Чешуя Змеедевы

8_Жертва

День у Хивана начался хорошо, с утра его попросили помочь заменить треснувший мельничный жернов на новый, который вчера приехал от каменотёсов. С работой парень справился, не отвлекли ни чужие голоса в голове, ни красивые сумбурные картинки, которые иногда ему виделись. Попытались отвлечь, но он сумел с ними совладать. Новый жернов встал на место, а старый вынесли в поле, завтра каменотёсы вернутся со своей огромной телегой и заберут.

Мужики Хивана похвалили, отсыпали пряников и леденцов. Пряники и леденцы парень раздал деревенской детворе, которая расселась на снятом жернове и начала гадать, какого интересного дела их дядьки и деды собрались с утра в Общем доме? Гадали долго, ничего умного не придумали и вскоре заскучали.

— А жернов это, ведь, всё равно, что колесо, — вдруг сказал Кинар, любознательный мальчишка десяти лет, с которым в последнее время Хиван очень сдружился.

— Ага, похоже на колесо, — согласился кто-то из ребят. — Вот только что же это будет за телега, если у неё такое колесо?

— И что за лошадь такую телегу тащить будет?

Пока обсуждали гигантскую каменную телегу и огромного могучего коня, Кинару пришло в голову, что здорово было бы закатить жернов на холм, спустить вниз по дороге и посмотреть, далеко ли укатится. И каменотёсам не придётся до деревни доезжать, жернов прям на дороге будет. Идея скатить с холма огромное каменное колесо понравилась всем, Хиван прикинул, что плохо от этого никому не будет, а наоборот, вроде как польза, и впрягся. Он без труда поставил каменный «оладушек», что был высотой в полтора человеческих роста, вертикально и аккуратно покатил к холму. Пока катил, всё было хорошо, и закатил тоже без проблем, но вот когда надо было направить жернов на дорогу, оступился, отпустил одну руку и гигантское колесо вывернулось как живое и покатилось. Как задумывалось покатилось, только в обратную сторону, к деревне… Догнать, остановить! Какой там! Кругляш набирал скорость, подпрыгивал на кочках и несся дальше. Оставалось только бежать следом и орать, что малышня во главе с Хиваном и делала.

Жернов с грохотом прокатился по главной улице, слава Богам, никого не зацепив, люди успевали вовремя разбежаться. Но вот Общий Дом деться никуда не мог, и каменное колесо со всей силы в него врезалось, проломив стену и опрокинув крышу. Когда первый шок у деревенских прошел, заголосили бабы, в Доме были их мужья, отцы и деды. Да что там! Это были самые главные мужчины Змеёвки, на силу и мудрость которых все привыкли рассчитывать. Не будет их, вся деревня всё равно, что осиротеет! Мужики со всей деревни побросали свои дела и кинулись разбирать завал. Подбежавшего Хивана и близко не пустили, побоялись, что он опять сил не рассчитает и только хуже сделает. Но потом всё-таки позвали, чтобы помог поднять крышу. Когда это было сделано, оказалось, всё не так плохо, мужики и старики вовремя сориентировались и забились в единственный уцелевший угол. Конечно, совсем без травм не обошлось, были и синяки, и ушибы, Ряха так вообще попал под бревно. Его жена рванула к нему со всех ног:

— Алек!

Уж больно страшно он выглядел с окровавленной головой. Добежала, бросилась на грудь и залилась слезами.

— Ну чего ты ревёшь? Живой я. А на голове царапина, — бормотал Ряха, пошатываясь, но удерживая на ногах и себя и жену. — Да не убивайся ты! Подумаешь, ну и сгинул бы, нашла бы себе другого, не такого бестолкового…

— Дурак! — разревелась женщина пуще прежнего.

— Что сразу дурак? Да успокойся, говорю тебе! Вон рукав в крови испачкала, куда годится? Пошли домой, мне бы полежать часок…

Окруженные встревоженными и напуганными детьми, они в обнимку пошли к дому, поддерживая друг друга на ходу. Других мужиков тоже подхватили и осмотрели, охая да ахая. Всё-таки не молодые уже, не так легко всё даётся, не так легко всё заживает и выздоравливает.

А когда страх у людей схлынул, поднялся гнев на того, кто же это злодейство сотворил. Хиван, кто же ещё? Никто другой мельничный жернов и поднять не смог бы.

— Ты зачем это сделал, паршивец?! — заорала самая шумная из баб, а другие поддержали и двинулись на парня.

Хиван побледнел и отшатнулся, попытался объяснить, что не хотел, и извиниться, но его никто не слушал, обозлённые мужики и бабы надвигались на него выкрикивая, что доколе это терпеть-то можно? Чуть не поубивал ведь всех! А что, если в следующий раз убьёт по недоумию? Пережитое только что потрясение требовало выхода, хотелось хоть что-то сделать, чтобы такого больше не повторялось, чтобы доказать самим себе, что они не слабые и беспомощные перед лицом Судьбы, что они хоть что-то могут…

«Прости меня, Ярина», — подумал Юдий и, превозмогая боль и слабость, опираясь на крепкое плечико жены, гаркнул:

— Стойте! Не трогайте его!

— Да как же так? — возмутились деревенские.

— Он понесёт наказание… Раз уж так получилось, иного выхода нет…

Да, иного выхода не было, а так у Хивана будет шанс спастись. Вдруг никакой змеи уже нет поблизости? Побродит парень по лесу и вернётся, а к тому времени народ уже остынет. А так просто забьют насмерть несчастного дурачка всей толпой, потом сами же жалеть будут… Юдий рассказал людям о змее, что снова появилась в лесу, и что Хиван, раз так провинился, отправится к ней в качестве жертвы. И гнев снова сменился страхом и неверием. На бестолкового парня уже даже глядели с жалостью.

— Не надо! — в ужасе закричал Кинар. — Это ведь я придумал жернов катить! Это я виноват! Меня надо в жертву, а не Хивана!

Мать быстро заткнула ему рот и утащила подальше за спины стоящих людей.

— Будешь знать в следующий раз, как придумывать, — прозвучал им вслед голос старосты. — А к змее отправится Хиван, как старший. Вопрос решённый. Теперь нужно только подношение собрать…



Anna Gerasimenko

Отредактировано: 03.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться