Чешуя Змеедевы

4_Недостойный

Когда Ярина увидела его в первый раз, жутко испугалась. Огромный, грязный, лохматый оборванец сидел у ручья и пил, зачерпывая воду ладонью. Вышедшая к ручью женщина остановилась как вкопанная. Незнакомец поднял на неё невиданные в этих краях небесно-голубые и, как показалось испуганной Ярине, безумные глаза, а потом начал подниматься. Она тут же выронила полную трав корзину и бросилась бежать, убежала недалеко, больная нога подвела: подогнулась, охваченная судорогой, и Ярина упала, не сумев с ней совладать. Страшный человек приближался к ней, и что толку было пытаться отползти? Она закрыла лицо руками и заплакала. Убьёт, как убьёт, смерти она уже давно не боялась, а к насилию и унижению муж приучил.

Чужак опустился рядом с ней на колени и полез под юбку. Ярина дёрнулась, но он вдруг заговорил на незнакомом языке ласково так, успокаивающе, как с ребёнком. Нашел больную ногу и стал гладить теплыми ладонями сведённую судорогой голень. Гладил как-то по-особенному, потому что вскоре напряженные мышцы расслабились, да и усталость, накопившаяся под конец дня, прошла. Ярина замерла, не зная, как реагировать, только сердце стучало в висках. Мужчина закончил разминать ей ногу и расправил юбку, как была. Потом подсел поближе и осторожно взял женщину за плечо, разворачивая к себе. Ярина убрала руки от пылающего лица и посмотрела странному незнакомцу в глаза, подивилась ещё раз, какие они светлые и яркие, а потом будто поплыла, не чувствуя тела. Он ещё что-то говорил на своём непонятном языке, а она пошевелиться не могла, да и не хотелось шевелиться, странное спокойствие окутывало её сознание…

А потом всё кончилось, мужчина встал и пошел к ручью, поднял брошенную корзину и сложил в неё выпавшие травы, вернулся с корзиной к Ярине, та уже села и собиралась вставать. Незнакомец опустился на землю рядом с ней, хотел передать ей корзину, но тут его привлекло то, что лежало на дне: стопка желтой бумаги, плотно закрытая баночка с чернилами и перо, завёрнутое в тряпочку. Он достал листы и заглянул в них. Ярине показалось, что листать что-то и читать для него занятие привычное — неожиданно для лесного дикаря. Да и не воняло от него. Да, вид был не слишком опрятный, но создавалось впечатление, что он мылся в реке и как мог стирал свою много чего пережившую одежду. А вот сапоги были хорошие, крепкие, даже красивые и тоже непривычные для здешних мест. Но всё это она осмысливала уже потом, а сейчас ей хотела вырвать из чужих рук свои записи, но она боялась. Мужчина просмотрел её заметки о травах и зарисовки этих трав и по-доброму хмыкнул, потом аккуратно сложил всё обратно и поставил корзину Ярине на колени. И вдруг легко поднял её саму на руки и понёс. Женщина вцепилась в свою корзину и боялась лишний раз пошевелиться, не то что голос подать.

Чужак донёс её до опушки леса, поставил на землю и кивнул на видневшуюся за полем деревню.

— Идьи домои, — сказал он, старательно выговаривая слова её родного языка, будто делал это впервые.

Ярина испуганно кивнула и заторопилась по тропинке к дому, потом спохватилась, обернулась, но человека уже не было.

— Спасибо, — несмело сказал она и с сомнением огляделась: может, привиделся ей чужак? А может, и не человек это был вовсе, а дух лесной?

На следующий день Ярина, не совсем уверенная в том, что делает, постелила у ручья чистый рушник, положила на него пирог и крынку молока. Может, незнакомец просто мимо проходил, и уже давно ушел из этих мест, может, он не из тех людей, с которыми стоит продолжать знакомство. Но всё равно.

Она зашла в лес подальше, нашла подходящую полянку, поставила корзину на пень и принялась за работу. Сбор трав приносил её душе умиротворение, как и наполненный ароматами цветов воздух, и щебетание птиц, и шелест листьев. До леса путь был неблизкий, но именно здесь Ярине было по-настоящему хорошо. Она даже напевала тихонько, пока занималась делом. Собрав первую охапку трав, она вернулась к корзине и обнаружила рядом с ней аккуратно сложенный рушник и пустую сполоснутую крынку, а сама корзина была наполнена травами, точно такими, какие она собирала вчера. Поверх трав лежал букетик полевых цветов, перевитый травинкой, совсем небольшой, но собранный так искусно, что каждый цветок в нём казался красивее себя самого. Ярина долго его рассматривала, не могла оторвать взгляд, и ей подумалось, что человеку, который так составляет букет, должно быть, очень неуютно в неопрятной одежде и с нечёсаными волосами.

— Спасибо вам… Это очень красиво… — смущённо сказала она, не зная, услышит ли он.

Ответа она не дождалась, и от этого ей стало немного грустно. Но Ярина подумала, что это не самое большое разочарование в её жизни и его вполне можно пережить, поэтому села на землю возле пня, разложила на нём свои принадлежности для письма и принялась описывать очередное лесное растение. Если уж травы оказались собраны так быстро, почему не воспользоваться свободным временем?

 

Для следующего похода в лес она начала собираться ещё с вечера. Быстро скроила и сшила мужские штаны из плотной ткани, достала рубаху с вышивкой, которую в девичестве, как положено, готовила для будущего мужа, в каждый стяжек вкладывая свои добрые пожелания и мечты о семейном счастье. Не сбылись мечты, и рубаху мужу она так и не отдала, просто не смогла, соврала, что в огне пропала. Вот пусть теперь носит эту рубаху чужеземец, который сказал ей что-то ласковое на своём непонятном языке и подарил цветы. Большего счастья в её жизни, наверное, не будет. Ещё шерстяной плащ взяла, недавно купленный, который всё собиралась укоротить для себя, но руки не доходили, а теперь и не надо, ему будет в самый раз. Ещё гребень и мыло. И небольшое зеркальце, в витой раме с ручкой, купец один подарил за то, что помогла ему прибыль просчитать. Вот только на что оно ей? Чай не царевна не себя любоваться… Что ещё? Обычную простыню. Тряпки всегда нужны, а, чтобы разрезать, нож у него есть, травы-то он ножом срезал. Где он ночует, интересно? Под открытым небом? Ага, Ярина! Ты ещё в свой дом его пригласи и себя предложи! Только усмехнулась… Кому она нужна, кикимора хромоногая, которая за крупицу доброты всё готова отдать? Даже лесной бродяга не польстится… Пирог с другой начинкой уже томился в печке, а корову она с утра подоит.



Anna Gerasimenko

Отредактировано: 03.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться