Черный Барон

Размер шрифта: - +

V

Наверное, впервые время текло настолько неторопливо. Оно всегда замедляет бег перед чем-то значительным и неопределенным, словно побаивается грядущего будущего. Стрелки нехотя перемещаются по циферблату, до последнего цепляясь за деления.
Ожидание всегда давалось Дмитрию тяжело, и особенно остро это чувствовалось сейчас. Нервы были на пределе, а сердце колотилось так сильно, что, казалось, его стук слышали все прохожие. Лесков понимал, что с минуты на минуту он ввяжется во что-то  такое, отчего потом невозможно будет просто отмахнуться. Это как погрузиться по шею в трясину и затем пытаться убедить себя, что купаешься в прозрачной речке. Если нет троса или того, кто тебя вытащит, ты пропал.
Дмитрий вошел в гостиницу «Украина» около пятнадцати минут восьмого. Он видел, как через главный вход в здание заходил Бранн, но преследовать его не торопился. В этот раз мужчина был не один – его сопровождала высокая стройная блондинка в бежевом пальто.  Она бросила снисходительный взгляд на швейцара, открывшего им двери, а затем гордо прошла вовнутрь. Бранн последовал за ней.
Оказавшись в ресторане, Бранн и его спутница заняли один из лучших столиков и принялись изучать меню. Несмотря на то, что девушка была русской, разговаривали эти двое исключительно по-французски. Блондинка явно гордилась мужчиной, напротив которого сейчас сидела, поэтому она то и дело окидывала взглядом ресторан, надеясь увидеть кого-то из знакомых. И еще больше надеясь, что кто-то увидит здесь ее.
- Где ты планируешь встречать Новый Год? – поинтересовалась она у Бранна, после чего обронила якобы невзначай, - у меня много предложений, но я пока не определилась. Наверное, буду скучать где-нибудь в Швейцарии.
- Эмилия, - мягко произнес Бранн. - Мои праздники из года в год протекают совершенно одинаково. Бутылка красного вина, легкая закуска и какое-нибудь старое кино. Для меня эти дни – единственные, когда я по-настоящему могу отдохнуть от людей.
- На мой взгляд, Новый Год – семейный праздник. Если хочешь, ты всегда можешь присоединиться ко мне, и я буду рада видеть тебя рядом. Ты ведь знаешь, я... очень ценю наши отношения.
Бранн пропустил это признание мимо ушей. Он ограничился очередной улыбкой, достаточно теплой, чтобы поверить в ее искренность, но при этом прохладной, чтобы девушка не обольщалась. Эмилия была его преподавателем французского уже почти полтора года, но сблизиться с Бранном так, как как она на это рассчитывала, до сих пор не получалось. В какой-то момент она даже разорвала перспективные отношения с крупным банкиром, надеясь, что Бранн мигом займет его место. Но миллионер не торопился.  
О нем ходили разные слухи: замкнутый, одинокий и очень недоверчивый человек. Но Эмилия была уверена, что сумеет растопить его сердце. Она была красива, образована, умела вести себя в обществе, интересовалась живописью – все эти качества нравились Бранну, однако Эмилия не знала, что все это решительно перечеркивало ее высокомерие. Она презирала людей, которые по ее мнению, не достигли финансового успеха, и всё в ее поведении говорило об этом. Бранн закрывал на это глаза лишь потому, что Эмилия помогала ему практиковаться во французском. В противном случае, эта девушка давно бы избавила его от своего присутствия.
Сейчас Бранн с долей иронии заметил, как Эмилия смерила взглядом молоденькую официантку, пока он делал заказ. В глазах красавицы жирным шрифтом читалось определение «убогая», и то, что официантка это чувствует, особенно нравилось Эмилии.
- Почему люди не стремятся добиться успеха, а довольствуются только той ролью, которую отвела им судьба? – философски произнесла Эмилия, когда официантка удалилась. То, что она сама родилась в обеспеченной семье, Эмилия не считала серьезным подспорьем. Девушка любила рассказывать о том, что всего добилась сама. Но Бранн знал, что это не совсем так. Родители Эмилии жили в Монако, а их дочь отправилась покорять Москву, имея при себе внушительную сумму денег и, конечно же, связи.  
- Не все люди довольствуются отведенной ролью, - Бранн снова улыбнулся. - Кто-то становится сценаристом и переписывает судьбу под себя. Но, чтобы начать ее переписывать, нужны как минимум чернила, которых у большинства людей на этой планете катастрофически не хватает.
- Чернила? – Эмилия искривила красивые губы в усмешке. - Им не хватает ума и силы воли. Некоторые люди из нищеты поднимались, потому что сами научились создавать чернила. Как бы мне хотелось, чтобы мир очистился от лентяев, которым нечего есть, но при этом они плодятся, словно кролики. Недавно я шла по улице, и прямо на тротуаре сидела нищая. Молодая. Но уже попрошайничала. В руке она держала фотографию, на которой была запечатлена она со своим выводком из четырех детей. Все грязные и уродливые. Эта нищая обратилась ко мне, мол, подайте деткам на хлеб, и протянула в мою сторону пластиковый стаканчик. И я подала ей. Упаковку презервативов. Надеюсь, на какое-то время ей хватит.
С этими словами девушка рассмеялась. Бранн не улыбнулся. Сейчас он задавался несколько иным вопросом: чем женщина, сидящая напротив него, лучше той, что только что принимала у него заказ и уж тем более лучше той, что попрошайничает на улице? Где гарантии того, что Эмилия, родившись в нищей семьей, сама бы сейчас не побиралась, показывая людям фотографию своих детей?
Погруженный в эти мысли, Бранн не сразу обратил внимание на молодого человека, который спокойно миновал менеджера ресторана. Тот хотел было выйти ему на встречу и поинтересоваться по поводу резервации столика, но, встретившись с ним взглядом, немедленно отступил, утратив к посетителю всякий интерес. Молодой человек почему-то приблизился именно к их столику, и Бранн удивленно вскинул брови, услышав его тихий голос. Парень обращался к Эмилии.
- Выйди, подыши свежим воздухом, - произнес он, и девушка, к еще большему изумлению Бранна, послушно поднялась с места и молча направилась к выходу из ресторана. Бранн проводил ее непонимающим взглядом, после чего вновь посмотрел на молодого человека.
- Мы ведь встречались вчера? – холодно произнес он, пристально глядя на наглеца, который преспокойно занял место Эмилии. – Дмитрий?
Их глаза встретились.
- Хорошая память, - еле слышно произнес Лесков. - Может, еще вспомнишь, чем тебе Олег не угодил?   
Бранн вздрогнул и невольно скрестил руки на груди в защитном жесте. Этот молодой человек почему-то внушал ему страх. В этот момент мужчина откровенно пожалел, что оставил охрану в машине. «Бездумные шкафы», коими их окрестила Эмилия, раздражали девушку, и она попросила, чтобы они хоть раз в жизни не портили приятную атмосферу.
- Если вы думаете, что я причастен к гибели этого юноши, вы ошибаетесь, - ответил Бранн. Его голос дрогнул, но мужчина все еще пытался держать себя в руках. С ним что-то творилось, чего нельзя было объяснить. Привычное спокойствие рассыпалось в пыль. Сейчас в сознании был только страх и желание поскорее закончить этот разговор. То, что Эмилия ушла, мужчину сейчас не интересовало. Глядя на своего собеседника, он видел только его глаза, но в этот миг Бранн даже не мог понять, какого они цвета: карие? Зеленые? Синие? Медные? Само лицо парня было размыто.
- Мне жаль, что он погиб. Правда, жаль, - продолжил Бранн. Что-то словно вытягивало из него слова, и мужчина не мог и не хотел лукавить. И Дмитрий знал это. Услышав ответ собеседника, Лесков почувствовал своего рода облегчение. Но вот тревога вернулась с новой силой. Все уверенно обвиняли в случившемся Бранна, мол, Олег мог каким-то образом его оскорбить, но нет, этот человек действительно не лгал. Только не сейчас и только не в нынешнем состоянии. Но, если Бранн не при чем, то кто тогда? Не могло же это и впрямь быть несчастным случаем? Или все же могло? Олег торопился в аэропорт, подгонял водителя, и вполне возможно, что они сами стали виновниками ДТП. Но тогда почему свидетели настаивают на том, что видели какой-то автомобиль, который якобы спровоцировал аварию?
- Вы считаете, что... это был несчастный случай? – осторожно произнес Дмитрий. Он боялся, как бы его способности не заставили Бранна кивать, словно китайского болванчика, однако мужчина медленно отрицательно покачал головой.
- Не считаю, - задумчиво произнес он. – Авария спровоцирована, причем именно таким образом, чтобы она повторяла случившееся в прошлом году. Но я точно знаю, что московские Олега не трогали. Это ваши внутренние взаимоотношения, в которые кто-то весьма неумело решил втянуть и меня. Повторяю, мне жаль, что Олег погиб. Я сам терял близких, и поэтому знаю, какого вам сейчас.
- Спасибо, - с этими словами Дмитрий поднялся с места и поспешно покинул ресторан. Больше он не видел смысла продолжать этот разговор. Бранн не лгал - Лесков чувствовал это на уровне ДНК. Осталось только придумать, как убедить в этом Ивана. Передать другу слова Бранна? Однако вряд ли Пуля так просто поверит. Быть может, стоит вернуться в Петербург и попробовать встретиться с их главарем? Но в данный момент им обоим лучше всего вернуться в отель, где Иван остановился на ночлег. Это была гостиница намного проще той, в которой поселился Олег, но уж точно лучше того крысятника, в котором ютился сам Дима. Сейчас Лесков думал о том, стоит ли ему остаться в эту ночь с другом. Одного он уже потерял и теперь боялся, как бы чего не случилось с Иваном. Благо, тот преспокойно дождался его в кофейне.
Пребывал Иван все в том же дурацком состоянии, и Дмитрию пришлось вновь применить свои способности, но теперь уже затем, чтобы друг наконец выпал из своей зомбиобразной задумчивости.
- Я что, задремал? – растерянно спросил Иван, а затем, помрачнев, добавил, - Ну да, так крепко спал, что во сне вылакал две чашки кофе... Коньяк что ли паленым был? Тебе не хреново сейчас?
- Наверное, тебе паленый попался, - соврал Лесков. – Как ты, нормально?
- Да, но голова какая-то дурная. Как будто литр водки выжрал.
- Извини, - на автомате произнес Дима, чем еще больше озадачил друга.
- Ну а ты откуда мог знать? – усмехнулся Иван. - На стакане же не было написано... Короче, где бы ты ни был, сколько ни платил, а все равно не застрахован от дерьма, которое тебе могут продать в красивой бутылке.
- Ладно, - прервал его Лесков. - Поехали в отель. Расскажу, кого я сегодня встретил...
Эту ночь Дмитрий провел в номере Ивана. После случившегося с Олегом он не мог даже помыслить о том, чтобы оставить друга сейчас одного и вернуться в свою квартиру. Лесков вкратце рассказал о том, что, пока Иван дремал, он сходил на встречу с Бранном. На удивление, Пуля отреагировал спокойно. Он слушал Диму, не перебивая, иногда даже кивал. Но, едва Дмитрий закончил свой рассказ, как Иван буквально обрушился на него, как ураган на карточный домик.
- Совсем идиот? – заорал он. – На что тебе башку прикрутили? Или ты – конченый дебил, который считает, что голова нужна для того, чтобы в неё есть?
- Не ори, - спокойно произнес Дмитрий.
- Не ори? Ты вообще понимаешь, что ты натворил? Ты себе могилу собственными руками выкопал, придурок! Бранн тебе сказал, что не при чем, а ты поверил! Ты что, пятилетний? Может, ты еще в Деда Мороза веришь?
- Ты можешь не орать? – устало ответил Лесков.
- Ты точно больной на всю голову! – в отчаянии воскликнул Иван. – Конечно же, Бранн будет все отрицать. Он же не такой честный идиот, как ты.
- Говорю же, он не лгал, - Дима потер виски. – В конце концов, где доказательства, что это Бранн? Ты сам видел? Или кто-то сдал его?
- В прошлый раз он убрал точно таким же образом одного из наших. Тот был мелкой сошкой, поэтому замяли. И Олега так же «замнут»... Лесков, раньше ты мне казался самым умным в нашей компании. Но теперь я понимаю, какой ты на самом деле идиот... Валить из Москвы тебе надо! Прямо сейчас! Тебя, верняк, уже пасут!
- Иван, да ты ни хрена не знаешь! – перебил его Дмитрий. – И... Я даже объяснить тебе не могу.
- Чего я не знаю? – Пуля пристально смотрел на своего друга, чувствуя и злость, и отчаяние одновременно.
- Просто поверь мне. Бранн не убивал Олега. И никто из московских. Это кто-то среди ваших. Подумай, что могло произойти такого, отчего у него могли начаться проблемы?
- Ничего не было! Он бы мне сказал!
- Значит, что-то личное, - Дима чуть понизил голос. – Что-то, о чем он не мог сказать никому из нас. Быть может, только Миланке... Вот что я тебе скажу, Иван. Ты должен вернуться в Питер. И постараться не делать ничего. Если я сейчас припрусь вместе с тобой и пойду к твоему главарю, он сразу поймет, что что-то нечисто. Хотя бы на миг представь, что Бранн не виноват. А виноват тот, на кого ты сейчас работаешь. Что тогда?
- Тогда я лично прострелю ему башку, - воскликнул Иван. Он уже не знал, что и думать. То, что Лесков совершил роковую ошибку, парень не сомневался – Бранн так просто его не отпустит. - Но тебе все равно нельзя здесь оставаться!
- Если Бранн захочет меня найти, то найдет, уж поверь мне. Но давай все же пока обойдемся без истерик. Может, мне в аптеку сбегать за успокоительным?
- А я тогда к гробовщику, - огрызнулся Иван.
Было уже далеко за полночь, когда они наконец улеглись спать. За окном умиротворяюще барабанил дождь, словно хотел поскорее смыть прошедший день. Город плескался в лужах, кривлялся в отражениях. Небо качалось на проводах. Москва пыталась притвориться спящей, словно ребенок, которого уже поцеловали на ночь, но, едва родители отвернулись, она открыла глаза. Золотисто-желтые глаза горящих окон, рекламных щитов и фонарей. Автомобильный поток убавился, словно кто-то завернул кран, однако редкие капли машин по-прежнему срывались в темноту дорожных труб.
На утро Дмитрий проводил Ивана в аэропорт. Пуля долго не соглашался, но все же доводы Лескова взяли верх. Они решили немного выждать. Сделать вид, что поверили в виновность Бранна, чтобы спокойно понаблюдать за тем, что происходит «среди своих». Иван расскажет о том, что один из друзей Олега тоже хочет присоединиться к ним, потому что хочет отомстить за друга и добиться того, чего не успел Койот. К тому же нужно было поговорить с Миланой. Девушка могла что-то знать, хотя, наверняка, она сейчас запугана.
Когда самолет, рейс Москва-Санкт-Петербург, поднялся в небо, Дмитрий поехал обратно в свою квартирку. Теперь, когда Ивана больше не было рядом, Лесков думал о том, чего ждать от Бранна? Наверняка, этот человек не закроет на случившееся глаза, а у него, Дмитрия, был только один козырь. Сильный. Но, возможно, карта Бранна окажется сильнее.   
Район, в котором жил Дмитрий, был таким же обшарпанным и безобразным, как и его квартира. Здесь ютились самые низшие слои населения, поэтому эта местность буквально сочилась упадком и безнадегой. Скамейки были сломаны самими жителями, чтобы здешняя «элита» не собиралась на ночные шабаши. Подъездная дорога была настолько раздолбанной, что в лужах по щиколотку собиралась вода. Серые дома, серые окна, серое небо и такие же голые серые деревья, жалобно раскачивающиеся на ветру. Даже грязный фургон, припаркованный неподалеку от входной двери, был идентичного цвета. Водитель бросил на Лескова угрюмый взгляд и снова продолжил что-то бубнить в свой мобильник.
Дмитрий зашел в подъезд, на ходу доставая ключи, как внезапно тяжелый удар сбил его с ног. Парень упал на холодный пол, но разглядеть того, кто на него напал, уже не успел. Вторым ударом незнакомец оглушил его.



Deacon

Отредактировано: 12.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: