Четверо в однушке?!

Глава 15

Тюремное крыло Академии Истинного Креста встретило светловолосого парня темнотой и сыростью. По старому насквозь прогнившему и покрытому мхом полу частенько сновали крысы, ища для себя обед. Еды им здесь нередко перепадало; это были тела заключённых здесь людей, которым светило пожизненное заключение или же смертная казнь. Ну, а если узники погибали быстрее, то сразу же становились кормом для этих непривередливых грызунов. Однако, бывало и такое, что они могли начать грызть человека живьём, пока он спал на полу. Свою роль здесь сыграло и отсутствие кроватей, футонов или железных нар. А зачем предоставлять удобства заключённым, думали они, эти мрази здесь не на отдыхе. Вот и сейчас один из тех самых грызунов сидел около парня с закованными в цепи руками. Крыса понемногу откусывала от его и без того изувеченной руки кусочки плоти, на которой красными пятнами засохла кровь. Глядя на это зрелище, явно посторонний в этом месте человек хихикнул.

— До чего же жалкий у тебя видок, Мао, — злорадно ухмыляясь, проговорил паренёк и присел на корточки перед решеткой.

Лёжа на боку, Садао чувствовал, что скованные руки и ноги свело до такой степени, что перевернуться для него на данный момент было чем-то из области фантастики. Но, превозмогая боль и ужасную ломоту, что разливалась по всему телу, ему пришлось довольно резко дёрнуть рукой, дабы отогнать крысу, которая с до одури противным писком кинулась к одной из дыр в углу камеры. Тогда-то до воспалённого сознания дошёл тихий, но от того не менее противный голос, который казался таковым из-за ужасной боли, что железным обручем сдавила ему голову. 

Так хреново он себя давненько не чувствовал, если не считать той битвы с Асмодеем. Эта головная боль не шла ни в какое сравнение с тем утром, в ночь перед которым он пробовал какое-то дрянное пойло. Вот захотелось же парню ночью в клуб сходить по приглашению Тацуки-чан — коллеги по работе, имя которой он и вспомнил бы не сразу. Танцы танцами, а в подобных заведениях полагается пить — это Сатана узнал со слов пригласившей его девушки. Ну, если положено, думал Садао, то он не станет исключением и выпьет. Знал бы Мао, чем обернется для него этот чёртов коктейль на утро — и глотка бы не сделал.

«А он здесь откуда…» — слишком запоздало подумал Мао, медленно поднимаясь. Без помощи скованных за спиной рук сразу встать хотя бы на колени на онемевших от обвивающих щиколотки цепей ногах как-то тяжеловато оказалось. Но парень ни единым движением мускула, ни взглядом не показал того, что ему тяжело, хотя в глубине души он немного побаивался той неизвестности, что его ожидала.

Его неуклюжие движения и попытки подняться на одну ступень с парнем напротив должны были помочь не терять лица перед этим человеком, что Мао до этого считал своим одноклассником, с которым он, к счастью, не имел чести общаться — и это не потому, что он всей своей демонической душой терпеть не мог экзорцистов, ангелов и прочую святую хрень. Аширо Притэ казался ему каким-то странным, ненормальным. Хотя… эти слова не подойдут для выражения главной мысли того, что хотело передать его сознание своему владельцу. В этой академии странным считается всё, начиная с её ректора, который, как ни странно, казался Мао каким-то смутно знакомым. А может и не смутно… Но демон знал точно — Мефисто такой же, как и он, и, возможно, они уже встречались в мире демонов.

Действия парня, мотивы которых были до смеха предсказуемы, вызвали у обладателя пепельной шевелюры очередную самодовольную ухмылку. Что бы не делал Садао, всё было не к месту. Он находился не в том положении, чтобы хоть как-то пытаться возвыситься в чьих-то глазах. Аширо смешило упорство и рвение бывшего Владыки демонов сохранить свою гордость и не упасть в грязь лицом, даже будучи скованным по рукам и ногам антидемоническими цепями и совершенно беззащитным.

— Ну что, доволен? — с нотками презрения в голосе протянул Притэ, вскользь оглядывая Садао с ног до головы. Вернее, с его колен до головы. Цепи, что сковывали щиколотки парня, так и не дали тому полностью подняться на ноги, лишь позволили встать на колени, которые тут же отозвались тупой болью от долгого нахождения в неудобном положении.

— О чём ты говоришь? — вопрос одноклассника и тон, в котором тот с ним говорил, заставили вновь настороженно поднять глаза. Нет, во взгляде не было страха — лишь непонимание. Что ему нужно? Пришел посмеяться над ним, тем, кого стали считать демоном, которым он и являлся, и кого в скором времени ожидает смерть от руки какого-нибудь экзорциста? Возможно. Но нельзя было исключать, что у этого человека есть и свои собственные причины, которых демону, увы, не понять.

— Ты просто… — парень неожиданно оборвал начатую фразу, недоуменно оборачиваясь назад и тут же щёлкая пальцами. После негромкого звука силуэт Аширо начал расплываться. Будь у Сатаны свободны руки, он непременно потёр бы глаза, думая, что это всего лишь обман зрения. Но такой возможности у него, увы и ах, не было. Да и без того ясно было, что только что произошло. И теперь у Мао на уме начала вертеться новая загадка — кто же такой этот Аширо Притэ?

Каким бы странным и неожиданным для Мао ни стало исчезновение пепельноволосого парня, на то, как выяснилось всего пару секунд спустя, была причина. Из коридора, от которого демона отделяли лишь кандалы и решетка этой железной коробки, послышались шаги. Всего через несколько мгновений дверь, что вела к той части Академии, где находились камеры для заключённых, открылась. Первая черта неожиданно появившегося визитёра — длинные блондинистые волосы, струящиеся по крепкой мужской спине, и святая энергия, от которой даже у Мао по спине пробежал весьма ощутимый холодок.

Ангель.

Вот кого Повелитель Тьмы действительно хотел бы больше никогда не видеть, так это Паладина. В памяти сразу всплыла их первая встреча, которую правильнее будет назвать допросом, ведь так оно и было. Перед тем он был серьезно ранен в битве с Асмодеем, но та боль ни в какое сравнение не шла с той, которую Садао пришлось перенести, спасая Рина на той злополучной крыше. Он и представить не мог, для чего экзорцистам понадобилась демоническая кровь, но сам Сатана определено внёс неплохой вклад в непонятное, как ни крути, дело.