Четвертый дракон Амели

4. Трудно быть ведьмой

Первый раз они не осознали, что это – проблема. Тогда, вернувшись из Анагории, они провели в Эстене несколько дней. И за все эти дни у них не было и получаса, когда они смогли бы остаться наедине. Жаклин, Доминик, старшие братья всё время сновали где-то поблизости. Они и спали в разных комнатах: Анри – в отдельной, Амели – с сестрой.

Они сбежали в горы, чтобы насладиться друг другом. Чтобы перейти от поцелуев к чему-то более важному. Они шли по тропинке и признавались друг другу в любви. Она честно рассказала, что первый опыт у нее уже был. Он отнесся к этому философски и в ответ признался, что у него женщин было много – от горничных до принцесс. Впрочем, она об этом догадывалась и раньше.

Они расположились на горной поляне, повсюду были цветы, и так громко и красиво пели птицы. Избавились от одежды за несколько секунд, слились в долгом сладком поцелуе.

А потом Анри почувствовал себя плохо. Вдруг закружилась голова, стало трудно дышать. Амели помогла ему одеться, оделась сама. Они связали этот приступ с тем, что, стремясь уединиться, забрались слишком высоко в горы, где воздух был совсем другим, чем в низине.

Но история повторилась – уже в Париже, куда они приехали, чтобы продать драгоценности. Они сняли уютный номер в гостинице, приняли душ и забрались в кровать. И снова – приступ удушья у Анри. Они опять нашли этому объяснение. Он просто переволновался, впервые оказавшись в огромном современном городе. Тем более, что этот город он когда-то знал совсем другим.

Когда это случилось в третий раз – и опять при схожих обстоятельствах – Анри признал очевидное: «Похоже, Амели, ведьма не может быть женой обычного человека».

Она заплакала, но не оставила попыток сближения. И едва не ухайдакала любимого человека. Решение остановиться они приняли после того, как из-за очередного приступа им пришлось вызвать «скорую помощь». Анри даже одеться не сумел до прихода врача – так и лежал на кровати, до подбородка прикрытый одеялом, – бледный, весь в поту.

После этого они еще два года снимали одну квартиру на двоих. Вместе завтракали и ужинали, но личная жизнь у каждого уже была своя. Вернее, у Анри она была – и довольно бурная. А у Амели была живопись.

Амели еще помогала ему разобраться с их техническими достижениями, учила его современному языку, но с каждым днем он нуждался в этом всё меньше и меньше. Он не отказался, когда она предложила ему купить фальшивый паспорт и липовые документы на титул графа. Вот ведь как бывает – документы липовые, а титул настоящий. Они потратили тогда на это почти все, что выручили за рубиновый гарнитур.

Впрочем, деньги Анри ей вернул – как только его гонорары стали исчисляться суммами с шестью нулями. И подарил роскошный «порше» – просто так, по-дружески.

Так что в их расставании не были виноваты ни она, ни он. Просто так получилось, что она оказалась ведьмой. Вернее, стала ведьмой в Анагории.

Она пробовала завести отношения и с другими мужчинами – сначала с художником, с которым они вместе учились на курсе в академии искусств, потом – с известным спортсменом. Всё происходило по тому же сценарию, что и с Анри. За исключением того, что, в отличие от Анри, они во всем винили себя. Они не знали о том, что она – ведьма.

Жалела ли она о том, что всё-таки согласилась тогда отправиться в Анагорию? Иногда – да. Ведь она могла жить обычной жизнью, не запустив в действие свои магические способности. Вышла бы замуж, нарожала детишек. Но всякий раз, когда она начинала заниматься самоедством, она вспоминала, что ее путешествие вовсе не было бесполезным, и надеялась, что хотя бы Жюли и Вирджиния нашли свое семейное счастье.



Ольга Иконникова

Отредактировано: 07.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться