Черный Барон

Размер шрифта: - +

XXII

Вражеские машины действительно поначалу приближались к зданию по одиночке. У многих из них были повреждены руки и ноги, поэтому издалека они напоминали ходячих мертвецов с горящими лампочками вместо глаз. Какие-то из них едва тащились, и «отстреливать» их не составляло труда, но все чаще появлялись роботы, которые были практически в полной исправности. «Процветающие» сумели укрыть их среди руин и груды металлолома, прежде чем отключить, и во время зачистки улиц русскими беспилотниками эти машины каким-то образом уцелели.
Вскоре Дмитрия и его группу ждало неприятное открытие. Как бы они хорошо ни стреляли, с каждой минутой проклятых роботов становилось все больше. И, наверное, впервые за все время нахождения рядом с Фостером, участники группы были рады его присутствию. Прежде Эрик представлялся им самодовольным эгоистичным лжецом, который обожает набивать себе цену, рассказывая разные небылицы. Взять к примеру его последнюю историю о восьмидесяти роботах в Польше. Но те, кто сейчас могли видеть работу этого наемника, уже не ставили под сомнение добрую половину его «трепотни». До сих пор Эрик не промахнулся ни разу. В отличие от Руслана, Альберта и Дмитрия у него было достаточно опыта в использовании оружия, и при этом меткость, поразительная даже для полукровки. Казалось, он почти не целится. Каждое движение было выверено, каждый выстрел приносил результат.
Остальным было сложнее. Иван уступал полукровкам в скорости, ведь целиться ему приходилось дольше. Однако и он был довольно точен в своих выстрелах. Тяжелее всего приходилось Стасу. В прежней жизни он не был ни наемным убийцей, ни солдатом, ни даже охотником, как Тимур. Волошина учили спасать людей, а не уничтожать их. К тому же мужчина сильно нервничал, поэтому то и дело промахивался.
В какой-то момент ситуация начала выходить из-под контроля. Казалось, «процветающие» гнали сюда всё, что было собрано из железа и еще могло двигаться.
- Надо поднимать «пташек»! - в отчаянии воскликнул Алексей. – Эти консервы окружают нас. Вот-вот заметят и начнут палить! Мы не отобьемся.
- «Пташек», говоришь? – Кирилл Матвеевич нервно усмехнулся. – А ты знаешь, сколько их у нас осталось? И для сравнения – сколько «пташек» в распоряжении врага? Что? Нечего сказать? Вот и мне было нечего, когда Волков попросил меня до последнего не использовать беспилотники. Он так и сказал: сами погибните, так еще и город оставите без последней защиты. Как в воду глядел... Короче, держаться будем до последнего! Пока по нам не стреляют – значит, не могут обнаружить цель. Лихтин дает нам преимущество.
- Да прямо-таки, - с сарказмом произнес Фостер, оставляя попытки подстрелить очередную машину. – Они уже давно знают, кто и из какого окна по ним стреляет. Все гораздо проще: в данный момент Совет решает нашу участь.
- Возможно, они не стреляют потому, что выстрелы могут привлечь сюда «костяных», - предположил Дмитрий, тоже прекращая целиться. - Здание не рухнет в ближайшие несколько минут, если роботы откроют огонь, но за это время сюда набегут ящеры и окончательно разломают их.
- И что с того, что разломают? В любом случае «процветающие» остаются в выигрыше, - с горьким смешком заметил Стас. – Даже, если «костяные» уничтожат роботов, как мы выберемся из здания, которое окружено голодными ящерами?
- Ящеры способны чувствовать, - теперь в разговор вступил уже Альберт. Он сильно нервничал, но его голос прозвучал поразительно твердо. – В отличие от роботов, их можно напугать. Думаю, «процветающие» уже поняли, что в здании находится Дмитрий. Иначе почему «костяной» лежит у входа в здание и не реагирует на приближающиеся машины? Такое поведение для этих существ нетипично.
- Верно, - согласился Лесков. – И, так как «процветающие» знают, что среди вас я, они сделают предположение, что, как только роботы будут уничтожены, я распугаю «костяных».
- И мы безо всяких препятствий вернемся на базу, - закончил за него Альберт.
Услышав предположение Вайнштейна, Эрик тихо усмехнулся.
- Бранн Киву и впрямь подробно описал способности мистера Лескоу, - произнес он. – В числе которых, кстати, главным образом выделил не столько внушение собственной воли, сколько страха.
- Вот только Лесков не может распугать такое количество «костяных», - мрачно напомнил Кирилл Матвеевич. – Дмитрий не раз говорил, что чем больше стая, тем меньше они боятся. Сомневаюсь, что даже вместе с Вайнштейном они смогут разогнать такую свору.
- Но «процветающие» ведь этого не знают, - ответил Дмитрий. – На данный момент нам нужно выиграть время. Вполне возможно, что получится отсидеться в здании. «Костяные» тоже не будут прогуливаться здесь вечно. Когда их станет меньше, я и Альберт сможем их разогнать. А пока ученые успеют спокойно закончить свою работу.
- Складно у вас получается, - не выдержал Тимур. – Вот только ты мне скажи, Дим, как ты собираешься привлечь сюда своих динозавров? Сам ведь выбрал время, когда эти уроды спят крепче всего.
- Так пусть их разбудит тот, который внизу, - предложил все это время молчавший Иван.
- Тот, который внизу, находится за воротами, - напомнил Руслан. - Что-то я слабо представляю, как Димон передаст ему послание. Вы же сами говорили, что для этого нужен зрительный контакт.
- Я внушу ему страх, а Альберт усилит, - задумчиво произнес Дмитрий. – Тварь поддастся панике и подаст сигнал тревоги. Если сделать все правильно, мы...
Механический голос, донесшийся с улицы, не позволил Лескову закончить свою мысль. Дима прервался, не ожидая, что «процветающие» захотят обратиться к ним, и в тревоге посмотрел на Кирилла Матвеевича. А тем временем искусственный голос робота безо всяких эмоций вбивал в сознание присутствующих свои циничные слова.
- Вы окружены. Не пытайтесь оказывать сопротивление. Если прозвучит еще хотя бы один выстрел, роботы откроют огонь, и вы будете уничтожены. Это здание станет для вас склепом. Но вы можете избежать такой судьбы. Нам известно, что среди вас находится Дмитри Лескоу. Если вы сдадите его, мы не будем атаковать остальных и позволим вам беспрепятственно вернуться домой. Подумайте над нашим предложением. Зачем вам умирать за бывшего «процветающего», который лично выделял средства на уничтожение ваших близких? Мы даем вам час на принятие решения.
- Что несут эти сраные ублюдки? – вырвалось у Руслана, однако его вопрос был проигнорирован, так как следом за предложением сдать Дмитрия последовало еще одно.
- Так же мы хотим напомнить, что, если на территории Санкт-Петербурга находится американский наемник Эрик Джеймс Фостер, вы должны сдать его нам. Тогда ваш город автоматически выходит из зоны военных действий и получает статус неприкосновенного. Данный статус гарантирует вывод войск с территории Санкт-Петербурга, избавление города от генетической разработки «дзями», а так же независимость от Золотого Континента. Война уже почти закончена. Вы сами можете решить свою судьбу.
В тот же миг раздался небольшой хлопок, и сквозь разбитое окно в комнату влетел черный аппарат, похожий на дротик. Он вонзился в стену, и на ее поверхности немедленно отобразились две фотографии, на которых Дмитрий и Эрик узнали себя.
- Ну хоть не из паспорта, там я совсем дерьмово получился, - выдавил из себя Фостер, пытаясь скрыть охвативший его ужас. Примерно так же чувствовал себя и Лесков. Он встревоженно посмотрел на Кирилла Матвеевича, затем перевел взгляд на Руслана, радуясь лишь тому, что шлем не позволяет им видеть его лица.
- Время пошло, - равнодушно добавил робот, и над фотографиями высветился таймер. Красные цифры секунд сразу же начали убывать.
Темнота комнаты немного посторонилась, уступая место гротескному алому свечению. Было в этих часах что-то жуткое, настолько неестественное, что происходящее начинало походить на безумный кошмар.
Руслан был первым, кто прервал воцарившуюся тишину.
- Это правда? – хриплым голосом произнес он. – То, что они сказали про бывшего «процветающего» - это правда?
- Руслан, пожалуйста, - начал было Альберт, но Гаврилов уже резко поднялся с места и наставил автомат на Дмитрия.
- Тварь, - вырвалось у него. – Все это время я считал тебя своим другом, а ты...
- Оружие опустил! – в голосе Ивана послышалась угроза. В тот же миг он направил автомат на Руслана, ясно давая понять, что в противном случае сам выстрелит.
Дмитрий молчал. Он медленно поднялся с пола и снял с себя шлем. В полумраке его глаза окрасились медным, и Руслан ощутил, как по его коже бегут мурашки. Лесков уже понял, что без применения способностей, они уже вряд ли смогут договориться.
Однако Руслан не выполнил требования Ивана опустить оружие, и Дима продолжал находиться у него под прицелом. И все же решимости у парня заметно поубавилось.
- Я сказал, оружие опустил! – процедил сквозь зубы Иван, но Одноглазый снова проигнорировал его.
- Прекратить! – рявкнул Кирилл Матвеевич и решительно заслонил Дмитрия собой. – Неужели вы не понимаете, они специально обратились к нам. Не хватало еще чтобы мы тут друг друга поубивали.
- Я хочу убить только одного, - тихо произнес Руслан. Новость о том, что Дмитрий оказался бывшим «процветающим», больно шокировала его. Человек, которого он считал своим другом, которому доверял, которому рассказывал о своих близких, на самом деле был жадным до денег убийцей.  – Я не собираюсь подыхать за эту мразь. Если те ублюдки хотят вернуть его себе, пусть забирают. И этого, второго тоже!
- Лесков принес нам лекарство, - Стас сам не ожидал, что заступится за своего врага. – Мне куда больше хочется отдать им наемника. Если они говорят правду, то они оставят Петербург в покое, и мы сможем начать новую жизнь.
- Я вот тоже подумал про наемника, - произнес Алексей, направляя оружие на Фостера. – Нам не выиграть эту войну. Сейчас я особенно четко вижу, насколько бесплодна эта дурацкая надежда – собрать свой собственный телепорт. Да и если соберем его, что дальше? Вы думаете, к нам присоединится армия полукровок? Нет, я знаю, как все будет: мы потерпим поражение, а наших женщин, детей и родителей скормят «костяным». Лескова мы не отдадим. Он – один из нас и уже доказал это. А Фостер мне никогда не нравился.
- Солидарен с Лёхой, - подхватил Тимур. – Димку не трогать! А вот эту американскую гниду мне никогда не было и не будет жалко! Я всегда был против его присутствия рядом с нами.
- Что-то ты не очень возмущался, когда я отстреливал вместе с вами роботов, - зло произнес Эрик. Он все еще пытался держать себя в руках, но все больше людей начинало настаивать на том, чтобы сдать его врагу. И от этого парень нервничал все сильнее. Фостер понимал, что этим русским не за что его защищать, и что на их месте он поступил бы точно так же. И от этого ему сделалось чертовски страшно.
- Пожалуйста, угомонитесь, - в разговор вмешался Альберт. Все это время он переводил взгляд с одного говорящего на другого, толком не веря в происходящее. Еще недавно они все планировали, как уничтожить роботов, а потом выбраться из здания, а теперь наставляют друг на друга оружие и решают, кого сдать врагу. – Вы несете какой бред! Я тоже не ярый поклонник Фостера, но отдавать его по первому же требованию «процветающих»... С чего вы вообще решили, что они говорят правду? А убивать Дмитрия – это вообще высшая степень сумасшествия! Он столько раз жертвовал собой ради нас...
- Твой дорогой Дмитрий сам убил большую часть населения земного шара, - с горькой усмешкой заметил Руслан. – И, если он такой герой, коим вы его считаете, что же он до сих пор делает здесь? Почему сам не выйдет и тем самым не спасет свою группу?
- Потому что я – не идиот, - произнес Дмитрий. – Как тебе уже известно, я – бывший «процветающий», и я прекрасно знаю, как работают эти люди. Они пообещают что угодно, чтобы добиться своего.
- Ты просто жалкий трус! - Гаврилов буквально выплюнул эти слова. – Ссыкло, которое привыкло прятаться за спины других людей. Если сегодня кто-то погибнет, эта кровь будет на твоих руках.
- На моих руках много крови, - ледяным тоном ответил Дима. – Именно поэтому я с уверенностью могу сказать, что как только вы отдадите им меня и Фостера, вас тут же уничтожат. Единственное, что им мешает сделать это прямо сейчас – моя способность управлять «костяными». Они правильно сказали: вы можете сами решать свою судьбу. Либо довериться врагу и быть убитыми, либо действовать по плану и дать ему отпор.
- По поводу Фостера будет решать высшее руководство, - внезапно произнес Кирилл Матвеевич. Даже он не хотел брать на себя ответственность за судьбу целого города. Если «процветающие» не лгали, возможно, уже через пятьдесят две минуты и двенадцать секунд Петербург выйдет из войны. А следом, быть может, и вся страна.
- По поводу Фостера никто ничего решать не будет, - в голосе Дмитрия послышалась сталь. – Хотя бы вы, Кирилл Матвеевич, не ведитесь на эту чушь. Фостер перебил почти половину Совета Тринадцати, и он может уничтожить еще столько же. У него есть способности, которых нет ни у кого из нас. Прошу вас, не надо ничего докладывать Волкову.
- А если они не лгут? – задумчиво произнес Иван. Даже ему на миг захотелось представить, что война закончилась.
- Они лгут, - ответил Дмитрий. – Надо действовать дальше по плану. Сейчас они дали нам час. Превосходно! За это время Морозов и его люди снимут еще часть стекла. А по истечению часа мы призовем «костяных».
- Безумие! – вырвалось у Стаса. – А что потом? Будем сидеть и ждать, пока эти твари разбегутся по своим делам?
- Повторяю: как только их станет меньше, мы с Альбертом разгоним их окончательно.
В какой-то момент в комнате снова воцарилось молчание. Каждый пытался принять для себя решение, как правильно поступить и при этом остаться в ладах с собственной совестью. Если ситуация с Дмитрием была более-менее однозначной, то соблазн избавиться от Фостера становился все сильнее. Наемника и так уже ненавидели за его скользкий характер, а с теми условиями, которые предложили за него «процветающие», и вовсе хотелось сдать мерзавца безо всякого промедления. Единственным противником такого решения оставался Дима. Иван и Альберт тоже колебались, прекрасно помня, насколько хорошим бойцом показал себя этот парень. В каком-то смысле Эрик был их козырем. Да, чертовски непредсказуемым, злым, эгоистичным, насмешливым и беспринципным, но он в который раз доказал, что может приносить пользу...
Время шло, а окончательное решение до сих пор не было озвучено. Каждый задавался вопросом, как правильнее поступить, но верного решения в данной ситуации так и не находил. Никто не мог быть уверен в том, что "процветающие" выполнят свое обещание.
- Время заканчивается, - с досадой произнес Алексей, глядя на то, как на таймере начинают таять последние десять минут. – Мы должны еще раз все хорошенько обдумать и принять решение. Второго шанса нам не дадут.
- Решение уже принято, - резко прервал его Дмитрий. – Действуем так, как было договорено.
- Мы с тобой ни о чем не договаривались, - сквозь зубы процедил Руслан. – Вместо того, чтобы сидеть здесь, ты должен был выйти к ним сам и не подставлять под удар свою группу. Но ты – чертов...
- Я сказал, прекратить! – повысил голос Кирилл Матвеевич. – Больше тема не обсуждается. Лесков остается с нами, и не нужно его провоцировать. А что касается Фостера...
При упоминании наемника голос Ермакова-старшего внезапно утратил былую уверенность, и присутствующим стало ясно, что даже командир не разделяет точки зрения Дмитрия. Своим Кирилл Матвеевич считал только Лескова, которому изрядно пришлось потрудиться, чтобы добиться его расположения. Что касается Эрика, то Ермаков-старший считал его редкостным подонком, который предаст их при первой же возможности.
Эрик чувствовал на себе угрожающие взгляды солдат и все отчетливее понимал, что его шансы на выживание практически равны нулю. Эти люди сдадут его. Определенно, сдадут. И даже мнение Барона в данной ситуации не имело никакого значения. На карте стояла мифическая свобода Петербурга, пустое обещание, которое никто не собирался выполнять. Но в минуту отчаяния люди готовы поверить во что угодно, лишь бы это соответствовало их надеждам.
«Попытаться убить их? Допустим, но куда потом? Путь на Спасскую мне будет закрыт, а на поверхности я долго не продержусь», - лихорадочно думал парень.
Какое-то время присутствующие продолжали вести отчаянным спор, который с каждой уходящей минутой становился все эмоциональнее.
- «Костяные» уничтожат роботов, но в итоге мы все равно окажемся в ловушке! Если эти твари не захотят уходить, нам конец! – воскликнул Алексей. – Они ни черта не уйдут, потому что запах лихтина для них означает легкую добычу. Сраный фастфуд! Только представьте, что будет, если Лескову не удастся их отпугнуть?
- Тогда я уведу их от вас, - голос Эрика прозвучал неуверенно, словно парень пытался на что-то решиться. – Буду... приманкой.
Дмитрий резко обернулся на Фостера, не веря услышанному: неужели этот парень осмелился озвучить то, что не решился сказать он сам. Лесков и сам подумывал о том, что именно Эрик сможет сыграть роль приманки. В случае особой опасности он всегда может на какой-то момент исчезнуть, тем самым озадачив своих преследователей, а затем появиться вновь уже на плюс-минус безопасном расстоянии. Вот только Дмитрий полагал, что Эрик это будет делать под внушением.
- Если выйти через ворота, ведущие к набережной, - тихо продолжал Фостер, - можно попробовать перегнать часть этих уродов на другой берег. Тогда вам хватит времени спуститься в тоннель.
В этот момент Лесков испытал укол совести. Он ведь был готов пожертвовать этим американцем, прекрасно понимая, что шансы уйти от «костяных» даже со способностями Эрика практически равны нулю.
Фостер снял с себя шлем, и в полумраке его глаза тоже окрасились медным. В неверном алом свете этот парень показался еще моложе своих лет, однако на его красивом лице больше не было страха. Взгляд сделался острым, словно бритва, и Эрик уже с нескрываемой насмешкой добавил:
- Полторы минуты. Решайте. Либо поверите моему бывшему начальству и сдохните, либо поверите мне и доберетесь домой живыми. Во всяком случае, хотя бы часть из вас.
- Можно загнать «костяных» на мост и взорвать его, - задумчиво произнес Кирилл Матвеевич. - Поднимем одну «пташку» и проверим, насколько хорошо плавают эти ползучие гады... Не знаю, как вы, ребята, но я не верю «процветающим». Возможно, сейчас мы допускаем самую главную ошибку в нашей жизни, но я предлагаю не слушать этих выродков и действовать согласно нашему прежнему плану... Ну что молчите, парни?
- Я тоже им не верю, - сухо произнес Иван. – Они могут обещать, что угодно. Я еще удивлен, что они не потребовали сдать еще и Вайнштейна, чтобы обезоружить нас окончательно.
- Они, наверное, не думали, что вы возьмете с собой врача, - Альберт криво усмехнулся. – Я согласен с Кириллом Матвеевичем. Верить врагу глупо и недальновидно. Если хотим выжить, придется закрыть глаза на ненависть и разногласия.
Остальные нехотя начали соглашаться, и, когда все цифры таймера обратились в нули, голос робота снова донесся с улицы.
- Ваше решение? – спросил он безжизненным металлическим тоном. Алые нули начали мигать на поверхности стены, нервируя присутствующих. Казалось, вот-вот случится взрыв, который уничтожит весь Петербург.
- Сохрани нас Бог, - еле слышно прошептал Тимур, и в тот же миг Дмитрий кивнул Альберту. Вайнштейн уже знал, что ему нужно делать. Он закрыл глаза и прислушался к энергетике Лескова. Теперь она была еще более нестабильной, и в первый миг напоминала ленту, которую никак не удавалось ухватить. Но вот Альберт почувствовал ее, а вместе с ней и страх, который хлынул в его сознание ледяной волной.
«Процветающие» были практически уверены, что сейчас главные ворота Адмиралтейства распахнутся, и навстречу их роботам выйдет Дмитрий Лесков. Либо он сам решится на подобную глупость, либо его вынудят ослепленные ненавистью и страхом соратники. Но на вопрос «ваше решение?» они не услышали ни согласия, ни отказа, ни угрозы, ни мольбы. Тишину разорвал пронизывающий высокочастотный звук, настолько мерзкий, что захотелось зажать уши. Этот визг впивался в мозг, и с губ обычно тихого и вежливого Лонгвея сорвалось грубое ругательство.
- Вы сказали, что для внушения воли ему нужен зрительный контакт, - в ярости воскликнул новый заместитель главы Совета Энтони Стоун. – Вы что, посмели солгать нам?
- Разве я могу солгать «шепчущему»? – тихо спросил Бранн Киву, задумчиво глядя куда-то в одну точку. – Вы ведь использовали на мне способности одного из ваших полукровок, противиться которым я не способен.
- Тогда каким образом «костяной» отреагировал на его приказ? – спокойствие румына еще больше разозлило Стоуна, и он сорвался на крик. – Проклятье, я смотрю на вас и не понимаю, на чьей вы стороне? Зачем глава вообще принял вас в совет?
- «Костяной» отреагировал не на приказ. Он поддался страху. Но вы зря так огорчились, мистер Стоун. Они всего лишь поменяли одного врага на другого. Дмитрий Лесков – не супермен, чтобы разогнать всех этих существ. Как вы помните, ему с трудом удавалось усмирить восьмерых.
- К чему вы клоните?
- Я предлагаю отключить роботов, пока их окончательно не разломали, и позволить Лескову разбираться со своими четырехногими защитниками.
- Они в здании! Могут сидеть там хоть до скончания века! Рано или поздно «костяные» разбредутся.
- Тогда надо любезно уговорить Дмитрия и его соратников покинуть здание. Полагаю, несколько беспилотников будут достаточно убедительны.
С этими словами Бранн встретился взглядом с Энтони Стоуном, и в его взгляде заместитель главы совета прочел поразительное равнодушие. Только сейчас мужчина понял, что Киву давно определился, на чьей он стороне.



Deacon

Отредактировано: 12.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: