Черти бегали по школе

Размер шрифта: - +

15.

Не было крови. Из дыры в боку полезли один за другим (как недавно бесы из глобуса!) маленькие полканчики. Точь-в-точь такие, как тот, громадный, поверженный, только размером с новорожденного щенка. Их было, кажется, несколько тысяч. Они визгливо лаяли и даже рычали, злобно скалились и размахивали крошечными, похожими на отточенные карандаши мечами. Но они были не опасны. Синекот уже не мотал хвостом, он свернулся клубком и замурлыкал, засыпая. Олень топнул ногой – и мелкие полканы прыснули в разные стороны. Тело большого Полкана еще некоторое время сохраняло полупрозрачные контуры, а потом исчезло. Будто растаяло.

Олень тяжело задышал и повалился на бок, чувствуя, как его тело изменяется. Он вытянул переднее копыто и радостно глядел, как тяжелый костяной нарост превращается в гибкую руку с пятью пальцами. «Пусть моя одежда вернется», – быстро пожелал он. И запоздало испугался: а вдруг магия Нижнего мира перестала действовать, после того как его хозяин рассыпался на тысячи своих крохотных копий. Но желание все же сбылось – голые руки и ноги мальчишки обернули рукава и штанины грязной разодранной школьной формы. Он тихо засмеялся. И рядом с ним засмеялся еще кто-то. Это был его сегодняшний легкий всадник, его спаситель. Одному ему не победить бы в этом бою. Лешка чувствовал, что даже энергия Синекота не так сильно помогла ему, как умение махать саблей и горячая уверенность в победе этого незнакомого парнишки.

Незнакомого? Но, наверное, он все же знал, кому на выручку спешит. Иначе откуда бы он тут взялся? Олень подумал, что увидит Криса в его человеческом облике. А кого еще? Конечно, он не узнает его. Но, обернувшись, сразу спросит: «Это ты, Крис?» А тот ответит: «Да, это я». «Что же в тот раз ты так быстро умчался?» «Спешил к родителям. Но я же вернулся к тебе, как только смог!»

Лешка повернул голову, чтобы посмотреть на мальчишку с саблей. И выдавил изумленно:

– Это ты… Пена?

Его одноклассник Лешка Строев в таких же, как у него, но не настолько потрепанных школьных пиджаке и брюках сидел на корточках. Ковырял землю зажатым в руках пластмассовым чертежным угольником.

Они обнялись, похлопав друг друга по спинам. Чуть не всплакнули даже. В общем-то, это было бы простительно двум мальчишкам, только что вдвоем одолевшим жуткого монстра. В такой ситуации и у взрослого бойца могут не выдержать нервы. Но нет, вовсе они не разрыдались. Еще чего! Они просто сидели на взрытой копытами и когтистыми лапами земле и смотрели друг на друга.

– Ты, Пена, откуда здесь взялся-то?

– Да вот взялся. Если бы ты сразу мне рассказал, вместе бы пошли.

– Я не знал, что ты…

– Надо было знать, – неожиданно жестко сказал Пена. – Ты же мой конь. Разве конь один, без всадника, уходит?

– Но ведь то игра, – виновато произнес Лешка.

– Ага, игра… А ты знаешь, как мне было, когда гроб во дворе школы стоял?!

– Какой… гроб? – не понял Олень. Почему-то ему стало жутко.

– Такой, бархатом обитый. И в нем пацан мертвый, и все говорят, что это ты. А я глянул – ну, непохож. Но меня уговаривали долго, даже какой-то дядька в сером свитере приходил, психолог вроде. Почти уже уговорили. Почти поверил я, что ты умер. Еще бы немного – и не вернуть тебя. Если бы не она…

– Бабушка Вероника? – спросил Лешка. Как же он забыл о ней! Ни разу, пока был здесь, не вспомнил.

– Да не-ет, – поморщился Пена. – Бабка твоя пуще всех рыдала. Головой о гроб билась, весь лоб в синяках. Вот кому бы психолога вызвать! А она сразу сказала: пока мы верим, что он живой, его можно оттуда вытащить.

– Да кто? Кто она такая?

– У, она такая! Вернемся – увидишь.

– А мы вернемся? – удивился Лешка.

– Да ты что! Конечно, вернемся. Смотри.

Пена вытащил из-за пазухи и развернул карту с Древом и планетами вокруг него.

– Ой! Откуда она у тебя? Или это другая?

– Та самая. Только давай чего-нибудь слопаем сначала, а то сил не хватит, путь долгий.

Стоило заговорить о еде, как на земле появился поднос с завернутыми в салфетки гамбургерами, картошкой-фри и пирожными. И двумя пластиковыми чашками, из которых шел дымок и свисали ниточки чайных пакетов. У Лешки слюнки потекли. Все-таки растительная пища здорово надоела ему, пока ходил по лесу оленем. И его тезка тоже взвыл от восторга и впился зубами в горячий бутерброд.

Наевшись, они легли на землю. Посмотрели на небо. Темно-синяя пушистая тучка уплывала вдаль, сделавшись совсем маленькой. Видимо, Синекот решил, что мальчишки и без него справятся. Они помахали ему. А потом Лешка сказал:

– Все-таки это какое-то синее свинство.

– Что? – не понял Пена.

– Ну, Синекот обещал, что я найду маму. А у меня ничего не вышло.

– Не нашел? – сочувственно спросил Лешка Строев.



Anrie An

Отредактировано: 01.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться