Чертова погремушка

Размер шрифта: - +

Исполнение желаний. Часть 2

На следующее утро все произошедшее накануне показалось дурным сном. Но, войдя в метро, я поняла, что это вполне так реальность. Вокруг стояли люди как люди. Одетые в брюки, юбки, плащи, куртки. Но как только я смотрела на них чуть пристальнее, тут же видела их насквозь. Все, что было в порядке, и все, что болело. Наверно, вот так же перед дядей Пашей раскрывала свои тайны земная толща.

Но ведь я никогда не хотела лечить людей. Да и что в этом может быть порочного? Неужели мое предположение о том, что погремушка исполняет самое острое, греховное желание, было ошибкой?

Управлять жизненными токами других людей оказалось делом довольно приятным. За полчаса в вагоне метро я вылечила пожилого мужчину от аденомы простаты, молоденькую девушку от гастрита, а потом еще одного сердечника. Похоже, моя жизнь наконец обретала смысл. Помогать людям – что может быть лучше? Немного смущал путь, которым был получен этот дар, но разве я не думала, что у бога даже самое дурное дело может обернуться к добру?

Сначала хотелось моментально исцелить весь мир. Я готова была ходить по улицам и тайно лечить всех подряд. Ведь сейчас практически нет здоровых людей, у каждого хоть что-то да не в порядке. Я представляла их радость: вчера еще болело, а сегодня вдруг уже нет. Но очень скоро выяснилось, что при всей кажущейся легкости дело это не такое уж и простое. Для этого не требовалось никаких физических усилий, но душевно я выматывалась невероятно. Поэтому пришлось ограничить исцеления одним, редко двумя в день. К тому же мне приходилось довольно долго и пристально рассматривать человека в упор, а это было не всегда удобно.

А потом произошел случай, который поставил точку в моем тайном целительстве. Как-то на работе я потихоньку разглядывала старшего менеджера Марину. Она была довольно вздорной и склочной, и мы частенько с ней цапались. Вообще-то я и не собиралась исследовать ее нутро, просто рассматривала исподтишка новую кофточку замысловатого фасона (да, во мне снова проснулся интерес к тряпкам). И вдруг, помимо моего желания, кофточка словно исчезла, и я увидела огромную синюю кляксу у Марины в левой груди. Клякса шевелилась, как амеба, и тянула омерзительные щупальца во все стороны.

Да это же рак, обмерла я: диагноз каждый раз словно высвечивался в моей голове - как на большом табло. И не просто рак, а запущенный, с метастазами. Операцию делать поздно.

Я окинула взглядом весь Маринин организм. Дело плохо – красно-оранжевых пятен было слишком мало, в основном бледные, почти белые, голубоватые. И множество синих точек – везде. Собрав все полезное, я бросила светлую энергию на синюю кляксу. Но ее было слишком мало. Амеба вздрогнула, поджала щупальца, побледнела, однако не исчезла. Тогда я направила остатки на метастазы. Одна за другой гасли синие точки, но теперь оранжевого не осталось совсем, все органы были окутаны почти белым туманом.

- Что-то мне нехорошо, - вздохнула Марина, резко побледнела и тяжело осела на стуле.

Все вокруг загалдели, забегали – кто за водой, кто в поисках нашатыря, кто открыть окно. Когда она очнулась, я отогнала любопытных и присела перед Мариной на корточках.

- Слушай меня внимательно, - сказала я жестко. – Можешь, конечно, не верить, но лучше поверь. У тебя рак груди. Еще не поздно, метастазов нет. Если срочно сделать операцию, выживешь. Да, грудь отрежут, это неприятно, но после пластики даже на ощупь будет не отличить, где настоящая, а где протез.

Марина смотрела на меня с ужасом.

- Ты шутишь? – пробормотала она, и по ее щекам потекли слезы. – Откуда ты знаешь?

- Знаю, - отрезала я. – Звони прямо сейчас в диагностический центр на Сикейроса, я слышала, там неплохой маммолог. Даже если сегодня и не примут, то маммографию можно сделать в любое время. А там уже видно будет.

Марина схватилась за телефонную трубку, договорилась о приеме и вызвала такси. Когда она вышла, коллеги уставились на меня, как кобры на кролика. Я старалась говорить тихо, но комната была слишком маленькой. Наше начальство решило сэкономить на рабочих местах, и мы, десяток менеджеров, сидели в одном помещении, за столами, отделенными друг от друга символическими перегородками.

- Глупые шутки, Лена, - отчеканила Алла. – Как так можно? Ты что, врач? Или, может, экстрасенс?

- Человек, понимаешь, рентген, - тявкнула ее вечная подпевала Софочка.

- Ты, Ленка, совсем рехнулась, - прищурившись, вступил Шурик. Когда-то он неудачно пытался за мной ухаживать и с тех пор, похоже, затаил злобу. – Была б ты мужиком, могла бы и схлопотать за такие дела.

- Поживем – увидим, - я пожала плечами и вставила в уши наушники.

В конце рабочего дня в комнату зашла наша начальница Тамара.

- Девочки и мальчики, - вздохнув тяжело, сказала она. – Сейчас мне звонила Марина. На работу она не выйдет еще очень долго. Если вообще выйдет. Пока ничего не известно, но на днях ее кладут в Песочный, в онкологию. На обследование и, возможно, на операцию. Алла, ты будешь временно исполнять ее обязанности.

Когда Тамара вышла, все снова уставились на меня.

- Как ты узнала? – подошла к моему столу Алла.

- Да подожди ты, - влез Шурик. – Сказано ведь, ничего еще неизвестно, на обследование кладут.



Татьяна Рябинина

Отредактировано: 01.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться