. Черт возьми, как будто накликал!
Лесков судорожно сглотнул. Какое-то время ему казалось, что пустота немного отступила, сдалась, обожженная коньяком и встречей со старым другом, но слова о крестике Олега внезапно вернули ее с новой силой. Сейчас Дима решил поступать так, как этого желал Иван, то есть следовать за ним, пытаться выяснить новые подробности смерти Олега. Но вечером, около шести тридцати, Лесков оставит своего друга в кофейне неподалеку от гостиницы «Украина». Именно в ней находился ресторан, который любил посещать Бранн. С видом на город. Позже Иван будет слабо помнить о том, что происходило с ним. Он закажет себе сначала одну чашку кофе, затем вторую. Все это будет происходить на автомате, поэтому он даже не будет отвлекаться на телефонные звонки от Бритоголового и Миланы. Просто будет смотреть в окно на проезжающие мимо автомобили и ждать, когда Лесков вернется за ним.



Deacon

Отредактировано: 12.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: