Черный диплом. Институт Черновиков

Размер шрифта: - +

## 12

Мы должны были перейти через портал в кабинете Сатиса. Архимаг очень почтительно разговаривал с Готаром, после чего разрешил мне вернуться в конце недели, взяв слово, что я догоню пропущенные занятия.
— А как же Гоша? За ним будет кому ухаживать?
Я посмотрела на архимага, тот стоял задумчивый, а потом сделал взмах рукой и предложил забрать грифона с собой. 
— Он твой питомец, Вероника. Лучше, если он будет с тобой, пока растет и привыкает к тебе. Они очень привязчивы.
Я своими глазами видела, как был привязчив Гоша. Когда я приходила по вечерам кормить и играть с ним, то грифон урчал, терся боками, обвивал ноги хвостом, не давая мне уйти, и любил улечься лобастой головой на колени, чтобы я почесала ему за маленькими ушками. Садовника я избегала, стараясь быть вежливой при встрече, чтобы маг ничего не заметил, ведь я так и не успела обсудить увиденное с Витей. Как же меня раздражало, что при видимой открытости, по факту все адепты были ограничены в своих контактах и времени на общение: занятия, обязательная трудовая деятельность, домашние уроки — день пролетал в мгновение ока, а вечером я еле-еле находила силы силы умыться и засыпала, едва коснувшись подушки.
Садовник ничего не заподозрил. Мне не нужно было притворяться слишком сильно, потому что я действительно выглядела уставшей.
Когда Готар сказал, что мы отправимся в замок, я, признаюсь, облегченно выдохнула — мне хотелось немного отдохнуть от всего. И от Гоши тоже.
А теперь...
— Но он достаточно крупный. Я переживаю, что не справлюсь и упущу грифона.
Двое магов мягко рассмеялись.
— Нет, Вероника. Твой грифон никуда от тебя не денется, они преданнее ваших земных собак, — сказал Сатис и глухо стукнул по каменному полу посохом. Навершие из большого камня тускло засветилось, по комнате поплыл белесый туман, плавно заворачиваясь в воронку, которая в итоге замкнулась в кокон. Второй стук посоха рассыпал туманную оболочку снопом искр, внутри которой уже сидел Гоша. Увидев меня он радостно заклекотал и потряс головой, распрямляя крылья. Я быстро подошла к грифону и успокаивающе погладила. Гоша склонил голову и прикрыл глаза.
— Хороший мальчик, хороший, — шептала ему в голову, которой он уперся мне в грудь. — Сейчас перейдем через портал и полетаешь.
— Вам лучше пересечь портал верхом на грифоне, Вероника. Так будет безопаснее.
— Согласен, — подтвердил слова архимага Готар. — Посмотри ему в глаза и скажи, что он должен пройти с нами на спине через портал. Только так он послушается и не скинет меня.
Я сомневалась, что какое-либо животное могло скинуть темного эльфа, но кивнула и выполнила, что попросил Готар.
Вскоре мы сидели рядом на мощной спине, а впереди разгорался искрами зеркальный проход на Аэлиту. Туда, куда я зареклась возвращаться.

Элиль встречал нас во дворе хорошо знакомого, приветственно держа зеленый фонарь. Волосы у него были заплетены в косу, а на плечи он накинул большой зеленый кардиган — ничего вычурного или блестящего. Таким я его любила больше всего.
Гоша вступил на землю спокойно, радостно расправив крылья и подставив их подипотоки ветра. Он гортанно завыл и почти лег на холодный песок, чтобы мы с Готаром слезли с него. Наверняка хотел нас скинуть уже давно. Не верилось, что такие свободолюбивые животные могут терпеть наездников.
— Лесные колыбельки! Что это за скотина? — Элиль спросил удивленно вперемешку с раздражением.
— Это не скотина, а мой грифон Гоша.
— Да уж, Элиль, будь поласковее к зверю. Они очень чувствительны.
И будто в подтверждение слов Готара, Гоша обиженно клацнул клювом. Элиль моргнул и фыркнул на такое замечание.
— Воспитала неженку, друид. Он теперь на каждое слово будет зубы показывать? 
Можно было бы посчитать этот тон высокомерным, но ведь это был сам Гладирит. Он всегда так разговаривал.
— Боишься? — А еще я любила поддевать его. Он так мило вспыхивал, прямо как сейчас, и обиженно поджимал губы.
— Наглая девчонка, — пробубнил себе под нос Элиль и забрал из рук Готара его мантию. — Почему так долго? Еда вся остыла.
Эту фразу эльф адресовал Белеготару, гордо задрав голову. И меня накрыла такая ностальгия, что я догнала Элиля и крепко его обняла со спины.
— Я тоже соскучилась.
Он замер, в раз скинув свою надменную маску, и улыбнулся.
— Рад слышать, а то вместо приветствия ткнули меня в злобную морду твоего грифона. — И почувствовав рывок назад, накрыл мою руку своей. — Не беспокойся. О нем позаботятся. А я позабочусь о вас и накормлю.
— Смотри, не отрави! — кинул ехидную реплику Готар, обогнав нас на дорожке. Мы оба показали ему язык в спину. Детский сад.

За разговорами наступило утро. Готар расспрашивал обо всем, вплоть до мелочей и я предельно точно старалась пересказать весь свой скудный багаж на события дней в Институте. Как оказалось, не такой уж и скудный. При пересказе в хронологическом порядке картинка рисовалась несколько иная и еще менее приятная, чем я себе напридумывала. Получалось, что в Институте велась какая скрытая игра, цель которой не ясна. Даже Готару. Он хмурился, хватался за пустую кружку с чаем, в которую Элиль в итоге всегда подливал теплый напиток, и мрачнел.
От этого вида мне становилось страшно: цвет глаз, который и так не был статичен, менялся слишком быстро, перетекая из одного в другой. Появились оттенки, которых раньше я никогда не видела.
Потом все резко замерло на стальном цвете радужки, и Готар внимательно посмотрел на меня.
— Хочешь, я скажу, что думаю об этом всем?
Я закивала как китайский болванчик.
— Ты мне не договариваешь, Вероника.
В точку! Морохир вздернул бровь и укоризненно посмотрел на меня.
— Откуда такое неверие? — упиралась я, хотя он был абсолютно прав: я не сказала про Садовника ни слова.
— Мне пытать?
Это была не фигура речи. Готар мог спокойно применить ко мне иные «методы убеждения», особенно когда чуял тайны.
— А вот по тебе, дорогой супруг, я не скучала, — нахохлившись, пробубнила в ответ, а Элиль тихо усмехнулся, после чего получил не менее злой взгляд от Готара.
— Говори уже, неразумное дитя.
— В одной из жемчужин памяти я увидела Витино воспоминание ритуала Гебо. Он был еще совсем ребенком, но тому человеку было все равно.
Картинки того кошмара опять всплыли в голове, но сейчас я не могла отогнать их, стараясь не упустить что-то нужное. 
— И тем человеком был наш Садовник в Институте Черновиков. Сейчас он занимается большим садом, всеми зелеными насаждениями в черте учебных зданий и мифическими животными. Злых действий я за ним не замечала, но в Витином воспоминании он был монстром.
— Что он за маг? — Готар слушал очень внимательно.
— Я не знаю, но Сатис — архимаг смерти, а я знаю про магические дуосы, поэтому подозреваю, что, возможно, он связан с Жизнью, как и я. Друид? Но ведь ты говорил, что их не было сотни лет.
— Говорил, — как-то медленно ответил Готар и помрачнел еще сильнее. — Что ты помнишь из того ритуала?
— Ему было все равно, если Витя умрет. Некромантов не любят, но не убивают, а этот маг будто чувствовал себя выше остальных, выше законов магии.
— У Сатиса есть дуос и этого мага нет в Институте. Ваш садовник взят для баланса в Институт. — Готар замолчал, перевел взгляд на пруд за окном, в котором отражались луны и звезды Аэлиты, и сказал: — Но это все слишком странно. Раньше садом занимался Фаэрэль, мудрый эльф, маг Жизни, и он прекрасно уравновешивал Сатиса. Но это были меры предосторожности, не более. Фатер прекрасно управляет своей силой и без дополнительных регулирующих инструментов.
— Садовник появился из-за меня?
Готар зло сжал губы и сухо ответил:
— Другой друид появился из-за тебя. Неизвестный до этого друид из верхушки МПМ появился из-за тебя. Ты понимаешь, что это значит для нас — магов из других миров?
Я опустила глаза и тихо прошептала:
— Вы обречены.
— Да, — безжалостно подтвердил Готар. — С твоим-то появлением очень многие занервничали, но посчитали, что настолько древний маг имеет право быть вне общей системы. Хотя некоторые присылали Вите милостивые просьбы убить тебя.
— Что?
— Он не рассказывал? — Готар удивленно вскинул брови. — Что бы они делали потом с расбалансированным Жнецом под колпаком МПМ, никто, видимо, не задумывался, но порывы стереть тебя в порошок возникают до сих пор.
Я приложила руку к горячему лбу и отхлебнула уже остывший чай. 
— Белеготар, твое умение вести разговор удручают меня. Зачем ты пугаешь ребенка? Неужели нельзя было сказать все не так... — тут Элиль поморщился, — прямо?!
— Я?! Пугаю?! — повысил голос раздраженный Готар. — Я не виноват, что она, — тыкая пальцем в мой прикрытый рукой лоб, — слабая человечка!
Эльф и правда в этом был совершенно не виноват, как и в том, что меня окружали злопыхатели. МПМ у всех стояло поперек горла со своими разнообразными магами, а тут еще друид. Вопрос был в другом: что планирует МПМ для меня? 
И как отголосок моих мыслей Готар зло выплюнул:
— Они не учат тебя, как должны учить такого мага! Тебе не активировали мантию! О чем думает ваше МПМ?!
— Мне тоже очень интересно, — усталость так и сквозила в моем голосе. — Но почему ты решил, что Садовник — друид? И мантию, кстати, мне не активировали в целях безопасности. Может и правильно...
Тут Готар заржал. Нет, не громко засмеялся, а конкретно ухохатывался. Редкое зрелище. Даже Элиль замер с поднятой чашкой.
— Милосердные Небеса, Вероника, ну почему ты такая добренькая?! На твоем месте я бы на кирпичики все разнес за такую «безопасность». Они не имеют права лишать мага своей родной магии. Как и проводить ритуал Гебо. Я видел Витину печать, и делал ее маг Жизни, очень сильный и умелый, поэтому у меня уже тогда закрались подозрения. А сегодня ты их подтвердила.
— Умелый? Что это значит?
— То, что тот маг может снять ее.
Я потерла виски, голова разболелась, мешая собранно мыслить. Снять печать, чтобы высвободить всю силу Вити и усилить мою? Или... чтобы убить меня?
Элиль оборвал ход моих страшных выводов:
— Готар, давайте продолжим вечером, а сейчас пойдем спать. Все устали, особенно Вероника. Пожалей ребенка.
Темный эльф нахмурился, но согласно кивнул.
— Ты прав. Пора нам по кроваткам. — Обернулся к Элилю и спросил: — Ты подарок положил?
Элиль подавил улыбку и покачал головой.
— Лесные колыбельки, в твоем лексиконе есть такое слово «сюрприз»? Я не про твои методы появляться везде неожиданно, — Элиль раздраженно вздернул бровь, — а уметь дарить презент без лишних слов?
Готар насупился как обиженный ребенок, а я глазам своим не поверила. А потом еще и вскочил из-за стола и ответил язвительно:
— Раньше на мои «сюрпризы» ты не жаловался. — И быстрым шагом вышел за дверь.
— Не обращай внимания, дитя. Белеготар Морохир ненавидит признавать свои ошибки. К обеду отойдет. Ты тоже иди, подарок не трогай, ложись спать. Приятных снов.
— Спасибо большое. Так и сделаю — спать хочу неимоверно. — Я поднялась из-за стола, но увидела, что Элиль остался на месте. — А ты?
— Я хочу кое-что поискать в библиотеке. Иди, иди, — подгоняя жестом руки.
Но подгонять меня было не нужно, я сама бежала в спальню, чтобы наконец-то спокойно поспать под боком у двух драконов.



Рина Карисума

Отредактировано: 13.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться