Червонный адъ или Паденiе к звездамъ

Глава 10 (конецъ) и Эпилогъ

 - Вставай, Евген, вставай, ну чё ты, вставай же, Евген...

  Мутное ноябрьское солнце в пелене облаков. Бодрящий ветерок. Испуганное лицо Сашки. И я, лежащий на ступеньках подвала.

  - Ну же, Евген, очухался? Очухался?

  - Сашка, это ты?

  - Я, кто же ещё. Ты чё это так?

  - Сашка, где он?

  - Кто?

  - Ну профессор Угрюмов,

  - Какой? Да стой, куда же ты, стой, опять в подвал? Зачем?

  - Сашка, Сашка, некогда объяснять, закрывай скорее, где ключ, где он, закрывай. Надо полицию вызывать срочно. Там такое, такое... Сашка, ты всё равно не поверишь, полицию вызывай, у меня телефона нет, вызывай, они скоро выберутся и всем хана...

  - Ты что, башкой треснулся? Треснулся, по ходу.

  - Они там,

  - Да кто?

  - Там, эти, мертвяки, мертвяки там. Сам видел.

  - Нет там никого. Скажи спасибо, что я спохватился, пошёл тебя искать. Ну и вонища там. И жара. Видать тебя тепловой удар долбанул,

  - В смысле?

  - В коромысле. Я тебя нашёл в коридорчике. Еле увидел. Вон, рукав подрал, пока в дыру залез. Ты там на полу лежал. И крыса рядом раздавленная. Ты её, видать, ногами запинал,

  - Это его крыса, его,

  - Чья?

  - Павлика Морозова,

  - Ты чё, тролишь меня?

  - Не, не, не, Сашка, в натуре,

  - Видать, шибанулся крепко,

  - Да? Давай проверим, пожалуйста...

  - Иди и проверяй, я не полезу больше.

  Карман оказался пустым.

  - Где ключ?

  - На, держи, я его нашёл его у тебя и закрыл, когда вынес твою тушу на холодок,

  Уже по привычке я потянулся левой рукой. Металл звякнул о ступеньку. Протез по-прежнему работал с запозданием. Мой протез. Нда...

  - Знаешь, Сашка, не пойду. Давай-ка, лучше, за вискарём сходим, посидим. А я расскажу, что мне там привиделось, пока я в отключке был.

  - Это годно. Заодно и видюху твою обмоем,

  - А ты поставил уже?

  - Я её ещё час назад воткнул. А тебя всё нет и нет. Уже кипишить начал, думал, ты там надорвался дохлых крыс выносить.

  Эпилогъ

  Хлопья снежинок медленно кружатся в свете фонаря, мерцает гирлянда над вывеской магазина как раз напротив окна. Скоро Новый год... Только эта мысль, мысль, что надо поберечь силы, да и деньги, заставила меня неделю назад выйти из алкогольного коматоза. И остервенело, затворнически взяться за работу. Ещё тогда, поздним ноябрьским вечером, лихо осушив последний стакан вискаря, Сашка дослушал-таки рассказ о безумном видении, рождённом моим мозгом, пока я лежал в подвале в полной отключке. Лежал, как он сказал, "как бухой динозавр", подмяв под себя руки и уткнувшись лбом в трубу канализации.

  - Ну ты дал, - цокнул он языком, - впору ужастик снимать по такому глюку. Ты точно в сталкера переиграл. Или РЕН-ТВ насмотрелся.

  Но я не режиссёр. А вот записать попробовал. Не знаю, интересно это будет, или нет?

  Крысами больше не воняет. То есть воняет, но немного, в подвале. Одной единственной мёртвой крысой, раздавленной моим ботинком. Долго я отмывал с него запёкшуюся кровь. Крыса до сих пор там... А вот ничего другого нет. Просто коридорчик и тупик. Целёхонький пол, мирно губят трубы. Я пару раз, накидавшись в дупель, спускался туда. Нет там ничего... И никого... Кем же были эти чудовища, рождённые сном моего разума? Не знаю. Я долго гуглил, мне попадались Вениамины Угрюмовы, мёртвые и живые. Яковлевичей среди них не обнаружилось. Вбивал в поисковик и "строчки Маяковского на смерть Сталина", с трудом извлечённые из памяти, ещё не отошедшей тогда от шока. Нету. Да и не могло быть - он умер раньше Сталина. Бред слишком крепко врезался в память... Марихен. Кем же она была? Фейковый суицид... Или настоящий. Что-то о предсмертных записках. Две, вроде. Но я почему-то боюсь искать информацию. Или не хочу. Пусть останется так. На прошлой неделе мне снилось, что она звала меня из своего силиконового плена. Лампы на станции были разбиты, труп гвардейской "собаки", вывалив язык, болтался под потолком, вздёрнутый на своих же цепях. Она просила освободить её, освободить из упругого "саркофага", уже заросшего паутиной и покрытого пятнами грязи. Мы долго разговаривали, она прочитала даже какой-то свой опус. Не помню, что именно. Про рябину, что ли... Я не дослушал, так тоскливо и ужасно вдруг стало на душе... Проснулся, давясь слезами. И с разрывающейся от дикого бодуна головой.

  Забавно, второй день подряд описываю своё видение... Не сплю вторые сутки. И не ел. Очень удобно, хотя и странно. Как перестал бухать, думал, что жор нападёт. Нет. Интересно, сколько так можно протянуть. Ничего, на Новый год отожрусь. Если захочу...

  Фрося стала какая-то странная, меня это напрягает. Раньше бежала ко мне со всех ног, а теперь всё чаще прячется под кресло. А если беру её на руки - начинает мелко трястись и скулить. Но жрёт нормально, в отличие от меня. Ветеринару что ли показать её.

  Хотя, самому было бы неплохо до доктора сходить, опять фантомные боли в руке появились, ещё хуже, чем раньше. Я её не просто чувствую, она как будто сама двигается, хотя её и нет. Одно хорошо - стоит снять протез, мой почти сдохший, плохо реагирующий протез, как боли уходят. А вот грудь справа болит, и это напрягает.

  И что за странный шрам в виде пяти точек и болезненного бугра. Когда успел его получить, не помню...

  КОНЕЦ