Черный Барон

Размер шрифта: - +

VI

Эта война не должна была продлиться долго. Яд, добавленный в воду, сделал большую часть работы, поэтому механическим солдатам оставалось лишь подчистить тех, кто по какой-то случайности не успел отравиться. Планета оказалась усеяна миллиардами трупов, гниющих на улицах, в машинах и собственных домах. Государственные здания по иронии судьбы изменили свое назначение – больницы превратились в многоэтажные морги, где тела больных разлагались вперемешку с телами врачей, тюрьмы представляли собой место исполнения массовой смертной казни, где покоились и приговоренные, и их конвой, а приюты и вовсе напоминали детские кладбища. Система, которую общество отстраивало веками, рухнула в течение нескольких часов, погребя под собой всех, кто не смог сбежать на Золотой Континент.

Страны, преданные собственным правительством, раскололись на города, в которые теперь стекались оставшиеся в живых люди. За эти несколько недель исчезли границы, исчезли национальности, исчезли расы. Мир поделился на две категории: «процветающие» и обреченные. И смерть последней группы была лишь вопросом времени.

Наверное, если бы не утечка формулы антидота, война закончилась бы еще быстрее. Подобные утечки случились не только в Петербурге, но и в Лондоне, Берлине, Токио, Стокгольме, Вашингтоне, Париже, Вене и еще нескольких крупных городах мира. На удивление, совет «Процветающих» воспринял эту неприятность довольно спокойно. Они предполагали, что подобное может случиться. В конце концов не все нынешние жители Золотого Континента могли запросто закрыть глаза на то, что где-то за океаном в один день должны погибнуть миллиарды невинных людей. Чтобы остальным было неповадно, совет «Процветающих» приложил все усилия, чтобы найти виновников, и в итоге в течение нескольких дней были расстреляны те, кто каким-то образом были причастны к утечке антидота.

Что касается Бранна Киву, то его случай рассматривали в несколько ином ключе. Он передал противоядие отравившемуся «процветающему», который в итоге ввиду своих моральных ценностей не пожелал, как все «нормальные люди», покинуть Россию.

- То, что Лесков сделает с полученным лекарством, я, увы, предугадать не мог, - эти слова Бранн произнес перед Советом Процветающих в свое оправдание.

В отличие от других осужденных, на допросе Киву сохранял поразительное спокойствие. Он говорил тихо, но уверенно, вежливо, но при этом не лебезя. Казалось, он был уверен в своей безнаказанности, и в конце концов у совета не нашлось достаточно аргументов, чтобы приговорить его к смертной казни. Киву имел полное право передать лекарство отравившемуся «процветающему», получившему вид на жительсто в Сиднее.

- Мысль о том, что Лесков может отказаться покинуть Россию, как-то не приходила мне в голову, - ответил Киву на очередной вопрос совета. – Он всегда стремился к богатству, и в последние годы буквально грезил о том, чтобы перебраться в Сидней. Именно поэтому он и захотел жениться на Алюминиевой Королеве. Чтобы увеличить суммы своих инвестиций в проект и тем самым заслужить место среди нас. Будь у меня информация, что он сглупит и останется в России, поверьте мне, я бы не стал давать ему лекарство. Я – не глупец, чтобы рисковать из-за него здоровьем и своей репутацией в глазах совета.

- Как же вы столько времени не могли разобраться в человеке, который являлся вашим же протеже? – с насмешкой спросил глава совета, Джордж Уилсон, крупнейший нефтяной магнат Соединенных Штатов Америки.

- Увы, - Киву брезгливо поморщился. - Это мое самое большое разочарование и с точки зрения инвестиций, и с точки зрения потерянного времени.

Слова Бранна показались судьям достаточно убедительными, чтобы его оставили в покое. В конце концов Киву действительно не славился любовью к самопожертвованию и скорее оплакивал бы испорченную картину, нежели гибель миллиардов людей. Но главным моментом в определении дальнейшей судьбы Бранна стало именно то, что он, как и Лонгвей, был «иным». Китаец лично пожелал поручиться за своего недальновидного собрата. Не потому, что испытывал к нему великую симпатию, а потому, что он и Бранн были связаны общей тайной и сейчас предпочитали держаться друг друга.

Сегодняшний совет «Процветающих» состоялся внепланово, и то, что на нем обсуждалось, стало для собравшихся неприятной неожиданностью. Меньше чем за сутки их армия потеряла почти двести механических солдат, причем произошло это в одной точке - в Санкт-Петербурге. Поначалу разработчики решили, что произошел какой-то сбой в системе, но после нескольких часов попыток вернуть связь со своими роботами, они решили посмотреть, что происходило до того, как машины отключились. Память каждого механического солдата автоматически копировалась на сервера, поэтому получался своего рода журнал-отчет о том, что видел и о чем «думал» робот.

Ответственных за зачистку Петербурга пригласили прямо на собрание. Члены совета «Процветающих» устроились в удобных кожаных креслах и мрачно наблюдали за тем, что происходит на экране. Там отображался порядок задач последнего отключенного робота.

- Как это неприятно получается, - подытожил увиденное Корнелиус Стаффорд, прежде известный, как владелец крупнейшего инвестиционного банка Великобритании. Он обвел взглядом стоявших перед ним виновников сложившейся ситуации, после чего мрачно произнес:

– Вы «не досмотрели», и в итоге мы потеряли почти половину роботов, выделенных на ликвидацию «мусора» в Петербурге. А ведь вы прекрасно знаете, сколько стоит одна такая машина.

- Мы найдем способ, как все исправить, - попытался оправдаться один из управляющих роботами. – Первым делом мы удалили Дмитри Лескоу из базы «неприкосновенных» и поставили нашим машинам задачу уничтожать себе подобных при малейшей попытке атаки с их стороны.



Deacon

Отредактировано: 12.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: